Великий Кузнец 3

Глава 14 Симфония камней

Я взял у моего соавтора черновик нашей работы «Рождение Пламени: Агент и Энергия» (толстую стопку исписанных листов, аккуратно завёрнутую в плотную коричневую бумагу и перевязанную тонким льняным шпагатом).

Но прежде чем уйти, я решил не упускать возможность пополнить свою скромную библиотеку. Мне была необходима теоретическая база для расширения горизонтов.

— Почтённый Элиас, — обратился я, перекладывая свёрток подмышку. — Не могли бы вы одолжить мне на время какую-нибудь книгу по теории магии ветра/воздуха? Учитывая нашу новую гипотезу о пламени, понимание так называемого агента-носителя кажется ключевым.

Старый библиотекарь кивнул, не удивляясь запросу. Он бродил вдоль одного из дальних стеллажей, низко наклонив голову, пока его палец не остановился на невзрачном томике в синем, выцветшем от времени переплёте.

— «Течения и вихри: введение в манипуляцию воздушными потоками», — прочёл он вслух, сдувая пыль с корешка. — Старое издание, но фундаментальное. Без излишней поэзии, только основы: управление давлением, создание направленных потоков, взаимодействие с другими стихиями на элементарном уровне. Должно подойти для начального ознакомления.

Я принял книгу: она была тоньше и легче, чем трактат о термодинамике, но переплёт был крепким, а страницы, хотя и пожелтели, не были так сильно изъедены временем.

Затем я вспомнил о своём основном ремесле.

— А ещё, — добавил я, — если у вас найдётся что-нибудь, что могло бы помочь мне с кузнечным или ювелирным делом… что-то более углублённое, чем просто справочник по твёрдости материалов. Что-то о… символизме материалов, возможно.

Лицо Элиаса озарилось пониманием. Он направился к совсем другому углу комнаты, где на полках стояли не книги, а коробки и футляры.

— Кузнечное дело… это не совсем моя область, — проговорил он, роясь в одной из коробок. — Но вот что у меня есть, и это, полагаю, может оказаться для тебя куда полезнее сухих технических мануалов.

Он извлёк из коробки книгу небольшого формата, но в удивительно хорошем состоянии. Переплёт был из тёмно-коричневой кожи, отполированной до лёгкого блеска, с тиснёным на обложке узором: переплетённые ветви, среди которых сверкали инкрустированные крошечные кусочки слюды, имитирующие россыпь звёзд или кристаллов. Книга выглядела не как научный труд, а как богатый альбом или личный дневник знатного человека.

— Это «Симфония камней: о духе, связи и значении минералов царства земли», — произнёс Элиас, протягивая её мне. — Работа одного полузабытого придворного ювелира и мистика. Она не расскажет тебе, как выковать клинок или спаять оправу. Зато она подробно, очень подробно, описывает драгоценные и полудрагоценные камни: не только их физические свойства, но и то, с какими стихиями, божествами, абстрактными силами и концепциями они традиционно ассоциируются. Что они символизируют, в каких обрядах использовались, каким магическим школам считались покровительственными. Для твоего…– он многозначительно посмотрел на меня, — дела, это может оказаться бесценным. Когда ты имеешь дело с зачарованием, то ты не просто работаешь с металлом, ты работаешь с сутью, с идеей. А камень… камень может быть мощным фокусом, усиливающим эту идею, задающим ей правильное… направление или резонанс. На сколько я читал, если мне не изменяет память.

Я взял книгу и когда я приоткрыл её, мелькнули страницы с изящными, тонко прорисованными иллюстрациями минералов и сложными, каллиграфическими пояснениями. Это была не просто книга, это был ключ к новому уровню понимания моего ремесла. Если бы не мой новый друг/учитель/соисследователь, то как сложно мне было бы получить доступ к этим книгам/знаниям и как дорого бы мне это обошлось?

Сердечно поблагодарив Элиаса, я рассказал ему, где меня можно найти в случае необходимости.

— Я пока живу в трактире «Золотой Якорь», в торговом квартале, недалеко от внешнего рынка. Спросите Яра Громова, помощника купца Василия. Или просто спросите рыжего паренька в зелёной рубахе, — улыбнулся я. — А если я буду на нашей стройке, то это бывший так называемый хутор Ерёмы за юго-восточными стенами, у края леса, где ручей впадает в пруд. Там сейчас идёт стройка, два каменных здания и простенький заборчик, не пропустите.

Старый исследователь кивнул, запоминая.

— «Золотой Якорь» и хутор Ерёмы: понял. Будь осторожен с этими книгами, Яр: особенно с «Симфонией». Некоторые её экземпляры… исчезали из библиотек при загадочных обстоятельствах. В ней есть знания, которые некоторые предпочли бы держать под замком, подозреваю, что они действительно крайне полезны для людей занимающихся созданием артефактов или их можно продать за очень хорошие деньги.

Я пожал ему руку, его ладонь была сухой, жилистой, с мозолями от пера, прожитых годов и химических реактивов. Моё рукопожатие было крепким, уверенным: рукопожатием партнёра, а не ученика.

— До скорой встречи, коллега, — сказал я и, собрав все три книги, откланялся.

Дверь лаборатории мягко закрылась за мной, и вскоре я очутился в узком тёмном коридоре. Я быстро спустился по скрипучей лестнице: голубые шарики света мгновенно гасли, когда я проходил мимо них, оставив в конце лишь тусклый отсвет от щели в двери. Я вышел через чёрную дубовую дверь на улочку квартала Алхимиков. Относительно свежий, хоть и пыльный воздух после сухого запаха библиотеки/лаборатории показался глотком свободы.

Снаружи, привязанная к ржавому кольцу в стене, ждала наша повозка. Рядом с ней, сидя на краю деревянного сиденья и настороженно оглядывая окрестности, сидел Серый Коготь (Сергей). Увидев меня, он мгновенно вскочил, его янтарные глаза осмотрели меня с ног до головы, проверяя на отсутствие повреждений, а нос слегка повёл, улавливая новые запахи: запах старых книг, пыли и чего-то горько-металлического.

— Всё в порядке, Сергей, — успокоил я его, укладывая книги в ящик под сиденьем. — Поехали в трактир, на сегодня хватит приключений.

Мы сели в повозку. На этот раз я решил дать Сергею возможность попрактиковаться в городских условиях. — Вези, — сказал я, протягивая ему вожжи. — Дорогу ты уже запомнил, тренируйся.