Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 54

Попытка перевести тему вышла не очень удачной, потому что Артур странно засуетился, сминая в руках цветы.

– Да я… это… – он озадаченно осмотрелся по сторонам, словно сам не понимал, как здесь оказался. – По делам был недалеко. В участок стражи зашел перед… В общем, зашел, а тут дежурный крикнул, что с кладбища вызов. А вся стража на патруле. Как хоть один отряд вернется, так его сюда и пришлют.

– М‑м, – протянула я, потирая подбородок. – Какая хорошая система. То есть, если бы не вы, то неизвестно, когда бы сюда прибыл отряд. Так? И куда это вы шли поздно ночью мимо участка? – тоном ревнивой жены поинтересовалась я.

– По делам, – процедил сквозь зубы Артур. Наши взгляды сошлись на букете. – Хорошо, я пытался снять ваше проклятие.

– Какое проклятие? – нахмурилась я. Первый раз слышу, чтобы проклятие снимали с помощью букета.

– Ваше, – с тяжелым вздохом признался инспектор.

Вот чего не люблю в жизни, так это получать незаслуженные обвинения. Сразу хочется их заслужить.

– Да не в этом смысле, – быстро сообразил Артур и нервно одернул смокинг. Не зря он на своей должности, мозги имеет. Ну, или просто почувствовал, что сейчас действительно получит проклятие прямо в лицо. – То, что мы с вами все время сталкиваемся. Вчера же получилось. Я специально вчера в кабинете заперся. Еще и стулом ручку подпер. – Ого, вот это он, бедняга, расстарался. – А сегодня… Да что я оправдываюсь? – Артур раздраженно махнул букетом. – На свидание я шел! – И скорбным тоном признался: – Ужас какой. Чувствую себя неверным супругом.

Я посмотрела на звездное небо и, усмехнувшись, сообщила инспектору:

– В это время на свидания приличные дамы не ходят. А к неприличным при полном параде и с цветами глупо заявляться. Тем более заходить перед встречей в участок… несколько странно.

– Хорошо, – мне с силой вручили букет. – Заберите. Да, я должен был в качестве подсадной утки заявиться к одной сомнительной особе, чтобы вывести ее на разговор о подпольной торговле. Довольны? В любом случае… Кстати, а что здесь делаете вы, Селеста? Надеюсь, никаких незаконных опытов не проводите на кладбище? – он очень выразительно посмотрел на мой белый халат.

Я говорила, будто могу быть незаметной? Беру свои слова обратно. Я даже не подумала снять приметную одежду. И как мне повезло, что копатели – слепые идиоты. А то бы пришлось выть и изображать из себя привидение.

– С этого дня я здесь работаю смотрителем, – с неуместным пафосом объявила инспектору о своем новом положении. – Покой умерших оберегаю.

– Да? – с таким скепсисом протянул Артур, что мне захотелось надеть ему букет обратно на голову. Но я лишь крепче сжала цветы. Не помню, когда мне последний раз их дарили. Вот когда он следующий букет принесет, им и побью. Главное, не забыть. – И в первый же день у вас беспорядки на кладбище?

– Я здесь совершенно ни при чем. Так что, идем ловить преступников?

Инспектор даже и не собирался красться по кустам. Он шел прогулочным шагом между могил, словно днем по центральной улице.

Парочка с лопатами нам не обрадовалась. После ожидаемого вопроса «Вы кто такие?», они вылезли из уже ямы приличной глубины и набычились.

Инспектор Артур Лейн представился им спокойным голосом – прямо светская беседа при луне у нас завязалась. Мужчины должностью инспектора не прониклись и вытащили небольшие дубинки. Затем вспомнили и обо мне. Пришлось им сообщить, что представляться всяким мутным типам приличная девушка не станет. В подкреплении своей позиции я призвала стрелу ядовитого зеленого цвета.

– Кхм, Селеста, – инспектор покосился на меня и сделал шаг в сторону, – вы бы не разбрасывались на кладбище некромантской магией без необходимости.

– Ой, чего это я, – глупо хихикнула и погасила стрелу.

– Позвольте все же мне заняться своими обязанностями, – Артур с ноткой превосходства призвал белый огонь.

Копатели смекнули, что против двух магов, один из которых вообще баба‑некромант, их дубинки слегка проигрывают. Интеллектом товарищи определенно не блистали, поэтому просто развернулись и бросились бежать. Один тут же взмахнул руками в попытке взлететь и с громкой руганью рухнул в яму, которую сам и копать не хотел. Ему еще повезло, что ленился – не так глубоко было падать. Судя по отрывистым выкрикам, отделался летун переломом руки. Второй же проявил смекалку и рванул в сторону. Только на его пути оказались брошенные лопаты. Запутавшись в них ногами, он также решил повторить попытку напарника улететь и взмахнул руками. Упал он куда удачнее – на кучу земли. И, тем не менее, от перелома ноги его это не спасло.

Прибывшие к финальной части стражи застали странную картину: из ямы стонал мужской голос, другой мужчина катался по куче земли и выл, инспектор Артур Лейн с задумчивым видом стоял над распотрошенным свертком, а я, повиснув на потемневшем от времени надгробии, икала от смеха.

– Вы зачем так грубо обошлись с раритетным инструментом? – Артур грозно посмотрел на яму. – Что за варварство – прятать контрабас в земле, я вас спрашиваю? Вы же его так могли испортить!

Оказывается, буквально вчера в городе произошло, с одной стороны, громкое, а с другой – очень тихое преступление. У одного подпольного коллекционера стащили жутко дорогой контрабас. Поскольку владелец не желал внимания к своему безобидному увлечению, искали пропажу аккуратно, не разглашая о преступлении никакой информации прессе.

А двоих копателей просто наняли, чтобы спрятать контрабас на время, пока не прекратятся поиски. Те не придумали ничего лучше, чем схоронить инструмент в проверенном месте – на кладбище. До этого, правда, они тут контрабандное вино прятали.

И Артур Лейн, можно сказать, героически рискуя собой, нашел похищенное. Да еще и по контрабанде у него к задержанным вопросы имелись.

– А вы говорите – проклятие, – мило улыбнулась я напоследок инспектору и прижала потрепанный букет к груди.