Операция «Смерть»

Но встать не получается.. даже пальцем пошевелить не могу. Может это такая странная реакция на наркоз? Да и что слова? Надо переходить к действиям.

Судя по звуку удаляющихся шагов, Диана выходит из палаты, закрывая дверь. Я продолжаю крутить в голове услышанное, медленно проваливаясь в сон.

Просыпаюсь от того, что кто-то на меня смотрит. Вздрагиваю, открывая резко глаза. Передо мной стоит мужик. Я видел его.. это Дианкин начальник. Родион, если не подводит память.

— Оклемался? — то ли спрашивает, то ли утверждает.

Вчерашняя тревога по поводу моей недееспособности просыпается. Прикладываю усилие, чтобы поднять руку. Фух, получается.. Двигаю ногами. Работают. Немного успокаиваюсь.

Перевожу взгляд на посетителя.

— Да вроде. Где Диана?

— Под очередной капельницей. Рано ей было из больницы сбегать. Вот теперь долечивают. Хорошо, что осложнений нет. И да, прыгать с парашютом после пневмонии, так себе развлечение.

— Другого варианта не было, — облизываю пересохшие губы. — И что дальше с ней будет?

— Не знаю. В лучшем случае переведут на бумажную работу, чтобы не маячила.

— А что с Разжаевым?

— Да ничего. Посуетились, побегали его кураторы, да на том дело и закончилось. Это ведь неофициальные исследования и разработки. По бумагам не проходят. А раз ничего нет, то и претензий быть не может.

— Они могут мстить Диане или нашим родственникам?

— Вряд ли. Смысл? Диана такой же сотрудник, как и они. Был приказ, она выполнила. Пешка.

— Пешка.. — повторяю за ним. Почему мне кажется, что Диане не подходит роль пешки? Это принижает все ее заслуги и достоинства. Все-таки она многим жертвовала ради достижения поставленных задач. А тут раз, и пешка.. Как по мне, так она королева. — Послушай, Родион, помоги мне. Ты ведь не хочешь, чтобы Диана провела лучшие свои годы в каком-нибудь захудалом архиве или второсортном отделе?

— У тебя есть план, как вывести ее из нашей системы? — достает из кармана пачку сигарет. Крутит ее в руке, и снова засовывает в карман. Выуживает из другого Чупа-чупс, распечатывает и сует в рот.

— Надеюсь, что он сработает..

Конец дня. Диану специально не пускают в мою палату, рассказывая байку о моем критическом состоянии. Скоро должно все решится.

Ближе к шести часам вечера дверь в мою палату открывается и заходит тучный мужик с папкой под мышкой. За ним семенит девица на громадных каблуках. Замыкает шествие Родион.

Без лишних разъяснений девушка садится за стол и принимается заполнять бланки.

— Значит, вы решились на такой важный шаг, по причине.. — мужик подходит к моей кровати и осматривает с интересом мое перебинтованное плечо и грудную клетку, — по причине болезни.. Что ж, мы не может отказать гражданам нашей страны. Тем более, когда просят сотрудники такой структуры, — переводит взгляд на Родиона. — И так! — хлопает в ладоши, — где будущая..

Дверь с грохотом открывается. На пороге стоит разъяренная Диана.

— Мне путь закрыт, а им можно? — ее пытается удержать врач, не пуская в палату.

— Спасибо, — говорит Родион врачу, подойдя и похлопав по плечу, — пропустите ее.

— Что здесь происходит? — Диана видит, что я совсем не при смерти, как ей внушали с утра.

— Подойди ко мне, — маню ее пальцем.

— Все, я все заполнила, — говорит девушка, поднимаясь из-за стола.

— Я так понимаю, что вам не нужна стандартная речь? — интересуется мужик.

— Нет. Мы согласны. Да? — с нажимом спрашиваю у Дианы.

— Да. А на что мы даем согласие? — недоверчиво.

— Вот и хорошо, — мужик не вдается в подробности. — Распишитесь, и мы пойдем. У нас уже закончился рабочий день.

Девушка подает мне планшет с документами и показывает, где расписаться. Пару росчерков и передает планшет Диане.

— Что это? — пытается читать.

— Я вам оставлю экземпляр, потом прочитаете, — торопит ее девушка. Первый раз вижу растерянную Диану, легко поддающуюся на провокацию. Она расписывается, хоть на лице все еще отображается сомнение.

— Все. До свидания. Документы заберете завтра утром. — Посторонние уходят, остаемся мы втроем.

— Что происходит? — Диана переводит взгляд с меня на Родиона.

— Ничего. Завтра возвращаюсь домой. Новое задание, надо изучить документы..

— И где теперь? Кто в разработке.

— Надо влиться в ряды болгарских оппозиционеров..

— И какая моя роль?

— Прости, ты же знаешь, что замужним в нашем отделе нет места, — чуть ли не с улыбкой на лице сообщает ей Родион.

— Что? — на ее, полное недоумение. И тут, сложив картину воедино, она моментально понимает, что произошло.

— Я ушел! Она вся твоя, — Родион ускоряется, чтобы выйти как можно быстрее.

— Ах ты ж! — Диана хочет его догнать, но.. рука оказывается пристегнутой к моей наручниками.

— Ссс.. — шиплю от ее резкого дерганья.

— Да вы!.. сговорились?!

— Не забывай, я после операции, — поднимаю руку вверх, сдаваясь. Диана смотрит на меня сначала со злостью, но быстро сдувается.

— Зачем тебе это? — дергает рукой в наручнике, отчего и моя повторяет ее движение.

— Потому что я тебя люблю. Разве работа важнее наших чувств? Разве тебе хочется играть маловажную второстепенную роль, когда ты можешь быть единственной, неповторимой и любимой?

— У меня не получится, — садится рядом на кровать. — Я не умею.

— Я в тебя верю. Я верю в НАС, — подношу ее руку к губам и целую.

— Эх, Димка, ты не знаешь, в какую какашку ты влип.

— Догадываюсь, — усмехаюсь.

— Так значит меня не пускали, чтобы я вышла из себя и потеряла бдительность? Откуда эти? — кивает головой на дверь.

— Из посольства.

— Понятно.. И как будем жить дальше, муж?

— Три недели назад мне пришло приглашение из Беркли.. Я попросил Родиона ответить на него согласием.

— Калифорнийский университет в Беркли.. Ну что ж.. не самый худший вариант. Не Исландия и не Гренландия, уже хорошо. Просто у меня чувствительная к холоду кожа.

— Я знаю..

— Ты все обо мне знаешь.. И тебя это не отталкивает.. Ты святой.

— Я просто тебя люблю.

— И я тебя.. люблю.. Только чем я буду заниматься в Беркли?

— Учиться быть счастливой.