Карибы Лайт

Глава первая

Глава первая

– Мика, девочка моя чудесная, милая моя крошка, – Павел Евгеньевич Кротов, директор инвестиционно-строительной компании и по совместительству мой любовник, нарезал вокруг меня круги, касался моих плеч, груди, ягодиц, и умилялся. – Звезда моего сердца. Полет моей души. Сладкая клубничка.

– Павел Евгеньевич, мы на работе, – прервала я поток ненужных слов, стараясь не показать, как меня бесят эти нежности и сюсюканья. Мужику за пятьдесят.

– Да, да, Микаэла Робертовна, мы на работе. Но как же удержаться, красота неземная?

– Есть для меня поручение? Важное?

Я, правда, очень милая. Реально и конкретно. Милая от кончиков длинных, ниже талии, вьющихся волос, теплого, светло-каштанового оттенка, до выразительных голубых глаз, аккуратного носика и пухлых губ. Кукольное личико, точеная фигурка, наивный взгляд из-под густых ресниц вместе создавали убойной силы милоту. Хотя называть меня крошкой было, конечно, глупо.

Мне исполнилось двадцать пять, я закончила физфак университета, но больше двадцати никто мне не давал, как и никто не верил в мое высшее, серьезное образование. Зачем кукле образование? Только портить. Оформлена я была на работе секретарем-референтом, на деле – украшала собой офис за вменяемую зарплату с регулярными повышенными премиями из директорского фонда.

Познакомились мы с Кротовым на модной выставке современных, тоже модных, художников. Павел Евгеньевич считал, что фантастически удачно сложились пазлы и проявилась воля случая. Я же точно знала, что случайным мое решение посетить выставку не было. Я искала себе папика, покровителя и нашла. Зрелого, еще не развалину и довольного щедрого по нынешним временам.

Кроме милой внешности, я обладала синтетическим складом ума, была изворотливой, нахальной и циничной оптимисткой, а, следовательно, с большим успехом могла прикидываться наивной и капризной девочкой, которую незаслуженно обидели злые люди на старте карьеры. Не я такая бестолковая уродилась, мне просто не повезло, жизнь подставила подножку. Поймите меня и полюбите деньгами.

Как еще распорядиться тем, что так щедро отсыпала мне природа? Путь содержанки не самый уважаемый и порой обременительный, но не настолько тяжелый, как путь амбициозной и зубастой карьеристки, которой приходилось не одного мужика обласкивать, а всех, кто мог помочь. Поэтому делать карьеру мне показалось неадекватно сложным и мало результативным. В плане денег и уважения.

В целом, я жила в свое удовольствие. Мало чем мой досуг отличался от досуга девочек обеспеченных родителей. Одевалась в бутиках, ездила по заграницам, одна и с Кротовым, посещала статусные мероприятия и научилась прилично кататься на горных лыжах. Папика не огорчала и он меня, по возможности, не огорчал. Если досадные накладки случались, я умела держать лицо.

Звездой своего сердца Павел Евгеньевич называл меня редко, по особым поводам, и я поморщилась, потому что намечались неприятности. Не особенно злостные, но суетливые. Наш служебный роман длился почти год и я выучила все взаимосвязи между выражениями любовника и последствиями. Мне предстояло уйти, как минимум, в отпуск на неопределенное время. Исчезнуть с радаров.

– Ты устала, моя девочка, я же вижу, – щебетал Павел Евгеньевич и так вздыхал, словно я вот-вот упаду в обморок от истощения, физического и психического. – Тебе нужно отдохнуть, понежиться на солнышке.

– Мы поедем вместе, я надеюсь? – ответ я предвидела, но этот вопрос входил в список обязательных и я его задала.

– Я был бы рад, моя драгоценная крошка, я мечтаю об этом, только ты, я и пляж, но у меня собрание акционеров.

– Нууу, – я смастерила расстроенное личико.

Все мне стало ясно. Приезжает жена Кротова из Лондона и в офис обязательно наведается. Наверняка она знала обо мне, но знать и столкнуться носами прилюдно, это катастрофически неприятная разница. Кротов берег свой авторитет и попутно защищал наши, мой и жены. Покапризничав для вида, свои деньги я отрабатывала честно, я согласилась отдохнуть одна.

– Как долго мы не увидимся, Павел Евгеньевич?

– Парочку неделек, Мика. Всего парочку неделек.

– Но только парочку, – проворковала я. Где парочка, там и две парочки. В общем, месяц отдыха мне обеспечен. – Поеду-ка я на мои Карибы. Там никого, буду плавать, загорать голышом, есть здоровую еду и читать умные книжки.

– Там с прошлого года ничего не изменилось, Мика. Захолустье. Дурацкие хижины. И не дозвониться. Может лучше Доминикана? Мальдивы? Сейшелы?

– Не лучше.

– Турция близко. Мика, подумай!

– Подумала. Мне Карибы нравятся. Лайтовый вариант.

Мне, правда, нравилась деревушка недалеко от Геленджика. Даже не деревушка, а несколько заброшенных хижин, вполне крепких, на песчаном морском берегу. Кротов купил эту землю с моей подачи, но ничего еще не построил новомодного. Море прямо под окнами, пальмы, шикарный пляж. Шутливое название Карибы Лайт я сама придумала. Мы летали туда, когда заключали сделку.

– Мика, – горестно простонал Павел Евгеньевич. – Я провинился, понимаю, но это слишком жестокое наказание не видеть и не слышать тебя так долго.

– Значит, быстрее разберешься с делами и приедешь за мной, – умильно улыбнулась я.

В бухгалтерии меня, естественно, ждали ехидные улыбочки, но они превратились в растерянные, когда я положила на стол приказ о командировке. Эти примитивные тетки надумали себе, что я тихо уплыву в неоплачиваемый отпуск. С какой стати? Я еду с проверкой нашего актива. Прежде чем размахивать инвестициями, необходимо все взвесить и просчитать.

– Удачного отдыха, – все-таки съязвила Татьяна. Мы с ней устроились на работу одновременно, но она пчелка с туманными перспективами вырасти лет через десять в главбухи, а я кошечка, гуляющая сама по себе. И по большому счету, захоти я завтра стать этим самым главбухом, я бы им стала.

– Я еду работать, – жестко оборвала я Татьяну. – А некоторые кривоязыковатые в наш новый санаторий попадут в сто двадцать пятую очередь. Если вообще попадут.

– Мика, ты чего?

– Микаэла Робертовна!

Стычка раззадорила и я прошлась по этажам и кабинетам, надеясь еще кому-нибудь укоротить языки. Желающих пошутить на тему моего внезапного отпуска больше не нашлось. Похвально. Я вернулась в кабинет, расположенный напротив кабинета Кротова, неторопливо покидала в сумку разные мелочи, купила билет на ночной самолет и с чистой совестью покинула рабочее место.