Страница 7 из 34
ГЛАВА 5. ЛИЛЯ
Лиля не сдержала облеченного вздоха, когда вернулась в свою каюту.
Ледяной взгляд Красотки всегда пугал её – её внешность была нечеловеческой, слишком идеальной и оттого пугающей. Лиля порой думала, что она робот, не настоящий человек, ведь настолько холодно было её сердце и равнодушен голос. Лиля порой думала, что хорошо быть такой – никто тебя не обидит и не заденет, поранится о твою уверенность и возведенную стену отторжения.
Но Красотка права – попадаться на глаза ей не стоит. Тем более сейчас…
Каюта Лили была самой маленькой, едва вмещала в себя кровать и шкаф. Без иллюминатора, просто крошечная коробка, зато чистая и уютная. Её домик, её оплот. Сюда никто не заходил просто так, лишь иногда громко стучали, сообщая, что опять проблемы в сливе туалета. Тогда Лиля бежала по первому зову, но теперь…
У нее есть дела поважнее.
Лиля аккуратно положила малыша на свою кровать. Высокий матрас и подложка делали её почти на уровне животе Лили, отчего та могла спокойно стоять и наблюдать, как ребенок ворочается в клубке одежды. Она поспешила её убрать, все-таки грязное не должно лежать рядом с малышом. Она придвинула к нему подушку и свой плед, закрывая голое тело.
Как же он очаровательный! Это был мальчик – чуть пухлый, с мягкими розовыми щечками и отросшими светлыми волосами. Глаза теплого, голубого цвета – будто смотришь на озерную гладь! Не на ту, что была в трущобах, где Лиля выросла – там озером называли темную зеленую лужу, где любили купаться в хорошую погоду, а потом лечится от токсинов.
Мальчик хлопал глазами. Не плакал, а просто смотрел в ответ. Лиля дала ему свой мизинчик, он ухватился за него и с интересом стал разглядывать.
Что будет, если Охотники узнают?
Лиля боялась представить. Она сама не могла понять, как он тут оказался, но всем будет плевать. Высадят его на ближайшей станции, отдадут в руки местным органам правопорядка и забудут. «Здесь не детсад!» - вот что скажет Лидер.
Лидер… Он ненавидит детей, она это точно знала. Скажет ему и мальчика отберут в секунду. Кто ей разрешит держать ребенка на корабле? Какие бы причины она не придумала, как бы не говорила, что справится сама – Лилю не станут слушать. Выгонят, как сегодня…
Она ведь просто уборщица. Не часть команды.
Хотя она помнила, как попала на борт. Тогда Лидер ей еще улыбался – мягко и терпеливо объявлял любую мелочь и не злился на глупые вопросы. Лиля не понимала, что они за организация, команда, какие цели преследуют. Лидер твердил, что они просто наемные ребята, что доставляют богачам нужное. Метеориты… Лиля читала о них и слышала. Мама, когда еще была доброй, рассказывала, что метеориты – это дети звезд. И Лиля верила в это, думая, что они просто возвращают детей матери, ведь так?
Но тут все иначе – её малыш не представляет никакую ценность для команды. Но какой же он идеальный! Будто сошел прямо из Лилиной головы… Она не собиралась расставаться с ним – ни за что!
Неожиданно мальчик начал хныкать. Сначала поморщился, а потом зажмурился и весь краснел, помидор. Начал надрываться, и испуганная Лиля быстро взяла его на руки, усаживаясь на кровать.
— Ты чего? Я тут, все хорошо, не плачь! — стала качать она его.
Малыш все плакал и стал тянуть руки к её застежкам на груди – к её черной форме. Может, хочет спать? Он не ходил в туалет, под ним все чисто и пахнет он прекрасно, свежестью и будто бы хлебом. Ребенок неожиданно сильно расстегнул первые пуговицы Лилиной формы и она поняла.
— Ты проголодался, — подытожила она.
Где же взять молока? Надо идти на кухню, придется оставить его одного! А если на кухне будут они… Что она им скажет?
Маленькой ладошкой малыш начал бить её по груди – едва заметной, в кружевном потрепанном лифчике. Лиля грустно усмехнулась:
— Там ничего нет, малыш.
Когда-то грудь у нее была получше, но все изменилось. Лиля раздумывала, что же делать, а ребенок уверенно приподнялся и умудрился оттянуть её лифчик вниз. Лиля охнула, когда маленький рот вцепился прямо в её сосок, обхватил его до боли и будто бы кусил! Лиля чуть не вскрикнула, но сдержалась и поморщилась. Раздались чавкающие звуки, щеки малыша дёрнулись, а сам он умиротворенно закрыл глаза.
— Ты что… — пораженно выдохнула она от боли и мягко попыталась отстранить малыша.
Он поддался не сразу, лишь когда Лиля потянула его за щеку. Он отлип с громким чмоком, на его губах было что-то белое и он довольно облизнулся. Больше не плакал, улыбался и даже тихо посмеивался.
— Этого не может быть, — не поверила Лиля и коснулась своей груди.
Сосок болел, будто его пытались оторвать, но главное – из него вытекала белая, почти прозрачная жидкость. Лиля почувствовала слезы на глазах и внутри нее все затрепетало. Она прижала мальчика к себе, сжимая в крепких, отчаянных объятиях.
— Ты мой. Ты мой малыш… — расплакалась Лиля от счастья.