Страница 45 из 153
Это озадачило Пию еще больше. Откуда ему было знать, что они наткнутся на стаю Orcaella именно сейчас и точно в этом месте? Конечно, не исключено, что дельфины часто заплывали в эти воды, но даже если так, как он мог предугадать, что стая окажется здесь ровно в этот день и в это время? Мигрирующие Оrcaella совершенно непредсказуемы в своих перемещениях. Пия решила на время отложить вопросы. Сейчас нужно было зафиксировать все данные, которые можно извлечь из этого тумана.
Несмотря на экстренные обстоятельства, движения Пии были неторопливы и методичны, когда она приступила к распаковке оборудования. Как раз когда она закрепляла стопку таблиц на планшете, совсем рядом с лодкой всплыл дельфин, на Пию даже попали брызги от его дыхания. Она разглядела спинной плавник и закругленную морду. Сомнений не осталось, это точно Оrcaella. Хотя Пия с самого начала была уверена, все равно неплохо получить визуальное подтверждение. Животное вынырнуло так близко, что оставалось только вытянуть руку, чтобы зафиксировать показания на мониторе. Пия быстро записала цифры. Даже если дельфины улетучатся прямо сейчас, эти данные станут доказательством.
К этому времени туман почти рассеялся, отлив достиг нижней точки, и оказалось, что до берега не больше нескольких сотен метров. Фокир остановил лодку в месте, где берег изгибался, как внутренняя сторона локтя, образуя длинный участок спокойной воды в излучине реки. Пия поняла, что якорь брошен на единственном оставшемся глубоком месте. Оно представляло собой область в форме бумеранга примерно в километр длиной. На этом участке и кружили дельфины, будто в границах невидимого бассейна.
Рассветный туман вскоре стал таким же далеким воспоминанием, как и ночная прохлада. Илистые берега и лес задерживали движение воздуха, ни дуновения не просачивалось к воде. В этой неподвижности река, казалось, родила второе солнце, так что от поверхности воды исходило почти столько же жара, как с безоблачного неба над головой. Когда температура достигла пика, подземные потоки жизни, бурля, поднялись на поверхность ближайших илистых отмелей, и легионы крабов суетливо ринулись разбирать богатый улов из листьев и прочего мусора, оставленного отливом.
К полудню у Пии накопилось достаточно данных для уверенного предположения о размерах стаи. Она насчитала семь особей, но среди них была пара, которая, похоже, держалась в тандеме, обычно всплывая одновременно. Один из дельфинов был поменьше остальных, и Пия решила, что это детеныш — возможно, слишком юный, чтобы плавать независимо от матери. Раз за разом она наблюдала, как он штопором выныривает на поверхность, высовывая из воды маленькую голову, — верный признак, что ему еще предстояло научиться ровно дышать. Сердце у нее замирало всякий раз, как она видела эту маленькую голову, — мысль, что популяция по-прежнему размножается, не могла не воодушевлять.
Животные почти не отваживались отплывать от излучины, почему-то предпочитая кружить на этом небольшом участке воды. И не присутствие лодки удерживало их — какой бы интерес они к ней ни испытывали, он давно угас. Так почему они тут? Что привело их сюда и чего они ждут? Все это было очень загадочно, и Пия интуитивно понимала, что происходит нечто крайне любопытное — что-то, что может оказаться важным для понимания иравадийских дельфинов и особенностей их поведения. Ей просто нужно разгадать, что именно.