Страница 40 из 45
Глава 33
Глава 33
Глава 33
Он не приехал.
И от этого стало так плохо, что утром я уже не понимала, что было бы больнее — если бы приехал или если бы остался в этом молчании.
Стася нашла меня на диване, спящую сидя.
— У тебя лицо женщины, которая всю ночь внутренне хоронила надежду.
— Не преувеличивай. Надежда была очень живучей, — пробормотала я.
— И?
— Умерла под утро.
Подруга вздохнула и поставила передо мной кружку с чаем.
— У меня хорошие новости и плохие.
— Начни с тех, которые хотя бы не добьют.
— Тётя согласна.
Я подняла глаза.
Согласна.
Значит, всё действительно движется.
— А плохие?
— Если ты хочешь уехать тихо, то делать это надо быстро. Сегодня максимум завтра. Потому что, если Матвей или твой отец всерьёз начнут тебя искать, времени у нас не будет.
Я смотрела в чашку и понимала, что выбора у меня уже почти не осталось.
Не потому, что я не люблю Матвея.
Как раз наоборот.
Именно поэтому.
Если останусь, нас раздавят между правдой, недоверием, отцом и войной, которая уже началась. А я не могу позволить себе сейчас жить на пороховой бочке.
Не с ребёнком.
Не в таком состоянии.
— Сегодня, — сказала я.
Стася кивнула.
Ни осуждения.
Ни вопросов.
Только действие.
---
Собирать вещи для побега странно.
Ты не можешь взять много — это утяжеляет и привлекает внимание.
Не можешь взять мало — потому что впереди неизвестность, и каждая кофта внезапно начинает казаться вещью первой необходимости.
А ещё в процессе сборов выясняется неприятная правда: самое тяжёлое в сумке — не одежда. Самое тяжёлое — это всё, что ты оставляешь.
Дом.
Город.
Привычный маршрут.
Работу, которую полюбила быстрее, чем ожидала.
Мужчину, к которому тянулась всем сердцем, даже когда самой себе было страшно в этом признаться.
Я складывала вещи молча.
Стася помогала.
И только один раз не выдержала:
— Есения, если ты всё ещё надеешься, что он ворвётся и не даст тебе уехать, это заметно.
Я замерла с футболкой в руках.
— Не надеюсь.
— Врёшь.
— Очень может быть.
— И что тогда?
Я медленно села на край кровати.
— Тогда это будет конец.
— А если не ворвётся?
Улыбка вышла кривой.
— Тогда тоже.
---
Днём позвонила Марина.
Я смотрела на её имя на экране и не сразу решилась ответить.
— Да?
— Ты где? — спросила она без приветствия.
Я прикрыла глаза.
— Не в офисе.
— Это я уже поняла. Матвей в бешенстве.
Сердце дёрнулось.
— Почему?
— Потому что ты не отвечаешь ему нормально. Потому что он с утра сорвался на двух клиентов и чуть не разнёс переговорную. Потому что он явно собирается делать глупости, а мне хотелось бы хотя бы примерно понимать масштаб бедствия.
Я сжала телефон крепче.
— Марина…
— Есения, что происходит?
Я молчала слишком долго.
— Я уезжаю.
Тишина на том конце стала звенящей.
— Что?
— Сегодня. Возможно, надолго.
— Ты с ума сошла?
— Возможно.
— Матвей знает?
— Нет.
Марина резко выдохнула.
— Нет. Даже не думай. Ты не можешь просто исчезнуть.
— Могу.
— Есения!
— Марина, пожалуйста. Если вы хоть немного ко мне… если вы вообще понимаете, что сейчас происходит, не говорите ему, пока я не уеду.
— Ты ставишь меня в чудовищное положение.
— Я знаю.
— Он мне не простит.
Я закрыла глаза.
— Я себе тоже.
Долгая пауза.
Потом Марина сказала очень тихо:
— Ты беременна?
Я замерла.
— Откуда…
— Потому что я не слепая. И потому что в последние дни ты выглядишь не как женщина после красивой ссоры, а как человек, которому страшно на несколько жизней вперёд.
Слёзы подступили мгновенно.
— Да.
На том конце стало совсем тихо.
Потом:
— Господи.
Я нервно засмеялась сквозь слёзы.
— Да. Примерно так.
Марина молчала ещё несколько секунд.
А потом устало сказала:
— Ладно. Я ничего не скажу до вечера.
— Спасибо.
— Но только до вечера, Есения. Дольше я не смогу.
— Мне хватит.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Я посмотрела на открытую сумку.
На билет.
На паспорт.
На свою жизнь, которую сама же сейчас вырывала с мясом.
— Нет, — честно ответила я. — Но, кажется, по-другому я уже не выживу.
---