Страница 11 из 127
4
* * *
Рэй не припоминал, когда в последний раз так болела голова, да и события последних суток он помнил тоже не особо, но то, что на утро всплыло в дырявом решете памяти, ужаснуло дракона так, как не смогли бы даже самые жуткие твари, каких он видел, ещё будучи зелёным юнцом.
— Какой же я кретин… — сообщил он своему отражению, слыша довольное рычание зверя, который вчера подчинил его и теперь радостно скалился.
Болезненная вспышка перед глазами породила череду ужасных воспоминаний, и мужчина не сразу поверил, что всё содеянное его рук дело, а когда поверил, стало физически плохо.
Раз — и вот он, как одержимый следит за девушкой, итак пережившей не самую лучшую ночь, от лазарета, а потом просто ворует её из лифта, когда та мирно возвращается в комнату. Может ли быть хуже? Оказалось, ещё как.
Два — и вот он приносит Лину к себе в родовое поместье, куда бы даже будучи мертвецки пьяным не сунулся, заявляя, что девушка будет жить там, но дальше — больше.
Три, четыре, десять… Стройное тело, с которого спадает платье, его совершенно безнравственные мысли по этому поводу, а потом пара минут передышки на ужине, и снова мучительная жажда. Нежные руки, касающиеся его лица там, где больше не было отвратительных следов, и он почти готов совершить глупость, просто потому что столь желанная добыча рядом — стоит и отрицает чувства к нему…
Рэйнард никогда ещё не был так благодарен Шакалу за то, что вмешался, появившись в нужный момент, и вырубил его, ведь иначе дракон бы не сумел сдержать себя в рамках. И новая вспышка это только доказывает, демонстрируя абсурднейшую картину того, как мужчина, едва очнувшись после неплохой трёпки, отправляется грабить императорский сад, угрожая охране расправой, если только попробуют заикнуться отцу. Никто не хотел терять жизнь и место, так что уже к рассвету самые лучшие цветы украшали комнату спящей Аделины. А он ещё и всерьёз раздумывал, стоит ли дождаться её пробуждения.
— Ну какой же я идиот…
Бабуля точно повесит его за то, что столь безжалостно уничтожил нежно любимые ей растения, которые она лично высаживала! Повесит, а потом будет пытать, для чего, вернее, для кого внук так расстарался, и тогда уже Лина начнёт страдать. Всё же его семья способна вцепиться очень крепко, а допустить такого он не мог.
Ещё раз глянув в зеркало, Рэй повернулся одним боком, затем другим, придирчиво оценил своё прежнее лицо, прежде чем надеть маску, а потом вслух спросил:
— Я что, настолько некрасивый? Неужели я ей и правда не нравлюсь?… — и тут же едва не разбил зеркало, поняв,
что
сказал. — Тьфу ты!
Что с ним дальше способны сотворить дурацкие драконьи инстинкты, мужчина мог только вообразить, и всё, что теперь оставалось — это запастись терпением, но его с каждым днём оставалось всё меньше. Крупицы, исчезающие всё стремительнее.
А тут ещё и новый подозрительный преподаватель объявился на замену подлецу-эльфу, и ард вынужден был взять на себя обязанности ректора, у которого появилось слишком много работы. Рэйнард итак с неохотой принимал новых магов, видя в каждом очередную угрозу, но этот казался каким-то особенно тёмным, невзирая на рекомендации, и дракон не спускал с молчаливого мужчины глаз, пока проводил для него ознакомительную экскурсию по университету и вводил в курс дел.
Именно в столовой, куда они вошли в последнюю очередь, что-то пошло не так.
Адепты, обычно не позволяющие себе подобного, вели себя, как воспитанники младших классов, бросаясь едой и совершенно ничего не замечая вокруг. В эпицентре всего этого хаоса оказались уже снискавшие себе славу второкурсники, но что-то подсказывало Рэю — вовсе не они затеяли это сражение, хотя и выглядели так, словно жизнь готовы отдать за то, чтобы противник пал жертвой горячей каши.
«Хорошо, что не я один схожу с ума»,
— подумал он в тот миг, высматривая главную причину своего безумия, которая пряталась под столом с друзьями, чем вызывала почти неконтролируемое желание вытащить оттуда нахалку и наказать, как следует.
«О, да… наказать…»
— вторил ему зверь, подбрасывая воображению такие картинки, что впору было переживать за сохранность помещения, и если бы не вопрос магистра, дракон бы вполне мог утащить Лину снова. На этот раз уже в храм.
— А я смотрю, у вас дисциплина просто идеальная, — хмыкнул мужчина, тем самым приводя Рэйнарда в чувства.
— Это досадное недоразумение, — почти рыкнул он, намереваясь прекратить безобразие, но то, как шестёрка бедовых студентов ускользнула у него буквально из-под носа, на пару секунд выбило из равновесия.
У арда не было сомнений в том, что они собираются вляпаться в очередную историю, а потому, одним громогласным рыком остановив творящийся беспредел и получив уважительный кивок от спутника, он тут же начал вычислять направление, в котором ускользнули детишки. Отправляясь прямиком за ними, дракон даже не осознал, какую фатальную глупость совершил.
Так или иначе, но думать о чём-то, кроме безопасности этих уникумов и конкретно одной занозы, он попросту не мог, и когда появился за спиной одного из верзил, удерживающего Аделину, его хрупкую, вредную Аделину своими лапищами, угрожая ей оружием, чёрное пламя взметнулось вверх.
— Господа, я думаю, вы пришли не совсем по адресу. Городская тюрьма чуть ближе к окраине, — деловито сообщил он, приобнимая грабителя когтистой лапой, как лучшего друга, одновременно с этим разбросав остальных участников небезызвестной банды по углам, как ненужный хлам, мгновенно парализуя их магией.
Воспользовавшись замешательством преступника, девушка выскользнула из его затрясшихся ручонок, уронивших револьвер, и бросилась к друзьям — кажется, кто-то из них всё же успел пострадать. Бандит медленно повернул голову, встречаясь с горящими в полутьме глазами под аккомпанемент неестественной тишины, икнул, и в это мгновение его штаны не выдержали напряжения, пав под суровым взглядом Его Высочества.
— Ого… не красные, — с интересом заметил Рэй, кинув короткий взгляд вниз и на глаз оценивая качество местного хлопка в сердечко. — Не соответствуем названию, уважаемый. Я так разочарован, ведь столько о вас слышал…
И это чистая правда, ведь банда считалась неуловимой из-за их мага, с которым ему не терпелось поболтать о том о сём.
— Пощадите! — падая на пол, завопил слишком напуганный этой встречей тип.