Бывшие. Порочная связь

Это пытка, самая изощренная пытка из всех. Ноги плохо держат, я цепляюсь за дверь, ища хоть что-то, за что можно ухватиться. Мозг и сердце работают по отдельности. Разум еще пытается отвоевать гордость, тогда как тело, щедро сдобренное яркими ощущениями, требует испытать весь спектр эмоций.

Дамир большой, я и забыла насколько. Кусаю губы, когда он толкается на всю длину. Снова резко и грубо. Быстро, яростно, словно мы куда-то спешим.

– Трахать тебя, – пальцы надавливают сильнее. Внизу живота закручивается горячая спираль. Между ног уже не просто влажно – там потоп, – целовать. Ты моя, Есения. Моя.

– Пошел ты! Я. Могу. Делать. Что хочу. – говорить получается с трудом. Вместо мозгов в голове кисель, а тело уже давно подчиняется Агееву, сдавшись в сладкий плен.

– Пожалуйста. Но не с другими мужчинами. Для тебя теперь есть только я, – его зубы впиваются в мою шею. Чертов вампир решил вытянуть из меня не только оргазм, но и душу в придачу.

Мелкая дрожь слабо проходит по телу. Я кусаю губы и зажмуриваюсь. Пытаюсь поймать подступающий оргазм, от которого тело выгибается дугой и выпячивается задница, позволяя Дамиру ворваться в меня еще глубже.

– О господи, – шепчу пораженно. Это лучший секс за семь лет. Как будто я снова вернулась в высшую лигу, где меня ждет идеальный пятизвездочный сервис. Дамир с кем-то был? Плевать. Я сама не выпущу его из кровати в ближайшую вечность.

– Да, сладкая. Я твой бог, – хрипит как чертов искуситель, обводит ушко языком. – А теперь будь хорошей девочкой и скажи, кому ты принадлежишь, – не просит – требует признаться.

Мерзавец бессовестно хорош в сексуальных пытках.

– Нет! – я свожу бедра сильнее, двигаюсь навстречу Дамиру, насаживаясь на его член и испытывая невероятное удовольствие от заполненности.

Мне нужен этот оргазм немедленно. Тело уже звенит от напряжения, я сама превращаюсь во взрывоопасное устройство, для которого каждая секунда возвратно-поступательных может стать последней.

Дамир, поняв, что я делаю, замедляется и почти перестает двигаться. Его пальцы больше не массируют меня в самом нужном месте, а легонько, едва ощутимо касаются. Почти добравшись до вершины, я стремительно лечу в пропасть с чувством тотального неудовлетворения.

– Скажи, родная. И я дам тебе кончить, – в доказательство он подает бедрами вперед, с влажным шлепком врываясь в меня на всю длину.

– Боже… мой… – жалостливо шиплю, умоляя перестать издеваться. Агеев и так задал слишком высокую планку. После него нельзя пойти и сказать первому встречному: прокатимся до моего оргазма? О, нет. Все остальное теперь – жалкий суррогат. Реплика, которая никогда не сравнится с оригиналом.

– Говори, Еся, – натягивая мои волосы сильнее и вынуждая меня замереть. – Чья ты?

– Твоя… – получается безрадостно, но это работает. Дамир ускоряется, совсем немного, но это уже лучше, чем было до.

– Молодец, родная, – поощрительно наглаживает мою задницу. Целует плечо. – Умница, – его пальцы возвращаются к клитору.

– Дамир, пожалуйста, – хнычу, умоляя о большем. Сжимаю его внутри, но это не дает нужного эффекта, и я снова расстраиваюсь.

– Пожалуйста что? Трахнуть тебя до оргазма?

– Да.

– Попроси.

Все во мне бунтует. Протест слишком силен. Я снова завожусь. Толкаю Дамира задницей. Приходится впустить его в себя на максимум. Едва не кончаю от того, насколько все ярко и остро. Я чувствую каждый его вздох, каждое крохотное движение, каждый сантиметр.

– Иди нахрен!

– Неправильно, – щипает клитор, и я взвизгиваю от неожиданности. – В следующий раз я тебя шлепну, – он легонько показывает, что меня ждет. – Давай, милая, иначе ты останешься без оргазма, потому что в тебе слишком охуенно и я уже еле держусь.

– Я… – облизываю искусанные губы. Дышать вдруг становится нечем. – Я… хочу кончить. – Напрягаю мышцы тазового дна, когда Агеев одобрительно толкается в меня. – Пожалуйста, не останавливайся. Трахни меня.

– Ты, оказывается, умеешь быть хорошей девочкой, Еся, – говорит Дамир и срывается на какой-то запредельный ритм.

Перед глазами вспыхивают и гаснут звезды. Резко, безжалостно, бескомпромиссно. Дамир двигается отчаянно и яростно. В его движениях нет ни капли нежности, заботы или любви. Он делает все в точности как я просила – трахает меня с чувством и толком, так что мне остается только хватать воздух и надеяться не распасться на атомы в момент пика.

Если я думала, что в лифте был мой самый яркий оргазм за последнее время, то очень сильно ошибалась. Этот не идет ни в какое сравнение. Меня будто сбивает с ног волной. Я сжимаюсь, кричу, двигаюсь сама, продлевая момент наслаждения. Дамир оставляет на мне следы от своих зубов и губ, втягивающих кожу. Его пальцы сжимают мой зад, насаживая меня как удобно.

Закрыв глаза, просто дышу. Ноги едва держат, они такие слабые, что вот-вот рухну.

– Хорошо, родная, – Дамир снова гладит меня, говорит покровительственно, но меня впервые это не бесит. – Ты так охуенно сладко кончаешь подо мной. – Нежно целует мою шею. – И что скажешь теперь? Кому принадлежит твое тело?

Фыркаю от недовольства и закатываю глаза. Как будто мы оба не знаем ответ.

– Тебе, – выдыхаю, окончательно признавая свое грехопадение.

– Именно, детка, – массирует кожу головы.

Дамир отстраняется. Я вдруг чувствую себя опустошенной, но не успеваю поймать грусть и расстроиться, как Агеев разворачивает меня к себе лицом. Улыбается игриво и расслабленно. Давит на мои плечи, вынуждая опуститься на колени. Я сползаю по двери и смотрю на него снизу вверх. Огромный твердый член с влажной от моей смазки головкой стоит прямо перед моим лицом.

– И раз уж все так чудесно совпало, побудь еще немного хорошей девочкой и открой свой рот. – Я слушаюсь: открываю его и вытягиваю язык. Теплая солоноватая головка упирается в него и медленно скользит в глубь рта. – Хочу кончить на твои сиськи.