Операция «Смерть»

Эпилог

Диана.

Я, словно в параллельной реальности, все вижу, слышу, ощущаю, но никак не реагирую. Чувствую себя воздушным шариком, который держал свой узелок из последних сил и вот наступил момент, когда он развязался, и я сдулась. Лежу теперь на больничной койке сморщенной использованной резиновой тряпочкой.

В мою палату снова заходит медсестра и опять со штативом для капельницы. Что они в меня вливают? Не иначе как святую воду, чтобы изгнать уныние и придать сил.

Но мои силы сейчас не со мной. Я мысленно и энергетически нахожусь не в этой палате, а на пару этажей выше, в операционной. Диме сейчас зашивают рану. На ломанном английском врач рассказал мне, что рана не смертельная, но он потерял много крови. Я не сильна в медицинской терминологии, да и врач не особо старался.. короче, жду результата.

Медсестра подсоединяет капельницу. Поворачиваюсь в ее сторону.

— Ничего не известно о том парне, которого привезли со мной? — спрашиваю у нее по-английски. Ответом мне служит непонятная абракадабра. К сожалению, я не знаю арабского.

Отворачиваюсь от нее и слежу за секундной стрелкой на часах. Вот она противная, сука, словно специально замедляет свой ход, оттягивая момент. Мои глаза медленно закрываются, и я уплываю. Последняя мысль: «Мне вкололи снотворное».

Резко просыпаюсь, словно через меня пропустили электрический заряд. Поднимаюсь, принимая сидячее положение. Кладу руку на сердце, стараюсь его угомонить. Оно так гулко стучит, кажется, что услышит вся больница. Перевожу взгляд на часы, начало одиннадцатого, а потом за окно, уже темно. Вот это я отключилась. Откидываю покрывало, отклеиваю от себя датчики, и встаю. Так и иду по прохладному полу босяком, и в больничной рубахе. Одежду мою забрали, вместо нее выдали вот эту распашонку до колен, завязывающуюся на спине. Надеюсь, что я не свечу голым задом.

Выглядываю в коридор. Тишина. Из людей, практически никого. Медсестра вышла из палаты в конце коридора и пошла в противоположную от меня сторону. Из другой комнаты вышла уборщица и покатила перед собой тележку для уборки помещений. Из палаты напротив вышел молодой врач. Увидев меня, он вздрогнул. Наверное, я похожа на приведение.

— Вы проснулись? Ложитесь, я сейчас к вам подойду, — у него с английским лучше, чем у того врача, который осматривал меня утром. — Вам плохо?

— Нет, мне нормально. А в какой палате тот парень, которого привезли со мной? — спрашивая, начинаю волноваться. Головой понимаю, что Димка жив-здоров, но внутренняя истеричка уже нашептывает: «А если..».

— Он здесь, — врач указывает на палату, из которой только что вышел. Делаю шаг по направлению палаты. — Нет, — поднимает руку, останавливая, — он спит. Вы сможете проведать его утром. Отправляйтесь в свою палату и..

Уверенно подхожу к нему и говорю:

— Я пройду, — беру за плечи и отодвигаю в сторону.

— Но.. — дальше я не слушаю его доводы, открываю дверь и захожу.

Сразу в глаза бросается монитор, на нем выведены жизненно важные показатели. Он равномерно пикает, показывая кривую сердцебиения. Свет в палате приглушен, но Димку видно хорошо. Медленно подхожу к нему. Бледный.. и такой умиротворенный. Наверное, там ему хорошо.. без меня. А что могу предложить ему я? Вечный трэш и драйв? Так он не из таких. Ему нужен домашний уют, дети, собака, все по плану и расписанию.. Я так не умею. А хочу ли меняться? Может быть и хочу, но я боюсь. Вдруг не получится? И что потом? Разочарование, обиды, ненависть? Уж лучше так, как было..

Пододвигаю стул и сажусь рядом. Провожу невесомо по руке, словно щекоча. Не реагирует. Почему-то в этот момент хочется высказать все, что крутится в голове. Конечно, это не лучший момент, но при других обстоятельствах я буду фильтровать слова. Пятидесятипроцентная правда — это уже не то.

— Ты прости меня, — начинаю издалека. — И угораздило же тебя влипнуть в меня. Может это было и неизбежно, мы с малых лет помним друг друга, но.. я не та, которая сможет сделать тебя счастливым. И не спорь! — начинаю горячиться, но тут же вспоминаю, что разговариваю со спящим человеком. — Прости.. снова несу чушь.. Ты очень хороший, добрый, а главное, заслуживаешь лучшего. Я не лучшее, поверь.

Замолкаю, обдумывая дальнейшие слова.

— А что тут еще сказать? Все свои плюсы и мои минусы ты знаешь и так. Я такая, — говорю с вызовом, — и меня не изменить. Вот увидишь, ты уедешь, найдешь новую работу и забудешь обо мне. Вокруг тебя будут виться молодые, яркие, умные.. они оценят тебя по достоинству. И ты будешь счастлив.. А я.. Как бы я не ругала свою работу, бросить ее сложно, найти новую — трудно..

— Эй, вы еще долго? — в палату заглядывает врач. — Пойдемте, я вас осмотрю.

— Минутку, — показываю ему указательный палец. Недовольно цокнув, испаряется. А я заканчиваю мысль. — Как только врач скажет, что тебе ничего не угрожает.. я испарюсь, исчезну из твоей жизни навсегда. Так надо, поверь.

Поднимаюсь и выхожу, бросив напоследок взгляд и прикрыв дверь.

Дмитрий.

Я лечу в черной пустоте, словно в космосе. Я не чувствую ничего: ни боли, ни страха.. абсолютное отсутствие хоть каких-то ощущений.

Вдруг, с того ни с сего, передо мной появляются белые круги. Будто капля ударилась о поверхность воды, порождая кольцеобразные волны, распространяющиеся в форме кругов. Это первый визуальный эффект в этой черной бездне. С каждой долей секунды их становится больше и больше, от их резкого появления и исчезновения начинает рябить в глазах. Зажмуриваюсь, сильно-сильно, стараясь выкинуть из головы эту иллюзию. И тут появляется звук.

И что я слышу? Взволнованный голос Дианы. Я вроде и пришел в себя, но все еще не могу отреагировать адекватно. Руки не слушаются, язык не ворочается.. бревно бревном. Надеюсь, меня не парализовало? Об этом подумаю потом, а сейчас, прислушиваюсь. Может и не надо активничать? Может надо понять, какой месседж Диана хочет оставить мне?

От ее слов становится горько. Что же она за человек-то такой? Почему думает, что, поступая правильно, с ее точки зрения, она снова забывает спросить мое мнение? Почему постоянно уничижает себя, недооценивает? Почему считает себя недостойной счастья? И опять эта долбанная работа выходит на первый план!

Хочется резко подорваться, схватить за плечи и потрясти, чтобы вытрясти все эти глупости. Может, если приложить чуть больше силы, дурные мысли вылетят из головы вместе с опилками? И очнется наконец-то моя красавица ото сна! Как она не поймет, что мне не нужна другая! Мне нужна она.