Страница 17 из 74
Глава 12. Договорённости
У меня внутри всё оборвалось и одновременно вспыхнуло новым жаром.
Адан заберёт меня к себе? В свои покои? Сейчас? Мысль о том, что мы останемся вдвоём, в одном помещении, вызвала такую бурю в теле, что я едва устояла на ногах.
Марона, собиравшаяся уже свернуть голографические интерфейсы, замерла. Её пальцы на пару секунд остановились над консолью, а затем она очень медленно выпрямилась и повернулась к кронпринцу.
— Ваше высочество, — её голос звучал ровно, но в нём отчётливо проявились стальные нотки. — По протоколу деора должна проживать в специально отведённой зоне, вместе с остальными служебными жёнами. Проживание с мужем не приветствуется. Более того, до сих пор не было ни одного случая, чтобы деора жила в покоях гардеора, особенно с первого дня.
Адан молчал. Он просто стоял и смотрел на Марону. Не двигался, не говорил ни слова. Только его ярко-синие глаза смотрели на неё в упор, не мигая, с давящей спокойной силой.
Тишина затягивалась. Я переводила взгляд с кронпринца на главу деор-службы и назад, отчётливо ощущая, как напряжение растёт с каждой секундой. Совершенно не понимала, что мне делать, поэтому просто стояла и молчала. Ждала.
И при этом я всем своим существом ощущала присутствие Адана рядом. Дышала его притягательным запахом, отчётливо чувствуя его силу. Она осязаемо давила на меня, заставляя сердце биться быстрее, а дыхание сбиваться.
Адан настаивает на том, чтобы мы жили вместе. В одной каюте. Точнее в личных аппартаментах кронпринца на лучшем звёздном крейсере Империи.
Мысль пульсировала в голове, вызывая одновременно панический ужас и запретное, жгучее любопытство. Как это будет? Жить с ним. Видеть его каждый день. Каждую ночь? Спать с ним в одной комнате? В одной постели?
Щёки пылали так, что, казалось, скоро достигнут температуры звёздного ядра.
А Марона и Адан всё смотрели друг на друга.
Наконец, Марона усмехнулась и глубоко вздохнула.
Я не сразу поняла, что произошло, но что-то изменилось в её лице. Напряжение схлынуло, плечи опустились. Она посмотрела на кронпринца с каким-то новым выражением — тёплым, пожалуй, даже материнским.
В этот момент словно пелена спала с моих глаз.
Я вдруг увидела, что Марона очень немолода.
Идеальная кожа, безупречная осанка, элегантная фигура — всё это было, но теперь проявилось другое. Сеточка морщин вокруг глаз, которые не мог скрыть никакой уход. Глубокие складки у губ. Усталость в глубине глаз, которую не спрятать за профессиональной бодростью.
Она явно в солидном уже возрасте, просто имперская медицина, дорогой уход и наработанное умение владеть лицом и телом позволяют это скрывать.
— Надеюсь, мой принц, — голос Мароны звучал тихо и очень серьёзно, — вы понимаете, что вы делаете.
Она помолчала, Адан внимательно смотрел на неё, ожидая её дальнейших слов.
— Вы выбрали крайне опасную линию поведения, — продолжила Марона. — Вы же осознаёте возможные последствия?
Адан выдержал паузу. Такую же долгую, тяжёлую, как и предыдущую.
— Я всё осознаю, — ответил он наконец твёрдо. — И мне ваша помощь явно понадобится. В том, чтобы обучать Лирану ускоренными методами. Первый базовый блок она пройдёт вместе со мной. Я сам ей всё объясню.
Он говорил спокойно, но я чувствовала, что каждое слово взвешено и тщательно отбрано.
— Только после этого, установления первичной связи со мной, возможны будут её контакты с другими деорами, — добавил кронпринц. — И ещё одно. Чем позже её целительский дар начнут исследовать и использовать, тем лучше.
Марона молчала. Долго. Очень долго.
Я стояла неподвижно, чувствуя, как напряжение наполняет пространство, и пыталась понять, что происходит.
Эти двое явно о чём-то договаривались. О чём-то важном, что касалось меня напрямую, но что я улавливала лишь краем сознания.
Адан не хотел, чтобы я контактировала с другими деорами. Точнее, хотел отсрочить этот момент. И это касалось Мароны, её зоны ответственности, её мира и её подопечных.
Но теперь — это я тоже отчётливо уловила — кронпринц больше не продавливал главу деор-службы, как в начале разговора о статусе. Он… именно что договаривался. А Марона напряжённо думала, принимая какое-то невероятно сложное для себя решение.
Я же снова почувствовала себя, как в интернате. Ребёнком, которого взрослые обсуждают, и решают его судьбу.
Впрочем, возмущения не было. Только тревога и непонимание. Что со мной не так? Почему меня нельзя сразу к другим? Что они знают такого обо мне в частности и деорах в общем, что недоступно пока мне?
Наконец Марона заговорила:
— Хорошо, ваше высочество. Я признаю исключительность ваших требований и готова внести поправки в служебные инструкции деор-службы, ввиду новых обстоятельств. — Она подняла на Адана пронизанный сталью взгляд, смягчённый вежливой улыбкой. — Но с оговорками.
Адан чуть кивнул.
— Я слушаю, Марона.
— Мы должны создавать видимость пути Лираны как обычной деоры. Поэтому сейчас вы заберёте её, но потом вы должны будете её вернуть. — Марона говорила чётко, будто диктовала условия контракта. — Завтра утром я сама приду за ней. Введу в курс дела. Размещу в деор-зоне.
Она помолчала и усмехнулась, как-то по-новому, пожалуй, даже с озорными нотками:
— Я так понимаю, в гардеор-зону вы Лирану тоже пока не пустите? Даже на стандартную экскурсию, правильно понимаю, мой принц?
Адан усмехнулся в ответ, коротко, одними уголками губ.
— Правильно понимаете, — подтвердил он и усмехнулся уже открыто: — Я очень рад, что мы хорошо друг друга понимаем.
Марона тоже усмехнулась.
Она устало махнула рукой:
— Идите уже. Завтра приду перед обедом. На обеде Лирана уже должна быть с другими деорами.
— Мы с утра будем заниматься в тренировочном зале, — ответил Адан. — После этого вы сможете её забрать. До вечера. Затем она снова моя.
Марона кивнула и уже собиралась что-то добавить, когда двери зала бесшумно раздвинулись.
Вошёл адъютант кронпринца. Высокий, как все гардеоры. Его короткие светлые волосы были чуть взъерошены, а во взгляде читалось напряжение. Он замер на пороге и быстро поклонился.
— Ваше высочество, прошу прощения за вторжение.
— Виндор? — Адан нахмурился, и я почувствовала, как напряжение в его теле изменилось, стало другим, собранным, боевым. — Докладывай.