Страница 748 из 756
Взгляд Ольги пересекся с этой девушкой. Барышня широко распахнула глаза, жадно оглядывая совершенно невероятное одеяние Оли. Но заметив, что хозяйка наряда смотрит в ответ, юное создание нахмурилось и, испытывая неловкость, демонстративно отвернулось. Стоявший рядом кавалер бросил угрожающий взгляд на Ольгу, держащую под руку Головина, прежде чем начал ворковать над своей спутницей.
— Всеволод Аристархович, а может, поедем поужинаем? Чего-то я проголодалась и, честно говоря, боюсь рассмеяться в кульминационный момент пьесы. Игра актеров насквозь пронизана пафосом, и я не могу воспринимать их серьёзно.
— Ольга Дмитриевна, вы невозможны!
— Но-о-о? — с улыбкой протянула она.
— Но я сегодня не успел пообедать, — капитулировал советник. — Было много дел, а потом готовился…
— Быть красивым, — смеясь, продолжила она за него.
— Ольга Дмитриевна! — воскликнул смущённый Всеволод Аристархович.
— Признайтесь же, мне будет приятно, что вы хотели мне понравиться, — наклонившись к его уху, прошептала Оля.
— Да. Признаюсь, — вздохнул он, испытывая от её близости волнение и удовольствие.
— А я вообще с утра готовилась! — легко призналась она. — Мне хотелось быть феей для вас.
Ольга изобразила жеманную позу, но при этом постаралась не упустить реакцию Головина — и выглядела забавной. Советник рассмеялся и выпалил:
— Вы лучше и прекраснее!
— Ах, льстец! Но мне по душе ваши слова, — кокетливо блестя глазами, Оля принялась выяснять, куда они пойдут ужинать и что закажут.
Покидая театр, оба так увлеклись беседой о происхождении тех или иных блюд, их сравнением с кухней Ольгиной Земли, что не заметили, как несколько пар высокопоставленных лиц, знавших Головина, в изумлении смотрели на него. Они впервые видели, чтобы он смеялся. Им было известно, что советник — человек князя, и его аналитические способности не раз выручали его сиятельство.
Головина пытались перекупить, запугать и даже убить, но тут уж князь проявил свой хищный нрав и дал такой отпор заказчикам покушения, что больше никто не помыслил вести грязную игру. И каково же было удивление знающих людей, когда они увидели сияющего советника! Монументальный человек в годах, столп княжеского благополучия ухлестывал за молодой красоткой, бросившей вызов обществу своим дерзким нарядом.
— Ольга Дмитриевна, а помните, как вы запустили ананасом в полицейского?
— Разве такое забудешь? Но там была всего лишь верхушка от ананаса.
— Слухи об этом случае обросли немыслимыми подробностями и пересказываются в лучших салонах столицы.
— И на чьей стороне симпатии?
— Безоговорочно на вашей.
— Жаль. Я согласна, что ситуация вышла неловкой и комичной, но злословие над полицейским подразумевает лояльное отношение к бомбистам.
— К сожалению, об этом мало кто задумывается: в обществе считается хорошим тоном высмеять держиморд и тихо презирать служащих в императорском «Оке». Каждая их неудача воспринимается публикой восторженно, и вы стали примером для подражания.
— Ужас. Мне бы хотелось забыть тот эпизод, но похоже, что это невозможно.
— Ваше имя сохранено в тайне и, более того, появилось много самозванок, утверждающих, что это они героини той истории.
— Вы сочтете меня малодушной, но я рада отдать эту славу задарма.
— Я так и думал, что вы проявите щедрость!
Всеволод Аристархович и Ольга Дмитриевна прекрасно провели время за ужином. Отправляясь на вокзал, каждый испытывал смущение, опасаясь неловкостей, которые неизбежно произойдут в дороге. Но Ольга сумела придать их поездке деловито-домашний настрой и время пролетело незаметно. Головин полностью выкупил купе и Оля без утайки рассказывала ему о своём мире, о Мёртвом мире.
Когда она уставала говорить, то рисовала Всеволоду Аристарховичу головоломки или приглашала из соседнего купе Совушкина, чтобы он поделился своими мыслями. И оба они крайне удивились, когда проводник сообщил им, что через десять минут поезд прибывает в Нижний Новгород. Поездка пролетела незаметно.