Страница 16 из 62
9. Ярость Дракона
Я не сомкнула глаз до самого рассвета.
Всю ночь я просидела на кровати, подтянув колени к подбородку, неотрывно глядя на эту записку.
«Не лезь не в свое дело».
Враг был здесь. В моей комнате.
Мое личное, безопасное пространство перестало быть таковым.
Едва за окном забрезжил серый рассвет, в коридоре послышались тяжелые, ровные шаги. Я уже знала, кто это.
Я распахиваю дверь за секунду до того, как в нее успевают постучать.
Каэлу хватает одного взгляда на мое бледное лицо, воспаленные глаза и дрожащие пальцы, чтобы его внутренний зверь проснулся.
— Что случилось? — голос Аркхейма падает до опасного, рычащего шепота.
Я молча показываю скомканную записку.
Каэл разворачивает лист и в тот же момент воздух вокруг нас стремительно леденеет.
Я физически чувствую, как взрывается его аура — температура в коридоре падает так резко, что изо рта вырывается облачко пара, а по деревянным панелям стен с тихим треском ползет серебристый иней.
Каэл делает резкий шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. Его большие, горячие ладони ложатся на мои плечи. Пальцы сжимаются жестко, почти до боли.
— Как? — рычит он, и в его ледяных глазах плещется настоящая ярость. — Как они вошли?
— Я не знаю, Аркхейм, — мой голос дрожит, но я заставляю себя смотреть ему в глаза. — Возможно, это сделал кто-то, у кого есть прямой доступ в студенческие комнаты.
Скулы Каэла каменеют, желваки ходят ходуном.
— Идем к Валериусу. Прямо сейчас, — чеканит он, перехватывая меня за запястье. — Пусть усилит охрану, пусть вытряхнет всех, кто мог к тебе подобраться.
Он тащит меня по коридорам Академии, распугивая ранних студентов. От него веет такой угрозой, что люди жмутся к стенам. Но у дверей административного крыла мы натыкаемся на глухую стену: проход перекрыт кордоном гвардейцев.
— Доступа нет, — сухо чеканит капитан охраны, преграждая нам путь алебардой. — Архимаг на закрытом Совете с деканами и магами империи. Никаких посетителей.
— Это вопрос безопасности Академии! — рявкает Каэл, подаваясь вперед.
— Совет продлится до вечера, адепт. Назад.
Каэл глухо рычит сквозь зубы.
Его рука инстинктивно ложится на эфес меча, но я сжимаю его локоть, останавливая. Драка с гвардейцами ничего не решит.
Каэл переводит тяжелый взгляд на меня, его грудь прерывисто вздымается.
— Я не отойду от тебя ни на шаг, — цедит он так, словно дает нерушимую клятву. — Поняла? Идем на занятия.
В лаборатории артефакторики стоит удушающая жара. Пахнет металлом, раскаленной пылью и озоном.
Каэл, не смотря на приглашение декана Торна, остается стоять прямо в дверях, скрестив руки на широкой груди. Черная форма боевика выглядит здесь до нелепого чужеродно.
Он не сводит с меня глаз и внимательно осматривает каждого, кто проходит мимо, готовый накинуться на него при каждом резком движении.
Магистр Торн с грохотом высыпает на наши рабочие столы горстки искореженного обгоревшего металла и тусклых кристаллов.
— Это остатки защитных контуров с южной границы, — рявкает он, прохаживаясь между рядами. — Задание на сегодня: восстановить плетение. Хотя бы частично. Заставьте кристалл принять магию так, чтобы металл не рассыпался прахом! Приступайте!
По аудитории проносится дружный стон.
Студенты неуверенно берутся за инструменты. То тут, то там вспыхивают искры, кто-то тихо ругается, обжигая пальцы, металл трескается с противным звуком.
Я смотрю на горстку мусора перед собой.
В ушах все еще стоит ледяной голос Эдрика Пирса из кладовой, а перед глазами плывут буквы ночной записки. Я понимаю, что если поддамся панике, то проиграю. Сейчас мое лучшее как раз заняться обычной рутиной. И задание декана Торна отличный способ переключиться на что-то, кроме ужасов боевого факультета.
Я делаю глубокий вдох, отсекая страх, шум лаборатории и тяжелый взгляд Каэла.
Остаются только кристаллы, металл и руны.
Я вхожу в состояние «потока».
Мои руки действуют сами, осторожно перебирают осколки. Это не грубая пайка, это искусство. Я прикрываю глаза, чувствуя структурные разрывы на ощупь. Из моих подушечек пальцев струится чистая белоснежная магия.
Она оплетает искореженный металл, стягивая края. Я не просто склеиваю куски, я достраиваю недостающие линии контура прямо из головы, заменяя утерянные фрагменты собственными плетениями.
Серебряные нити вспыхивают, вплавляясь в тусклый кристалл, заставляя его оживать, пульсировать в такт моему сердцебиению.
В лаборатории становится подозрительно тихо.
Я поднимаю взгляд от стола и замираю.
Каэл с каким-то завороженным восхищением смотрит на меня. Вернее, на мои руки. В его расширившихся зрачках я читю внезапное признание.
В этот момент собранный мной артефакт в руках вспыхивает ровным ослепительно-синим светом.
Магистр Торн, оказавшийся прямо за моим плечом, шумно втягивает воздух.
— Блестяще, Блум! — его громоподобный голос разносится на весь класс, заставляя остальных студентов отложить испорченные заготовки. — Восстановить контур высшего порядка по одному фрагменту за такой короткий отрезок времени… У вас настоящий талант, Мира. Вы блестяще чувствуете структуру.
Торн лезет в карман своей мантии и с глухим стуком ставит передо мной небольшую, плотно закрытую шкатулку.
— В таком случае, вот вам персональное задание на дом. Внутри поврежденный накопитель. Если вы справитесь и с этим заданием, то этот семестр вы закончите с высшим баллом.
Студенты оборачиваются ко мне. В их взглядах смесь шока, недоверия и жгучей зависти. Я сижу над верстаком, тяжело дыша, чувствуя, как по вискам катятся капли пота.
Мои пальцы все еще дрожат от напряжения, но внутри разливается теплое, почти забытое чувство. Гордость.
— Спасибо, магистр Торн, — смущенно выдыхаю я, опуская глаза на сияющий идеальным синим светом артефакт.
Но моя радость длится ровно секунду.
Я поднимаю голову и случайным взглядом цепляюсь за открытое окно лаборатории, выходящее во двор. Там замер Брэдли и, как и Каэл, его взгляд тоже прикован к моим рукам, к артефакту, который я восстановила.
А потом, на его губах медленно расплывается кривая усмешка.
Запястье Брэдли чуть дергается, и я замечаю, как под манжетой черной формы едва заметно пульсирует темная, вздувшаяся вена. Только на этот раз она стала больше, перекинувшись на нижнюю часть кисти.