Страница 9 из 74
— Внутренний термин. Служебных жён называют деорами, — пояснила женщина, поправляя датчик на моём плече. — Сюда, на крейсер, уже летит Марона Дейр — глава имперской деор-службы. Наша обязанность — это исследовать вас, снять последствия пиковых нагрузок.
Я хотела спросить ещё, но меня затошнило, и глава закружилась. Женщина нахмурилась, и вокруг меня снова поднялась суета.
Мне дали что-то выпить, провели ещё ряд сканирований.
Через полчаса или час — я потеряла счёт времени — меня наконец оставили в покое.
Да и чувствовала я себя намного лучше.
Меня привели в небольшую, удивительно уютную комнату, больше похожую на каюту первого класса, чем на больничную палату. Мягкий диван, столик с едой, приглушённый свет.
Еда оказалась невероятно вкусной. Лёгкой, но сытной, с незнакомыми и очень приятными специями.
Я вдруг поняла, что зверски голодна. Я ела жадно, едва находя силы сдержаться, чтобы прожевать как следует. Только когда тарелка опустела, я почувствовала, как ко мне возвращается способность соображать.
Впрочем, возможности побыть наедине с собой, мне не дали.
Едва я отставила тарелку, почти сразу же двери раздвинулись. Вошли работники вспомогательной службы, унесли посуду.
Они вышли, а в каюту вошла женщина.
Высокая, холёная, с идеальной осанкой, в элегантной тёмно-синей форме, расшитой тонкими золотыми линиями. Тёмные волосы уложены в строгую причёску, лицо спокойное, но глаза — цепкие, изучающие, профессиональные.
— Лирана, — произнесла она ровным мягким голосом, в котором звучала тёплая, почти материнская забота. — Я Марона, глава имперской деор-службы. Рада познакомиться с тобой, хотя обстоятельства, конечно, необычные.
Она присела напротив меня, и сложила руки на коленях.
— Как ты себя чувствуешь? — доброжелательно улыбнулась она.