Страница 15 из 48
Вспоминаю Вику. Как она выглядела после родов, когда Лена ей помогала. Викуля была просто сногсшибательна: ухоженная, цветущая, стройная, красивая. А моя Лена? Она запустила себя просто ужасно. И это при том, что к нам переехала жить её мать, которую я не особо люблю, но терпел ради жены. Вика говорила, что тоже приезжает, и они вдвоём с матерью помогают моей жене. Викуля сидела с Соней, тёща занималась домом. Лена должна была восстанавливаться.
Первые несколько месяцев я и слова не говорил, понимал: ей нужно прийти в себя. Но дальше? Дальше-то можно было заняться собой? Она ведь за все эти семь месяцев палец о палец не ударила. Всё по дому делала тёща. Лена только с нашим ребёнком возилась, как помешанная.
Можно было уделить время и себе? Сходить в спа, в салон красоты? Купить красивое бельё и ночью меня порадовать, показать, что я ей нужен не только как кошелёк? Но нет.
Я приезжал с работы уставший и злой, как волк, а с порога тёща жаловалась: мол, опять Лена ничего не делает. Я ей говорю: «Давай Сонечку, ты хоть прогуляйся, развейся». А она только раздражалась причитает тёща. Приятно слышать, когда о твоей жене так говорят? Не очень.
Сама Лена вечно раздражённая, слово ей не скажи — начинает кричать. Глаза потухшие, синяки под глазами, нелепая, растянутая одежда на размер больше, вместо причёски непонятный пучок. И как с такой пытаться говорить? Чем дольше это тянулось, тем сильнее мы отдалялись друг от друга. Я просто не понимал, что делать. Ведь я не оставил её одну! С ней были мама и Вика! Она не была изолирована. Но вела и выглядела она так, словно не спала сутками напролёт.
Мы много разговаривали с Викой, я делился с ней своими переживаниями за жену. Может, я где-то что-то упустил? Чего-то не увидел? Может, стоит нанять няню? Может, она действительно не справляется? Я работал, старался, чтобы моя семья ни в чём не нуждалась, а выходило наоборот. Лена смотрела на меня с обидой и ненавистью. И мне хотелось всё меньше и меньше возвращаться домой. А потом как-то само собой, в атмосфере усталости и взаимных обид, завертелось с Викой..
— Значит, это я во всём виновата? — голос Лены, вернул меня из глубокого монолога.
Я тяжело вздохнул, понимая, что проиграл.
— Нет, Лен. Виноваты оба.
— Но упрёки кидаешь мне ты.
— Ты тоже меня необоснованно упрекаешь!
— Необоснованно⁈ Ты спишь с моей сестрой! Это необоснованно?
— Нет, но.. В этом есть и твоя вина.
— Что⁈ — в её голосе плескалась чистая, смертельная ярость.
— Да, Лен. От хороших жён не уходят.
Раздались гудки в трубке. Тишина. Блять. Вот и поговорили. Она просто бросила трубку, оставив меня наедине с холодом пустой комнаты и чувством абсолютного, безнадёжного краха.