Цветок раздора

Влюблены… Последние действия Шакала никак не вязались у меня с этим чувством, но классики утверждали, что любовь — вообще самое больное, самое ненормальное явление, которое есть на свете, и я всё больше была склонна им верить. Потому что я сама угодила в эту ловушку. А вот что касается самого принца — здесь вообще спорный вопрос, ведь там по-любому всё решает его драконья сущность, и как во всей этой истории самой остаться вменяемой, это задачка уровня посложнее…

Когда я сказала, что уже в порядке, мужчина вернул меня во дворец. Бэтька сразу бросилась ко мне, пытаясь проверить на предмет увечий и прочих повреждений, но была остановлена драконом. Я же без сил опустилась на кровать и даже не услышала, о чём эти двое шептались в стороне, и того, как ард Ридмер нас покинул — лишь почувствовала, что меня крепко обнимают, прижавшись к спине.

— Что бы там ни было, не позволяй этому тебя сломать, — только и сказала девушка, не пытаясь ни о чём спрашивать.

— Не позволю.

Спалось плохо.

Несмотря на испытанный стресс, никаких слёз не было, но в то же время мозг продолжал работать, перебирая варианты дальнейших действий, и я никак не могла приказать ему угомониться.

Не зная, чем бы себя успокоить, нацепила приготовленную Бэтькой ночнушку и халат, а потом пошлёпала в ванную, немало удивившись, что помещение блестело чистотой. Оставляла я его в менее презентабельном виде, однако в тот момент меня куда больше взволновало собственное отражение.

Эта ночь оставила на мне свои следы. Теперь вместо эльфийского рисунка на коже виднелись пока слабые очертания цветка, напоминающего тот, что Шакал подарил мне, и я с каким-то мазохистским интересом принялась его рассматривать. Пустынная бархатница, которую дарят тем, кто выжил в этом мире. Её нераскрытые почти чёрные бутоны с шипами на стеблях украшали внутреннюю часть рук, переползая на предплечья, а стоило приподнять сорочку, и узор обнаружился на животе.

Пальцем я проследила его направление, и он шевельнулся, отозвавшись на прикосновение лёгкой пульсацией, а ещё едва заметным золотым сиянием, какое я видела на её лепестках. Забавно… Избавилась от одного клейма, и к нему сразу прибавилось другое. Намёк от местных богов, что мне не сбежать обратно в свой мир? Не хочу так думать.

— Тебе понравился мой утренний подарок? — внезапно раздалось за спиной, но я настолько ушла в себя, что забыла испугаться.

Его глаза опять горели пламенем, а руки обняли так бережно, что на пару мгновений я просто позволила себе забыться и не стала вырываться.

И как мне теперь воспринимать их, как одного человека… тьфу ты, дракона? Это было сложным даже в моём воображении, а сейчас, когда я столкнулась с правдой, сумею ли просто это принять?

— Я была под впечатлением, как и все остальные, — всё же развернувшись к принцу лицом, ответила я, отстранившись. — Можете больше так не делать?

Он сделал вид, что задумался над моими словами, невзначай проходясь жадным взглядом по моему телу, отчего я плотнее запахнула халат, только дракон вовсе не устыдился.

— Не спится?

Кивнула с огромным подозрением, тут же воображая, что он может сделать с этой информацией, и оказалась права.

— Как смотришь на то, чтобы прогуляться? — протягивая мне ладонь, спросил мужчина.

Хм, а почему бы и нет? В конце концов, ард Сильвери, так или иначе, тоже виновник моей бессонницы.

— Можно.

Он явно не ожидал, что я соглашусь так быстро, и, тем не менее, не позволил мне этого понять. Я думала, что дракон перенесёт меня куда-то за пределы дворца, но мы недалеко ушли, оказавшись в широком простенке напротив чужой спальни. Здесь было темно, хоть глаз выколи, однако обзор на помещение из небольшого окошка открывался прекрасный.

— Это мои покои, — пояснил магистр, встав слишком близко и согревая дыханием шею. — Подумал, будет скучно одному наблюдать за этим представлением.

А в комнате тем временем находилась одна из претенденток на роль будущей супруги вот этого посмеивающегося принца. Она крутилась вокруг постели, как вороньё кружится над умирающим, и явно не знала, как подступиться к огромному ложу, где судя по очертанием, уже кто-то дремал.

— Но Вы же не придёте, — шепнула я, наблюдая за девушкой.

— А кто сказал, что именно я ночую в этой комнате? Сегодня.

Я не сдержала смешка, быстро прикрыв рот ладонью.

— Она не услышит, — поспешил заверить мужчина, а представление не заставило себя ждать. Красавица удобнее устроилась на кровати, забравшись под одеяло, не замечая, что конечность, потянувшаяся обнять её, вовсе не принадлежит Его Высочеству. Более того, она не принадлежит даже живому существу! Проворная полуистлевшая рука с шаловливыми когтистыми пальчиками игриво пробежалась по девичьему телу, вызывая не менее игривые смешки.

— Прекратите, Ваше Высочество! — отмахивалась она, пытаясь скинуть конечность. — Что Вы делаете?

— Сама себе противоречит, — озадаченно хмыкнул принц. — Знала же, для чего сюда шла…

Я уже не могла сдерживать эмоции, и рассмеялась, не в силах остановиться, да так, что улыбающемуся арду пришлось меня поддерживать, но я просто выплёскивала всё то, что накопилось. Моему веселью не помешал даже оглушительный визг и нецензурная брань, донёсшаяся из спальни, даже ворвавшиеся туда стражники не стали препятствием, а грозный, сотрясающий стены рык пожилой драконицы — и подавно.

— Рэйнард!!!

— А вот теперь бежим! — кажется, не на шутку перепугался мужчина, перекидывая нас в неизвестном направлении.

Небо, усыпанное мириадами звёзд — первое, что бросилось в глаза, слезящиеся от смеха, и ещё с полминуты я не могла восстановить дыхание под всё подмечающим взором мужчины. В воздухе пахло морем, а его шум приятно успокаивал растревоженные нервы, пока мы стояли на возвышении, откуда постепенно открывался вид на побережье.

— Где мы? — оглянувшись, спросила я, запоздало удивившись тому, что не замёрзла, хотя на дворе уже не лето.

— Недалеко от моего родового замка, — не сводя с меня глаз, ответил дракон. — На маяке, если быть точным.

Смеяться как-то резко расхотелось, и я подняла голову, на короткое мгновение теряясь в золоте звериного, чуть хитроватого прищура.

— Я никогда не говорил, какая красивая у тебя улыбка? — спросил он, хватая прядь моих растрепавшихся на ветру волос и возвращая за ухо. Прикосновение пальцев судорогой прошлось по коже, в нос ударил аромат его тела и едва ощутимый крови, отчего беспокойство расцвело во мне буйным цветом.

— Вы ранены?