Страница 71 из 72
В ближайшее же время им предстояло решить вопрос с приближавшимся голодом. Джон распорядился выслать помощь из ближайших земель. А в качестве компенсации – снизил этим самым землям налоги на ближайший год.
Сам же Ноттингем был избавлен от уплаты налогов в казну на ближайшие пять лет. Это было необходимо измученным продолжительным голодом людям. И этого должно было хватить, чтобы восстановить прежний уровень жизни. Тот, который был здесь при нашей с Мэриан матери.
А мы с Джоном собирались возвращаться в Тамуэрт. С нами ехали все парни из моего бывшего отряда, кроме Гилберта. И ещё Тук. Клирик заявил, что после того, как местный храм согласился помогать Ричарду с ритуалом, он не был готов здесь оставаться.
Впрочем, нам это было только на руку: Джон планировал провести серьёзные изменения в порядках храмовников, и ему был нужен свой человек. Которого можно было бы поставить во главе обновлённого храма.
К сожалению, Тук был единственным, кому мы могли доверять.
В последний день перед отъездом мы с Джоном покинули город на рассвете и тропами фэйри сбежали в наш старый лагерь. Тот самый, в котором я прожила последние два года.
Сходили и к моему любимому пруду, где мы впервые встретились с Джоном. Когда-то холодная вода была мне необходима, чтобы остужать тело. Теперь все излишки жара забирал мой дракон.
– Я тогда принял тебя за русалку, – хмыкнул Джон, глядя на подёрнувшуюся ледяной корочкой поверхность пруда.
– И не испугался?
– Не уверен, что в тот момент я мог испытывать страх, – пожал он плечами. – Тогда мне было нечего терять. Всё, чем я дорожу, появилось у меня уже после нашей встречи.
Я не стала отвечать. Только теснее прижалась к любимому и печально улыбнулась, навсегда прощаясь с этим местом. Вряд ли я когда-то сюда вернусь.
– Хочу заглянуть ещё в одно место, – проговорила я, отрывая взгляд от воды. – Тут недалеко.
– К Тафне? – понятливо кивнул Джон.
– К ней, – улыбнулась я.
Тафну я не видела с того самого дня, когда очнулась в нижнем мире. В Ноттингеме она не показывалась, к людям не выходила.
Да и Пак, откровенно говоря, больше нас не навещал. Исчез в тот же час, когда был уничтожен последний из слуа. Как сквозь землю провалился.
И мне безумно хотелось с ними попрощаться до нашего отъезда.
Знакомый дуб давно сбросил листья, и сейчас качал голыми ветвями. Тяжело вздохнув, я опустилась на землю и раскрыла сумку.
– Тафна, привет. Не знаю, слышишь ты меня или нет… Но я хотела сказать спасибо. Без твоей помощи, боюсь…
Голос сорвался. В горле словно комок застрял. Ещё и слёзы навернулись. Почему-то я думала, что стоит мне прийти, и фэйри тут же выйдут навстречу. Да что там – я даже не сомневалась. Поэтому и речь не заготовила. Даже не подумала об этом.
Но дуб выглядел по-зимнему безжизненным. И ничто не указывало на то, что меня вообще кто-то слышит.
– В общем, спасибо тебе за помощь, – неловко закончила я.
После чего молча открыла тряпичную сумку, достала и расстелила перед собой салфетку, а затем одну за другой извлекла четыре лепёшки. Две положила на салфетку, одну взяла сама и одну протянула Джону, опустившемуся рядом.
– Уверен, они всё слышали, – подбодрил он меня.
Я пожала плечами и молча вгрызлась зубами в лепёшку. Не знаю, слышали или нет, но могли бы хоть знак подать.
– А про меня что же, хвалебных речей не будет? – прозвучал тонкий голосок.
– Не заслужил пока, – поддел его знакомый женский голос. – Да и мне как-то маловато показалось…
Резко обернувшись, я уставилась на говоривших.
Изящная высокая фигура в изумрудном платье. И мелкий пикси на её плече. Против воли губы расплылись в счастливой улыбке. А в следующий момент я уже была на ногах и вовсю обнимала Тафну.
– Женские штучки, – презрительно прокомментировал Пак, отлетев подальше и устроившись на плече Джона. – Никогда их не понимал.
Дракон неопределённо хмыкнул, с улыбкой наблюдая за проявлением чувств. Да мне и самой было странно: раньше я такой эмоциональной не была. Теперь же хотелось то обнять весь мир, то пристрелить кого-нибудь и прикопать по-тихому. Причём от внешних факторов это не зависело.
– Всё-таки пришли, – сдержанно улыбнулась Тафна через пару минут, усаживаясь напротив меня.
– Мы ведь не могли не попрощаться, – пожала плечами я. И добавила: – Ты завтра уезжаем, поэтому больше не увидимся.
– Жаль, – прокомментировал Пак, подцепив собственную лепёшку. – Вы мне даже понравились. Вы смешные. Особенно ты. – Он ткнул в меня пальцем и деловито откусил сразу половину лепёшки. – М-м! А вкусно!
– Это от Муча, – объяснила я. – Их Тафна любит.
Так мы и болтали ни о чём в морозных сумерках. Пока солнце окончательно не укатилось за горизонт, а на небе не зажглись первые звёзды.
– Пора вам, – подал голос Пак. И мне показалось, или в его голосе мелькнуло сожаление?
– Пора, – подтвердила Тафна. – И нам тоже пора.
Грустно улыбнувшись, я поднялась на ноги, готовясь прощаться. Но сказать ничего не успела.
– Кстати, – подал голос Пак. – Мы же дракона того ощипали. И я знаешь, что подумал?
Повисла пауза. Я старалась не представлять процесс ощипывания несостоявшегося короля Мерсии. Джон, видимо, просто не знал ответа.
– И что же? – наконец выдавил он.
– Что это нечестно, – вздохнул Пикси. – Там ведь ещё мясо, кости – всё в дело пойдёт. Так что… – Он жестом фокусника вытащил прямо из воздуха увесистый мешок и вручил Джону. – Это твоя доля.
– Доля чего? – сдавленно спросила я.
– Как это чего? – изумился Пак. – Чешуи, естественно. Мы ощипали дракона, все чешуйки пересчитали. И вот часть принесли вам… А я не понял, где возгласы благодарности? Я что, зря старался?
– Спасибо, – выдохнул Джон, с изумлением глядя внутрь мешка. – Это же…
– Позволит восстановить причинённый Ричардом ущерб, – прошептала я. – По крайней мере то, что можно решить деньгами. И ещё останется.
Джон тяжело сглотнул и поднял взгляд, собираясь что-то сказать. Но пикси уже и след простыл. Мы стояли в лесу одни.
– И сильно поможет в борьбе с храмом, – закончил Джон. И повторил, глядя на дуб: – Спасибо.
Обратно добирались уже глубокой ночью. Сперва до лагеря, потом верхом к тропе фэйри, а оттуда до Ноттингема. К городским стенам мы прибыли уже под утро.
Остановившись у широкого дерева, Джон протянул руку и сдёрнул изрядно потрёпанный лист бумаги.