Страница 30 из 62
17. Сорванные цепи
Воздух в подземелье разрывается от оглушительного рыка разъяренного дракона.
Темный кристалл, наполненный концентратом Черной Гнили, вспыхивает в руках боевика, отдавая свою отвратительную суть в кровь Каэла.
Мое сердце заходится в паническом ритме.
Эдрик подносит к его груди мой артефакт и тот мгновенно раскаляется докрасна, вступая в отчаянную борьбу с темной магией. Он сдерживает распад, не дает Каэлу превратиться в черную пыль, как это было с химерой, но вместе с тем… руны подчинения, которые я сама вплела со слезами на глазах, начинают безжалостно давить его волю.
— Нет… пожалуйста, нет… — в отчаянии шепчу я, не в силах оторвать взгляд от этой муки.
Трансформация происходит пугающе быстро.
На точеных скулах Каэла проступает плотная, угольно-черная чешуя. Его голова запрокидывается, а когда он снова смотрит на нас, то его глаза полностью заливает жуткая тьма, в центре которой горит лишь узкий вертикальный золотой зрачок.
Эдрик делает шаг назад, его глаза лихорадочно блестят от научного восторга.
— Идеально, — выдыхает Эдрик, с нездоровым восхищением разглядывая пульсирующий на груди Каэла артефакт. Он делает шаг назад и отдает команду, проверяя контур подчинения: — Разорви цепи.
Мышцы Каэла вздуваются. Он издает низкий, вибрирующий рык и одним нечеловеческим рывком выдирает стальные болты прямо из каменного пола. Тяжелые кандалы с грохотом падают к его ногам.
Эдрик победно улыбается.
— Отлично. А теперь... подойди к ней.
Пирс указывает на меня.
Каэл медленно поворачивает голову. Его золотые вертикальные зрачки фиксируются на моем лице.
Он делает тяжелый шаг в мою сторону.
Боевики Эдрика, стоящие рядом, с опаской отступают к стенам. Никто не хочет стоять на пути у боевого дракона, который себя не контролирует.
Эдрик торжествует. Он уверен, что мой артефакт полностью подчинил волю Каэла.
Каэл делает еще один шаг.
«Если я покажу страх, Эдрик победит окончательно», — бьется в моей голове отчаянная мысль.
А потому, я не убегаю и не кричу. Сжав зубы так, что сводит челюсть, я делаю шаг навстречу Каэлу.
Он нависает надо мной. Его аура давит, от него пахнет сладковатым запахом темной магии, но я все равно поднимаю трясущиеся руки и кладу ладони прямо на его лицо.
Под моими пальцами жесткая, холодная угольная чешуя и обжигающий жар его кожи.
— Каэл, — мой голос дрожит, но я вкладываю в него всю ту нежность, которую так боялась признать. — Посмотри на меня.
Его дыхание обжигает мое лицо.
— Ты не их оружие, — шепчу я, не отрывая взгляда от его золотых зрачков. — Ты тот, кто дежурил под моей дверью, когда мне было до одури страшно. Ты — Каэл Аркхейм. И только ты решаешь, что тебе делать и какие приказы исполнять!
На секунду всё замирает.
А потом золотой зрачок Каэла резко расширяется, заполняя почти всю черноту глаза. Артефакт на его груди издает жалобный треск.
Каэл сдавленно рычит. Его руки резко взмывают вверх и перехватывают мои запястья.
Я внутренне сжимаюсь, ожидая, что он может сделать, но… его пальцы не сжимаются. Наоборот, он бережно, почти трепетно опускает мои руки.
А затем медленно поворачивается к Эдрику. Его грудь ходит ходуном, он скалит клыки и угрожающе, по-хищному надвигается на Пирса.
Идеальное холеное лицо Эдрика впервые искажается от недовольства. Он отступает на шаг и поджимает губы. Он понимает, что наша связь с Каэлом оказалась сильнее рун подчинения.
В этот момент краем глаза я замечаю движение.
В густой тени за приоткрытой дверью стоит Нора. Она ловит мой взгляд и поднимает руку, показывая пальцы.
Три.
Два.
Один.
Что?! Что она задумала и что здесь делает?
Скорее рефлекторно, чем осознанно, я зажмуриваюсь и изо всех сил зажимаю уши ладонями одновременно с тем, когда Нора швыряет в центр лаборатории небольшой кристалл.
Ослепительно-белая вспышка бьет по глазам даже сквозь прикрытые веки. Вслед за ней по ушам бьет пронзительный визг. Кристаллы освещения под потолком тускнеют, начинают бешено мерцать от магического выброса энергии, а из разбитого артефакта Норы во все стороны валит густой белый пар.
Химеры в клетках взрываются безумным ревом, начинают биться о прутья, а затем жалобно скулят, забиваясь по углам от боли в ушах.
Боевики Эдрика дезориентированы, они кричат, слепо размахивая руками.
Начинается полнейший, первобытный хаос.
И это идеальный момент для побега.
Я бросаюсь сквозь густой пар к Тессе. Действую на голых инстинктах артефактора: выхватываю из кармана свой рабочий резец, с силой вгоняю его в замочную скважину цепи и резко проворачиваю. Замок с щелчком отлетает.
— Вставай! — кричу я, подхватывая дезориентированную Тессу под руку.
В клубах пара мелькает гигантский силуэт Каэла. Он раскидывает приходящих в себя боевиков Эдрика, словно тряпичных кукол, расчищая нам путь.
— Сюда! — сквозь шум доносится голос Норы от дверей.
Мы с Тессой почти добегаем до выхода. Свобода так близко, что я уже чувствую сквозняк из коридора.
Но чья-то железная рука выныривает из пара и намертво вцепляется в мои волосы, дергая назад с такой силой, что я вскрикиваю от боли.
— Беги! Тесса, беги! — успеваю крикнуть я, выталкивая подругу в коридор.
— Отпусти ее! — разъяренный рык Каэла сотрясает стены.
Мой дракон бросается на Эдрика из белой пелены.
Завязывается короткая, жестокая стычка. Кулак Каэла впечатывается в лицо Пирса. Хватка на моих волосах ослабевает, я отшатываюсь в сторону, но торжествовать рано.
Пар начинает рассеиваться.
Оглушенные боевики Эдрика приходят в себя.
Их слишком много. Они бросаются к дверям.
Раздается сдавленный вскрик Норы и плач Тессы. Двое громил втягивают их обратно в лабораторию.
Каэл замирает в шаге от Эдрика, тяжело дыша, его грудь вздымается, когти выпущены, но он не может сделать и шага.
Иллюзия нашей победы разбивается вдребезги.
Эдрик Пирс медленно выпрямляется. Он изящным жестом достает из кармана белоснежный платок и стирает кровь с разбитой губы. К нему возвращается его пугающая холодная маска спокойствия.
Он смотрит на нас сверху вниз.
— Уберите этих девчонок, — брезгливо бросает Эдрик своим, указывая на меня и Нору. — Этих двух в кладовую. Целительницу оставьте. Ее навыки сейчас пригодятся.