Страница 27 из 45
Глава 20
Глава 20
Глава 20
На следующий день Матвей был в ярости.
Не той, где мужчина повышает голос и хлопает дверями.
Хуже.
Той, где он становится слишком тихим.
Слишком холодным.
Слишком собранным.
Я поняла это сразу, как только вошла в офис.
Марина даже не пыталась шутить.
— Что случилось? — спросила я, опуская сумку на стол.
Она подняла на меня тревожный взгляд.
— Утечка.
У меня внутри всё резко похолодело.
— Какая?
— По делу Еремина. Пропали материалы внутренней экспертизы. И сегодня утром они уже оказались у противоположной стороны.
Я замерла.
— Как это вообще возможно?
Марина пожала плечами.
— Если бы мы знали.
В кабинете Матвея что-то глухо ударилось о стену.
Я вздрогнула.
— Он там?
— Да. И я бы на твоём месте…
— Уже поздно.
Я вошла без стука.
Матвей стоял у окна. Без пиджака. С расстёгнутыми верхними пуговицами рубашки. Пальцы сжаты в кулак.
Он обернулся.
И я впервые за всё время действительно испугалась его взгляда.
Не за себя.
За то, что случилось.
— Что произошло? — спросила я тихо.
Он несколько секунд просто смотрел на меня.
Потом произнёс:
— Вчера на моём столе был конверт.
Сердце дрогнуло.
— Да. Курьер привёз. Я положила его вам.
— И кто ещё его видел?
Я нахмурилась.
— Не знаю. Никто? Я принесла и ушла.
— Ты уверена?
— Конечно.
Матвей подошёл к столу, взял прозрачный файл и кинул передо мной.
Я посмотрела.
Распечатки писем. Номер экспертизы. Скан подписи. И сопроводительная записка о передаче документов.
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что именно я вижу.
А когда поняла — стало дурно.
Потому что подпись в журнале выдачи курьера стояла моя.
И рядом — отметка, что документы получены и переданы доверенному лицу.
— Это… что? — выдохнула я.
— Это то, из-за чего у меня сейчас может рухнуть крупное дело, — очень спокойно сказал Матвей. — И единственный человек, который забирал вчера пакет лично, — ты.
Я подняла на него глаза.
— Вы сейчас на что намекаете?
— Я не намекаю. Я спрашиваю.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно.
Я смотрела на него и не могла поверить.
Правда не могла.
После всего.
После его квартиры.
После ночей.
После «ты мне нужна».
— Вы думаете, это я? — спросила я почти шёпотом.
Он отвёл взгляд.
И этим сделал только хуже.
— Я думаю, что именно ты держала пакет в руках, — сказал он сухо. — И мне нужно понимать, что с ним произошло дальше.
— Я принесла его вам.
— Этого конверта не было среди документов, которые должны были оказаться у меня.
Во мне медленно, страшно поднималась злость.
Сначала на ситуацию.
Потом на его тон.
Потом на сам факт, что он вообще допускает…
— Матвей, вы же не можете всерьёз считать, что я способна вас подставить.
Он молчал.
И вот это молчание ударило больнее крика.
— Господи, — я отступила на шаг. — Вы правда не знаете, верить мне или нет.
— Я пытаюсь разобраться.
— Нет. Вы пытаетесь решить, достаточно ли я глупа или достаточно ли я лжива!
— Есения…
— Не смейте сейчас делать вид, что это просто работа! — сорвалась я. — Потому что если между нами действительно есть хоть что-то, то вы должны знать: я бы никогда не продала вас за какой-то чёртов конверт!
— Тогда объясни, как это произошло.
Я зажмурилась, пытаясь вспомнить вчерашний день по секундам.
Курьер.
Отец.
Звонок.
Раздражение.
Спешка.
Переговорная.
Матвей.
И вдруг меня обожгло воспоминанием.
Отец.
Его внезапная мягкость вечером.
Его слова.
Его спокойствие.
Слишком спокойствие.
Я медленно открыла глаза.
— Мне нужно домой.
Матвей нахмурился.
— Сейчас?
— Да.
— Есения, мы не закончили.
— Нет. Как раз только начали.
Я вышла, не дожидаясь разрешения.
И уже в лифте поняла: если моя догадка верна, то этот день станет точкой, после которой всё полетит к чёрту.
---