Страница 15 из 62
Лоукик в его опорную ногу — Райс блокировал коленом, на рефлексах, и в момент блока я воткнул пальцы левой руки между третьим и четвёртым ребром в подмышечной впадине. Не очень сильно, но некроэнергия скользнула по нерву к плечу. Райс закричал высоким голосом и шарахнулся в сторону. Твари кружили вокруг нас не заходя в защитный радиус. Сила манка, стала погибелью Райса.
С-ранг шарахался от Е-разрядного в ножевом бою. Я в прошлой жизни такого не видел даже у самых слабохарактерных учеников.
Огненная стрела с двух метров, промазать просто невозможно, но он умудрился. Из-за боли руки дрожали и я легко ушел в бок, почти не попав под удар. Стрела прожгла мне куртку на левом боку и зацепила кожу. Больно? Да, но боль говорит нам, что мы еще живы.
— Промазал, парень. Теперь моя очередь!
— Доу!.. — он закричал в ужасе, отступая назад.
Удар основанием ладони в печень с подшага. Энергетику он подавил, а вот физика дошла. Как ближник, он был откровенным слабаком, чего одаренной готовый на убийство другого попросту не может себе позволить. Как только ты решил, что имеешь право забирать чужие жизни, ты должен признать, что и твоя жизнь может быть взята.
Он был быстрым, проклятый разлом действовал на него куда слабее, чем на меня, но опыт решает. Пусть я не мог нанести смертельный удар, но его тело покрывалось порезами. Короткий рез по бицепсу через рукав. Через лоб у виска, наискось, он орал как свинья на бойне. Кровь побежала ему по щеке. Следующий удар вспорол ему ладонь.
Райс продержался четырнадцать секунд.
На пятнадцатой — закричал призывая Кросса, но тот выскользнул из тьмы, нанося удар очередному и одновременно салютая Райсу. О сколько ужаса было в глазах несостоявшегося убийцы.
«Хозяин!.. Сейчас!..»
«Ещё нет. Загоняем».
Я отступил на полшага, давая ему пространство. Райс в отчаянные выстрелил мне в голову, но я с легкостью ушел. Глупый мальчик, ты слишком верил в свою исключительность. Он выстрелил снова — я отбил клинком, и нож запел в моей руке высокой нотой стали, которая легко разбила слабую технику. Владыка Металла внутри моего ядра взвыл от ярости и желания убивать.
«УБЕЙ! МЕТАЛЛ ПОЁТ! ЭТОТ КЛИНОК ХОЧЕТ КРОВИ! УБЕЙ ЭТОГО СЛАБАКА, ЦЕЛИТЕЛЬ!»
Мне было плевать на его вопли, я шел в перед с улыбкой на губах. Райс мог меня убить, но он слишком боялся и страх привел его на грань гибели.
Райс уже плакал, отступая от меня назад. По щекам шли крупные слёзы, он не пытался даже контрактовать. Позор для воина, какие-то жалкие царапины, заставили его сдаться. Этот ублюдок был просто жалок и сегодня я подарю ему покой.
— Тень, пора — я сказал вслух.
«Готов, хозяин!»
Я бросился в Райса и в последнюю секунду ушёл в сторону уходя от стрелы выпущенной почти в плотную. Неплохо, но слишком слабо. Тень появился на моем плече и тут же ушел фазовым прыжком.
Мой Слуга появился в воздухе прямо за плечом Райса, на уровне его шеи, с алыми бусинами глаз и игольчатыми зубами, размером с откормленного кота. И тут же впился ему в шею сзади, между трапециевидной мышцей и грудино-ключично-сосцевидной, прямо над сонной артерией.
Райс заверещал так тонко, будто был маленькой девочкой увидевший свой самый страшный ночной кошмар. Его голова инстинктивно дёрнулась влево, защищая шею. Ладонь со стрелой ушла вверх и в сторону. Глаза на полсекунды посмотрели не на меня, а в пустоту.
А я уже шагнул к нему.
Левой ладонью толкнул его подбородок ещё больше влево, открывая правую сторону шеи. Правой провёл клинком снизу вверх — нож вошёл под нижнюю челюсть в основание языка, прошёл сквозь мягкое нёбо и упёрся остриём в основание черепа изнутри. Я провернул его на полный оборот.
Выражение его лица сменилось резким рывком, как у тех, кто впервые осознаёт собственную смерть.
«Спасибо за угощение!» — Тень оторвал кусок кожи у его шеи, проглотил и сразу же ушёл фазовым прыжком обратно в татуировку.
Я выдернул нож. Райс упал на колени. Кровь шла из горла, изо рта, из-под подбородка, пузырилась в воздухе пеной. Глаза смотрели не на меня — на собственную правую ладонь, которой он только что не успел ничего сделать.
Манок в его кармане затих, но это было не важно. Дэмион Кросс уже сделал свою работу. Твари были мертвы.
Пора было опустошить ядро и одновременно сделать себя сильнее. Я опустился рядом с Райсом на одно колено. Положил левую ладонь ему на грудь, над сердцем — оно ещё билось, неровно, толчками. Плевать, сейчас нужно сделать кое-что неприятное.
Закрыв глаза я почувствовал, как душа Виктора Райса уходила. Я видел её — плотный жгут света, толстый, тяжёлый, тёмный по краям и яркий в середине, поднимающийся из его груди вверх, как столб дыма от полного очага. С-ранговая душа, прожившая восемнадцать лет. Не то чтобы очень сильная, но для моих целей сгодится.
Воля главный инструмент повелителей духов, вторым шли знания и умения и лишь на последнем месте шла сила. С-ранг был бы мне не по силам в обычном состоянии, но не сейчас когда разлом вливает в меня все новую и новую энергию, а мой организм уже восстановил все потраченное в бою.
— Во имя моей силы. Во имя моей власти. По праву хозяина, я клеймю тебя рабским клеймом. Твоя душа моя! — Душа рвалась, как крупная рыба на крючке, выгибаясь, обжигая мне ладони изнутри, пытаясь сложиться в форму, которую запомнила за годы жизни, и выскользнуть туда, где её ждали другие судьи.
Наивный мальчик, от меня не уйдёшь.
Кадавр-ядо стремительно пульсировала истекая силой и одновременно ей же наполняясь. Законы мироздания жестоки, но их можно нарушать если знаешь как и можешь заплатить за это. И то и другое у меня было.
Чёрное солнце вспыхнуло изнутри и тут же погасло до тлеющего уголька. Из переполненного оно стало почти пустым, но важнее было другое, вокруг него теперь плавал огонек души Виктора Райса, ставшего моим рабом.
Сразу стало холодно. Тело без избытка энергии разлома оказалось голым против самого разлома — давление навалилось так, как должно было давить с самого начала, и я почувствовал, как меня шатает, но мои губы расплылись в улыбке.
Кровь пошла у меня из носа, из обоих ушей, из уголков глаз. Я харкнул кровью на пыль — тёмной, с привкусом железа. Правое плечо отказало совсем — рука повисла плетью. Где-то под печенью лопнул сосуд побольше, и в животе стало тепло, но я выдержал.