Страница 76 из 79
Дамир устраивается выше на подушках, подтягивает меня под свой бок. Давит костяшками указательного пальца на подбородок, вынуждая поднять лицо и встретиться с ним взглядом. Большой палец обводит мои губы, Мир внимательно следит за движением и глубоко вздыхает.
– Милая, я приму любое твое решение, от которого тебе будет лучше. Есения, мне нужна ты до конца моих дней, вся, целиком и полностью. И если любить тебя – значит никогда не иметь детей, пусть будет так.
Он произносит это твердо, решительно. Не сомневается ни капли, а мое сердце обливается кровью. В глазах щиплет, мне хочется плакать и благодарить его за то, что он такой понимающий. В горле собирается соленый комок, и мне приходится взять долгую паузу в целую минуту, чтобы немного прийти в себя и дрожащим голосом спросить:
– А если они у нас будут? Что ты тогда скажешь?
Дамир напрягается, сжимает меня чуть крепче. Я не дышу, жду его ответа и запрещаю себе предполагать варианты. Никаких предубеждений, я готова услышать любую правду.
– Скажу, что буду самым счастливым отцом.
На меня теплой волной накатывает облегчение. Тело расслабляется в один момент, словно кто-то нажал на кнопку и переключил меня в новый режим.
Обхватив за талию, Дамир подтягивает меня выше, пока мы не сталкиваемся носами. Мягко касается губ, целует нежно и долго. Гладит меня везде, где получается дотянуться. Плавно скользит языком по губам, не спеша проникать внутрь. Мир непривычно нежничает, вознося меня на какие-то неведомые вершины радости и спокойствия.
Я отстраняюсь первой, глажу его щеки, веду указательным пальцем по носу, думая, что девочке точно не пойдет его нос. Накрываю большим его губы, когда Дамир снова тянется за поцелуем. Качаю головой.
– Еся, ты уверена в своем решении? – мягко интересуется Агеев, отводя мою ладонь со своего лица.
Уставившись в одну точку, пожимаю плечами.
– Я… я готова, но мне страшно. Я будто заменяю одного ребенка другим.
– Ты этого не делаешь, родная. В твоем сердце хватит любви для них двоих. И с тобой навсегда останется память о первом ребенке.
Слова Дамира вдруг оседают в моей голове и запускают новые механизмы. В мозгу что-то щелкает, в груди становится тесно, ее распирает изнутри от эмоций. Мир попадает точно в цель, и я не понимаю, почему не думала об этом раньше.
До сегодняшнего разговора я даже не подозревала, что дело вовсе не в страхе смерти. Дело в боязни жить и проживать каждый момент. Я боялась сдвинуться со своей точки, мне было так страшно забыть, что я решила зависнуть в привычном коконе, лишь бы не идти дальше. Но правда такова, что невозможно закрыться от мира, как бы ни хотелось. Нельзя спрятаться от жизни и надеяться, что она не ударит и принесет только хорошее, если быть достаточно осторожным. Как бы банально ни звучало, но жизнь нужно жить. Падать и подниматься. Принимать поражения и, перешагнув через них, идти вперед, в лучшее будущее, навечно сохранив в сердце надежду. Не вычеркивать прошлое, безжалостно марая бумагу судьбы неаккуратными черными полосами, а бережно сохранять воспоминания и не переставать идти за новыми.
– Значит, ты правда этого хочешь? Малыша? – спрашиваю, будто мне было недостаточно того, что он сказал пару минут назад.
– Или малышку, – улыбается Мир, медленно покрывая мое лицо. – Но только если этого искренне хочешь ты. И если ты готова к этому.
– Думаю, мне все-таки нужна терапия.
– Я пришлю тебе контакты. И договорюсь на первую встречу, когда ты будешь готова. Есь, – Дамир одним ловким движением переворачивает нас, так что теперь я лежу прямо под ним, а он нависает сверху. Его бедра прижимаются к моим, давая ощутить всю силу его желания, а губы нежно касаются губ. – Я люблю тебя. Всем сердцем люблю. Спасибо тебе.
Обнимаю его за шею, поглаживая затылок и чуть сильнее обычного впиваясь в кожу ногтями. Мир смеется, и я вместе с ним.
– Агеев, то, что у нас будет ребенок, не значит, что я теперь навечно пропишусь в твоей постели.
– Уверена? – он уже целует мою шею и обхватывает губами мочку, втягивая в рот.
– Да! – слетает с моих губ стон-ответ. – У нас и отношений толком не было, мы все сделали на какой-то бешеной скорости. Я хочу свидания и нежности!
– Боюсь, замедлиться у нас уже не получится, родная, – мурлычет мне в шею, пока одной рукой забирается под футболку и сжимает сосок. – Но восполнить пробелы – легко!