Страница 5 из 114
Глава 3
Каэль Эрис
Я вышел из здания военного департамента и глубоко вдохнул свежий воздух. За спиной тихо сомкнулись металлические двери, отсекая меня от того, кем я становился внутри этих стен.
Снаружи я снова мог быть собой. Или хотя бы тем, кем этот мир позволял мне быть.
На Элиаре – планете, где я родился, – моя внешность всегда казалась чужой. Слишком светлая, почти белая кожа. Бесцветные волосы. Прозрачные бледно-голубые глаза, словно замёрзшая вода.
Мать ещё не знала о беременности, когда они с отцом отправились на отдых на недавно открытую планету Ратури. Многие тогда спешили увидеть новый мир. Никто не подозревал, чем это обернётся.
Отдых прошёл спокойно. Никаких тревожных симптомов, никакого недомогания. Но уже после возвращения домой родители узнали, что ждут ребёнка. И о том, что мать получила слишком высокую дозу радиации. Излучение необратимо повлияло на плод.
На Элиаре рождаются другими. С тёплой тёмной кожей, чёрными волосами, похожими на крыло воранга – птицы, ставшей символом нашего мира, – и тёмными глазами, в которых, как говорят, нет места слабости.
Но внешность – это лишь то, что видно с первого взгляда.
Элиар – закрытая планета. Мы храним слишком много тайн. Для других гуманоидов мы выглядим спокойными, уравновешенными и почти безразличными. Но это не черта характера. Это необходимость.
Потому что в каждом из нас живёт лиар – наша вторая сущность. У него есть своя воля и, что гораздо важнее, свой собственный облик. Если эмоции выходят из-под контроля, лиар берёт верх над телом. Он не терпит угроз и защищает своего носителя любой ценой.
Именно поэтому с рождения нас учили контролю, тишине и железному спокойствию. Нас учили жить так, чтобы никогда не давать лиару повода вырваться наружу.
Но мой лиар с самого начала был другим. Я всегда ощущал его присутствие, однако он никогда не требовал крови и не рвался в бой. Пока другие в юности боролись с внезапными вспышками ярости и необъяснимыми порывами, внутри меня царила тишина. Будто мой лиар уже давно видел этот мир и знал о нём куда больше, чем я сам.
Наверное, поэтому семья всегда была для меня настоящей опорой. Между нами существовала крепкая, почти нерушимая связь. Отец, мать, брат – мы были связаны так сильно, что даже годы службы не смогли нас отдалить. Я пошёл по стопам старшего брата, и общее дело лишь сильнее сплотило нас.
Я не был в отпуске уже пять лет. Время растворялось в службе, приказах, вылетах и постоянной ответственности. Мать же продолжала повторять, что мне нужно увидеть другие миры, развеяться и наконец вдохнуть жизнь за пределами долга.
Только я знал, чего она ждёт на самом деле. Она всё ещё надеялась, что однажды мой лиар встретит свою истинную.
Так было с отцом. Он редко говорил об этом, но в его голосе всегда звучала особенная нежность, которой нас не учат на Элиаре. С детства элиарцев воспитывают в жёстком контроле над чувствами. Но с появлением истинной всё меняется.
Лиар отца принял мать сразу. Поднялся на её защиту – и этого оказалось достаточно. Для элиарца это единственный настоящий знак. Выбор делает не разум и не слова. Выбирает лиар. Второе «я» узнаёт свою женщину раньше, чем ты сам успеваешь это осознать.
Именно это всегда тревожило меня больше всего. Мысль о том, что однажды решение будет принято без моего участия. Что часть моей сущности выберет мою судьбу раньше, чем я сам успею её понять.
Однажды я сказал об этом отцу. Он лишь спокойно ответил, что однажды я встречу её – и тогда не останется ни вопросов, ни сомнений. Потому что между мной и лиаром нет границы.
Мы – одно целое.