Рейд

Я по-прежнему скованный агром был вынужден атаковать в лоб — бил по щиту, не нанося почти никакого урона, но в то же время ни на секунду не прекращая движения. Параллельно с атакой каким-то чудом уклонялся от алебард, которые свистели слева и справа, рассекая воздух в сантиметрах от моего тела. Каждый замах противника я фиксировал боковым зрением, просчитывал траекторию следующего удара и смещался ровно настолько, чтобы лезвие прошло мимо. Краем глаза примечал гнома — тот обходил поле боя по широкой дуге, явно намереваясь зайти в спину и обрушить свой молот на мой затылок.

Наконец агр истёк. Сила, заставлявшая меня тупо молотить танка, исчезла. Я снова владел каждым суставом своего костяного тела. Не раздумывая ни секунды, я сделал то, чего ни мог до этого сделать никогда в жизни — ни в реальной, ни в виртуальной. Финт, который я сотни раз пытался освоить на тренировках по историческому фехтованию, который я десятки раз пробовал в пвп, но который никогда мне не давался ни в жизни, ни в игре. Тренер говорил: «Не хватает чувства тела, Сергей. Ты думаешь, а надо чувствовать». Тогда я не понимал. А сейчас — понял.

Резкий шаг вперёд, прямо на танка. Он выставил щит, ожидая лобового удара. Я перенёс вес на левую ногу, развернул корпус вправо — ложный замах. Танк повёл щитом, прикрываясь. В этот момент я вместо удара опёрся рукой о край его щита, толкнулся и, используя его же защиту как точку опоры, перебросил себя через его плечо. Костяное тело сложилось в неестественном для живого существа пируэте, доспех лязгнул, и я приземлился у него за спиной — прямо среди строя алебардистов.

Получсинлось! Я сам удивился не меньше врагов.

— Бля, чё за нах, скелет-акробат? — ошарашенно выдал один из воинов с алебардой.

Танк стоял с отвисшей челюстью, всё ещё глядя туда, где я был мгновение назад. Его щит прикрывал пустоту. Я не дал ему опомниться — резко развернул корпус и всадил топор прямо в его бок, туда, где наплечник не прикрывал сочленение доспеха.

«Истощение» прокнуло. Слава богу. Эффект лёг чёрной пеленой на его полоску здоровья, блокируя регенерацию и исцеление. А самое главное — увеличивая откат умений.

Лицо танка почти не изменилось. Мой финт его удивил — это я видел по расширившимся зрачкам, — но проклятие истощения не вызвало никакой реакции. Он ждал его. Они смотрели ролик и знали, что я ношу проклятое оружие. Ещё одно подтверждение того что они знали куда идут.

Пока агр откатывался, я рванул к целителям. Оба хила, мгновенно оценив угрозу, сорвались с места и побежали прочь из зала, в тёмный проход. Я бросился следом.

Сосредоточился на цели — и пропустил удар алебардой в бок.

Лезвие вонзилось в сочленение доспеха, разрубая рёбра. Боль пронзила меня насквозь от пяток до макушки — острая, обжигающая, очень похожая на реальную. Сто процентов чувствительности имели свои минусы. Я охнул сквозь сжатые зубы. Полоска здоровья просела сразу процентов на десять. Пока я справлялся с болью, шаг замедлился, путь к хилерам перегородил второй алебардист.

Он стоял в проходе, расставив ноги и перехватив алебарду обеими руками. Глаза горели азартом. Похоже, схватку за моё выживание он воспринимал просто как развлечение. Хотя что удивительного — он думает, что я просто багнутый NPC.

Я не стал ждать. Бросился вперёд, сокращая дистанцию, превращая длинное древко его оружия из преимущества в недостаток. Первый удар топором он отбил — алебарда зазвенела, но выдержала.

Второй удар, обманный, я направил ему в ноги. Он опустил оружие, защищаясь, и я тут же сменил траекторию — топор ушёл вверх и врезался ему в плечо, прямо в стык наплечника и нагрудника. Игрок вскрикнул, полоска здоровья дрогнула.

Он попытался контратаковать — ткнул алебардой мне в грудь, целясь в центр нагрудника. Я сместился вправо, пропуская лезвие вдоль рёбер, и ударил снова. На этот раз по рукам.

Сзади уже гремели шаги — танк и первый алебардист спешили на помощь, атакуя в спину. Я чувствовал их приближение каждой костью, но не оборачивался. Если я сейчас отвлекусь — упущу раненого, и хилы вернут его в строй за секунду.

Ещё удар. Игрок попытался заблокировать древком, но топор рассёк дерево и достал до тела. Теперь ещё и отдаст бешеные деньги за ремонт в кузнице. Не повезло парню. Ещё и крит! Здоровье алебардиста сразу упало в красную зону. Моё — тоже, слетело уже до тридцати процентов. Пока я сосредоточился на схватке, танк и второй алебардист безнаказанно били в спину.

Ещё мгновение — и к ним присоединится гном с молотом. Вот тогда точно — конец.

Исход схватки уже был ясен. До хилов не добраться. Всю группу не одолеть, тем более. Откат агра ещё не закончился, но вот-вот уже навык будет готов. Или агр, или, стоит целителям понять, что я перестал их преследовать, они вернутся и восстановят раненого алебардиста, или же гном наконец доберётся до меня и закончит бой росчерком своего молота… в любом случае на этом схватка для меня кончится. Единственное, что я мог сделать, — забрать хоть одного врага с собой до того, как что-то из вышеперечисленного случится.

Задача-минимум. Слить одного.

Я наплевал на защиту. Перестал даже пытаться уклоняться от ударов врагов. Каждый взмах оружия танка и алебардщика вонзался в мой доспех, сбивая здоровье, но я больше не обращал внимания. Всё, что имело значение, — это враг передо мной.

С удвоенной яростью я бросился вперёд.

— Э-э! У него что, жажда крови прокнула, что ли? Чё он так лезе… Хильте меня, хиль!.. — голос алебардиста сорвался на панический визг.

Он попытался отступить, но отступать было некуда — за спиной стена. Я обрушил на него град ударов. Топор вспыхнул багровым — «Мощный удар» откатился как раз вовремя. Последний взмах, и лезвие вошло точно в стык шлема и нагрудника.

Критический удар. Полоска здоровья игрока дёрнулась и потускнела. Парень рухнул на колени, выронив обломок древка, и замер.

Мгновение спустя молот гнома обрушился на мой череп.

Меня вышвырнуло из костяного тела, как пробку из бутылки. Мир свернулся и развернулся — и вот я уже парю под потолком, бесплотный, бессильный, глядя, как моё тело рассыпается на куски. Доспех звякнул о камень. Топор откатился в сторону и исчез во вспышке — вернулся в инвентарь.

Боль. Просто невыносимая.

Ноющая, словно зубная, только во всём теле сразу и в десять раз сильнее. Ко всему этому ещё тошнота с головокружением.