Страница 67 из 102
— Одежду твою мы в бочке спалили, — ответила ведьма. — Есть у нас такая, мы в ней обрезку садовую жжем. И портки тоже туда отправить следовало, да девки твое самолюбие пожалели. Без штанов бегать радости, поди, мало.
— Блин, — расстроился оперативник. — Не так же мне ехать?
— Да не переживай, — успокоила его хозяйка дома. — Скоро мои… А, вот и они!
Речь шла о двух ведьмах, которые как раз в этот момент зашли во двор с улицы.
— Чего так долго? — строго спросила у них Марфа.
— Пока туда, пока обратно, — протянула ей пакет с надписью «Montana» красотка Изольда. — Не самострок же ему у нас на станции покупать? Оно проще и дешевле, но вы велели…
— Держи, — глава ковена передала пакет Олегу. — Вот тебе новая одежка, не хуже старой. Иди примерь.
— У меня глаз-алмаз, — заявила спутница грудастой красотки, — должно подойти идеально!
Наверное, Ровнину надо было бы сказать что-то вроде «как-то неловко» или «ой, это мне? А за что?», но он этого делать не стал, а просто взял подарок и отправился обратно в дом.
И — да, у юной ведьмы вправду с глазомером все оказалось отлично. И джинсы, и серая майка, и светлая джинсовая куртка сели на Ровнина как влитые, а прилагающийся к ним черный ремень толстой кожи с пряжкой, которой в драке, скорее всего, можно было как кистенем орудовать, привел его если не в восторг, то в чувство, к нему близкое.
Он запихнул свои старые джинсы в ту самую бочку, о которой шла речь за столом, убедился в том, что они начали тлеть, и вернулся в беседку.
— Жених! — не скрывая иронии, произнесла Марфа, глядя на гостя. — Как есть жених! Изольда, сдается мне, ты не просто так расстаралась, а? Может, и гвоздь уже запасла, чтобы в него силу свою загнать, а после с этим красавцем жить-поживать?
— Ой, больно надо! — поморщилась красотка, подтолкнула остроглазую приятельницу, и они направились в сад, туда, где звенели голоса их подруг.
— Благодарю! — сказал им вслед Ровнин, а после повторил то же самое для хозяйки дома.
— Не за что, — ответила та. — Да и стоит ли о таких мелочах вообще говорить? К слову! Александр Анатольевич, а ты ведь мне так и не назвал отступную цену? Ту, что за провинности моих девок Олег вытребовал.
— Даже не думал на этот счет пока, — вставая из-за стола, произнес начальник отдела. — Вот изловим Чернобогово отродье, тогда и посчитаем, кто кому сколько должен.
— А и то, — согласилась с ним ведьма, которой такой расклад был вполне выгоден. — И все же жаль, что Вернигора убили. Наследник-то его только вид делает, что суров, а по сути, вахлак вахлаком. Да и остальные вожаки стай не те стали. Ой, не те. Измельчал подмосковный волкодлак. Кругом стагнация…
— Поедем мы, — сообщил ведьме Морозов. — Благодарствую за то, что позвонили, за хлеб-соль и за парня нашего.
— Да что я… Тебе да Аркадию Николаевичу за парня вашего поклон. Хорошо вы его воспитали. Олег, вот еще что — ты, как через пару дней повязку снимешь, в ведро или мусорный бак ее не выкидывай, понял?
— Обратно привезти? — уточнил Ровнин. — Да?
— Ни в коем разе, — помотала головой ведьма. — Ты ее сожги. Да так, чтобы ни ниточки не осталось, тогда с огнем остатки хвори уйдут насовсем. А пепел в раковину смой, ясно? Проточная вода получше будет, конечно, но и эта сойдет.
— Понял, — кивнул оперативник. — Как сказано, так и сделаю. Марфа Петровна, у меня еще один вопросик есть.
— Олег, мы потихоньку начинаем опаздывать, — постучал пальцем по экрану часов начальник отдела. — Причем туда, где этого очень не любят.
— Это важно, — возразил Ровнин. — Тем более что мы всегда куда-то да опаздываем.
— Да знаю я, что ты спросить хочешь, — усмехнулась глава ковена. — Видела вчера, как у тебя глазки-то блеснули, видела. Ты не тот мальчуган, что пять лет назад, врать не стану, виду не подал, сразу не спросил, но взгляд никуда не денешь.
— Недоработка — согласился с ней Олег — Буду совершенствоваться. Но все же?
— Хотела поторговаться с вами, но что уж там, — хозяйка дома взяла из вазы сушку и с хрустом ее сломала, — расскажу.
— О чем речь идет? — поинтересовался Морозов. — Просто есть ощущение, что я книжку с середины читать начал. А она, похоже, интересная.
— Марфа Петровна знает второго убийцу, — пояснил Ровнин. — Там же не всех Никитка прикончил, а еще кто-то поработал.
— Не знаю, а догадываюсь, — поправила его ведьма. — Или даже предполагаю.
— В высшей степени интересно, — насторожился Морозов. — А ну-ка?
— Я думаю, что это работа кемпиры, — выдержав паузу, сообщила сотрудникам отдела Марфа Петровна. — Или кемпир? Не знаю, склоняется это слово или нет.
— Кемпир? — Ревина пощелкала пальцами и глянула на начальника. — Так их полным-полно. Есть и киргизские, и казахские, и татарские, и еще невесть какие. Вы сейчас про какую из них говорите?
— У татар кемпир нет, они своих ведьм «ялмавыз карчык» называют, — поправил ее Морозов. — Но так да, все верно. Я сам парочку кемпир, обитающих в Москве, знаю. И Олежка вон с такими знаком. С Айзой, например.
— Она шулмус, — поправил его Ровнин.
— Да какая разница, смысл тот же. Но с чего кому-то из них убийства совершенно бесполезных для них стариков на поток ставить? Да еще тела их уродовать и языки вырезать? Каннибализм у них не в чести, выгоды явно никакой нет, месть тоже маловероятна. В чем смысл?
— Ради удовольствия, — предположила Елена.
— Тогда проще за город уехать, там тела куда позже найдут. Это если их вообще искать станут.
— Меня языки как раз на мысль и навели, — дав гостям выговориться, продолжила ведьма. — Лет тридцать назад видела я уже такое. Тогда в Москве за неделю пять человек убили, всем грудные клетки прямо как сейчас раскурочили, а еще у кого язык вырезали, у кого губу нижнюю отхватили, а у парня одного вообще срамно сказать, что именно отчекрыжили. Ну а шестой одна из моих подружек стала. Я тогда ковен только-только приняла, и вышло так, что доверять только ей одной могла. Сами знаете, как у нас бывает. Все вокруг друзья, вот только верить никому нельзя.
— Да уж в курсе, — подтвердил Морозов. — Ну и?