Страница 73 из 144
Глава 42
ГРЕЙСОН
Втиснуть мое тело ростом шесть с половиной футов на койку так и не удалось, но из-за очередного шоу сегодня вечером я должен был попытаться. Конечно, этот план пошел насмарку, когда я услышал их голоса. Фло и Билли были в столовой, и хотя они говорили тихо, в таком тесном пространстве полностью скрыть их разговор было невозможно.
Я уловил достаточно, чтобы составить смутное представление. Билли делала слабую попытку вести себя так, будто она ни хрена не боялась снова оказаться одна, а Фло пыталась убедить ее остаться с туром еще немного. Что было… странно. Почему Фло это волновало? Том не скрывал, что ему не нравилась Билли и он хотел, чтобы она ушла. Как бы сильно мы это ни ненавидели, Фло не часто перечила Тому. Для этого он был слишком дерьмовым манипулятором.
Мы не беспокоились, что он причинит ей боль; никто из нас не потерпел бы этого, и спрятаться в нашем тесном помещении было бы невозможно. Но он
был
контролирующим и вообще невыносимым ублюдком. Он воспользовался Фло, когда она была в затруднительном положении, и теперь она не могла его выгнать.
Словно мои мысли призвали его, Такер пробормотал несколько проклятий и выбрался из койки, которую делил с Фло.
— Флоренс. — Он обрывал ее на полуслове скрежещущим зубами воем. — Что, черт возьми, ты делаешь? — Он действительно был настолько неуверен в себе, что не мог позволить Фло завести подругу? Хах, о чем я только думал, конечно, был.
Фло пробормотала что-то в ответ, и они вдвоем вернулись на свою общую койку. Там должно было быть чертовски мало места для них обоих, но наверху была свободная койка, если они захотят. Я ждал, прислушиваясь, не вернется ли Билли в постель Ретта. Он спал так крепко, что я слышал его тихий храп через дверь спальни. Повезло, черт возьми.
После нескольких минут молчания я должен был предположить, что она больше не собирается спать. Мне нужно было отдохнуть, но из-за храпа Ретта, бормотания Джейса во сне и влажных, ритмичных звуков, с которыми Фло дрочила сморщенный член Тома, я особо ни на что не надеялся.
Я бесшумно выбрался из своей койки и проскользнул в одну из тесных ванных комнат. Может быть, если бы я дал ей еще несколько минут, она ушла бы до того, как я выйду.
Когда я закончил и вымыл руки, было достаточно тихо, и я был удивлен, обнаружив, что она все еще сидит за столом. Она свернулась калачиком, уставившись в окно на проплывающий мимо пейзаж. И, казалось, даже не заметила меня, стоящего там.
Она была… интересной. Я воспользовался тем, что она на мгновение отвлеклась, чтобы изучить ее, отметив печаль на ее лице и защитный, настороженный язык тела. Потом я начал чувствовать себя мерзко, поэтому сел, чтобы взять немного прошутто с разделочной доски.
Билли вздрогнула, ее голова повернулась ко мне, а глаза расширились. Но когда она увидела, что это был
я
– а не Джейс, я бы предположил – она заметно расслабилась. Это было, мягко говоря, странно. Я знал, какой эффект произвожу на людей; я был пугающим, и мое нежелание говорить заставляло людей нервничать. Но не эту девушку. Она казалась
спокойной
сидя напротив меня.
— Привет, Грейсон, — тихо сказала она, и от того, как она произнесла мое имя, внутри у меня что-то странно дернулось. — Мы тебя разбудили?
Я покачал головой, потянувшись за ломтиком сыра. — Нет.
А, неплохо сказано. Действительно интересный разговор, да? Идиот.
Похоже, ее не смутило мое ворчание. — Удивительно, что вы вообще можете спать днем. Но, наверное, когда знаешь, что придется бодрствовать половину ночи, приходится отдыхать при любой возможности. — Легкая морщинка пролегла на ее изящном лбу. — Фло упоминала что-то о том, что Ретт почти не спит…?
Я пожал плечами.
— До тебя – да. — Видишь, иногда я способен выдать больше одного слова. Прогресс, и все такое дерьмо.
Она долго смотрела на меня, слегка нахмурившись. Она
хотела
выведать больше информации, но это была история Ретта, а не моя. Поэтому я просто взял еще несколько мясных нарезок с блюда и отправил их в рот. Соленые и вкусные.
Когда она, без сомнения, поняла, что я не собираюсь вдаваться в подробности, она вздохнула и положила щеку на колено. Ее ноги все еще были поджаты перед собой, эти тонкие руки обхватывали их. Интересно, как долго она жила в суровых условиях?
Том Такер – ублюдок – делал все возможное, чтобы Билли никогда не увидела ни цента из гонораров «Беллероуз», но я был почти уверен, что она все равно их не возьмет. Ее угроза была пустой, продиктованной отчаянием. Стоит нам просто довезти ее до Нью-Йорка – и она исчезла бы, не взяв ни цента. Если бы Джейс хоть на секунду отстранился и смог посмотреть на ситуацию без обиды, он бы тоже это понял.
Она была здесь не для того, чтобы разрушить его жизнь и развалить группу. Просто оказалась не в том месте и не в то время. Или в том… смотря с чьей стороны посмотреть.
Потянувшись, я пододвинул к ней тарелку с закусками.
— Ешь, — приказал я. — Ты такая худая, что, кажется, можешь сломаться.
Практически полноценное предложение. Мой психотерапевт может идти нахуй.
Она слегка ахнула, ее глаза округлились, а на щеках появился румянец. Мне стало ужасно любопытно узнать, что происходит у нее в голове. Что я такого сказал, что заставило ее покраснеть? Что она может сорваться? Я сильно сомневался, что она думала – как я сейчас – о том, как я сломаю ее пополам в постели.
Прежде чем я успел сделать что-нибудь чертовски глупое – например, спросить, как она предпочитает получать оргазм, руками, ртом или членом, – автобус замедлил ход, останавливаясь, и наш водитель нажал кнопку внутренней связи.
— Блокпост, — сказал Марк через маленький динамик, — похоже, полицейские штата.
Билли судорожно вздохнула, и моим немедленным инстинктом было защитить ее. — Подожди здесь, — пробормотал я, поднимаясь со своего места. Они не смогли бы разглядеть ее через окно, так как было достаточно темно, но я должен был помешать им зайти в автобус.
Выскользнув за дверь, я быстро закрыл ее за собой, на случай, если открытая дверь будет воспринята как приглашение. Марк был прав насчет того, что это блокпост. Баррикады полностью перекрыли дорогу, и несколько машин полиции штата выстроились на обочинах с включенными фарами.
Мы находились в пределах видимости государственной границы на тихой дороге, а не на главном шоссе. Наши автобусы обычно ездили – живописными маршрутами, чтобы избежать пробок и папарацци, так что эти ребята выглядели, мягко говоря, скучающими.