Страница 19 из 91
Глава 143
— … гнали. А я лишь ем. Бабка всё равно мёртвая, зачем ей ноги? А голову я не трогало, — пожаловался монстр. — Зачем ей ноги, если закопают?
Мы сидели на булыжниках и смотрел на водную гладь, растянувшуюся от каменистого берега до противоположного края пещеры, поблёскивающую в свете камня.
— Понимаю… — вздохнул я. — Я вот тоже с этой хернёй сталкивался. Ну ни себе, ни людям. Я говорю, никому же не мешаю, мы тут одни, а мне тоже начал, вали отсюда, что ты тут делаешь, хватит играть на гитаре в крематории…
— Что такое крем-тора? — спросило чудище.
— Крематорий — это где тела сжигают то состояния пепла, — пояснил я.
— А зачем играть в гитару?
— Знакомый попросил напоследок. Он был очень интересный человек со своими взглядами на жизнь.
— Я люблю игры, — прогудело существо. — Игры интересно. Давай играть в игру!
— В какую? — поинтересовался я.
— В какую игру играют?
— Это я спрашиваю, в какую? А в какую ты играло?
— Я не играло ни в какую.
— Тогда откуда ты знаешь, что игры интересны? — задал я логичный вопрос, который, казалось, поставил существо в тупик.
— Это… интересно.
— Ладно, допустим, — согласился я. — А в какую игру ты хочешь сыграть?
— А в какую можно? — спросил оно.
— В какую можно… — я огляделся. Место для игр было, конечно, такое себе, как в футбик на кладбище гонять. Весело, но не во всех обстоятельствах. Но не обязательно что-то спортивное. Можно и на ум, например… — Давай в загадки? Я загадываю, ты отгадываешь и меняемся.
Чувствую себя Бэггенсом прямо. Ну что, Голлум, сыграем?
— Загадки. Я должно отгадывать то, что спросишь ты? — уточнило чудовище.
— Да. Ну например, не лает, не кусает, а в дом не пускает. Что это?
— Стражник? — сразу спросило то. — Он не лает. Он не кусает. Он не пускает. Может и убить. Больно убить.
— Э-э-э… ну типа да… Ладно, другая загадка. Что исчезает, как только произнесешь его название?
— Вор! — тут же обрадовалось чудовище.
— Нет, тишина.
— Почему? Если крикнуть «вор», он исчезает, — не согласилось оно.
— Да куда он исчезнет? Тишина. Скажи хоть слово и её уже не будет.
— Как и вора. Крикни «вор» и он бежать будет быстро.
Сука, а логично…
— Ладно, давай иначе. Много листов, но все же не дерево. Что это?
— Куст.
Да ты издеваешься что ли⁈ Какой в жопу куст⁈ Книга! Блин, а я же, сука, и возразить не могу, потому по логике чудище право!
— Ладно, достало, давай ты теперь, — не выдержал я. — Посмотрим, как ты загадываешь.
Оно задумалось, с серьёзным лицом посмотрело куда-то вдаль, после чего взглянуло мне прямо в глаза.
— Что у меня в правой лапе?
— Что в правой ла… фу, млять! Какого хера, чувак⁈
— Что я держу в правой лапе? — повторило оно невозмутимо.
— Хер ты сейчас держишь в правой руке, млять! Нахер ты его держишь и смотришь на меня⁈ Ты чё, блин⁈
Эта тварь реально сидела, схватив себя за причиндалы и смотрела на меня таким внимательным взглядом, что аж не по себе стало.
— Правильно! Ты угадал! Ты умный человек.
— Спасибо, конечно… — меня слегка передёрнуло. — Ладно, хватит загадок на сегодня…
— Я хочу ещё одну задать загадку, человек, — жалобно попросило чудовище.
— Ладно… — сжалился я. — Давай ещё одну.
— Что я держу в левой лапе?
— Что… Да млять! Это даже не смешно! Нахрен ты хватаешь себя и спрашиваешь об этом меня⁈
— Это загадка. Ты должен дать ответ, — ответило оно недоумённо.
— Так смысл не в этом! Вернее, в этом, но ты, блин… а, к чёрту… — отмахнулся я. Сейчас спорить и объяснять смысл загадок мне хотелось меньше всего, если честно. — Тебя вообще как зовут? У тебя есть имя?
— Есть, — кивнуло оно.
— Какое?
— Тамара́.
— Что, прости? Та…
— Тамара́, — повторило оно.
— А, ударение на последнюю букву… — кивнул я. — Понятно… Хороший ты мужик, Тамара, весёлый и интересный, но, боюсь, вынужден сказать, что тебе придётся переселиться. Люди тебя видят, пугаются, рано или поздно пришлют к тебе кого-нибудь, и тогда ты даже убежать не сможешь.
— Убивать, — хмуро кивнуло оно. — Люди убивают нас, тебе приходится выгнать, понимаю. Но я могу не уйти сразу, а позже.
— Я другого не понимаю, зачем ты вообще выходил? Ну, к реке? Тебя же никто в этом случае бы не заметил, и смог бы сидеть здесь до посинения.
— Грустно, когда один, — пожаловалось Тамара.
— А разве вы не по одному живёте? — уточнил я.
— Когда много тел, нас много. Гиблые места — это хорошо, это много еды, нас много и нам весело. Мы дерёмся, кричим, бегаем. А здесь хорошо, но одиноко. Но еды много, и я терплю. А теперь еды нет и надо идти и искать. Всё равно придётся уйти.
— Ну а к реке выходить было весело? — уточнил я.
— Там люди, смотреть интересно. Смешные, мочат одежду, уходят, приходят голые, прыгают в воду, уходят. Интересно. А тут не интересно, но вкусно. Но сейчас я уйду, некуда деваться, еды не будет, люди придут и убьют сейчас или потом, — вздохнуло чудище.
— А питаться… не знаю, чем-то другим?
— Животных ловить, а бегают быстро, — вздохнуло оно.
— Ну… я бы мог тебя научить их ловить, и было бы быстро. Есть там ящерок, например? Зайцев.
— Быстро… — вздохнуло Тамара, после чего посмотрело на меня. — Хочешь попить со мной?
— Попить или выпить? — уточнил я. — Это немного разные вещи.
— Попить. Попить отвар грибов. Хороший, я пью, мне одиноко, но становится весело.
Я с сомнением посмотрел на воду в озере.
— Знаешь, я бы не хотел пить такую воду…
— Что? Нет. Озеро — вода грязная. Я там моюсь. Вода сверху, — указало оно пальцем на потолок пещеры, после чего вскочило с места, бросилось к своим сокровищам.
В свете тусклого камня блеснул медный котелок. Тамара вместе с ним побежало в дальнюю часть пещеры и мне даже стало интересно, что именно оно там хочет найти. Как оказалось, пещерные грибы, которые росли на стенах. Тамара нарвало их, после чего набрала в котелок, слава богу, не из озера, воду, и вернулось обратно.
Надо отдать должное, хоть и чудовище, но с какими-то основами знакомо. Оно смогло разжечь костёр из тряпок и костей, поставило котелок, сварило воду с грибами, после чего ещё долго помешивало ложкой, всё то же, взятой из сокровищ. По итогу пещеру наполнил какой-то очень странный дурман.
— Вот! — у Тамары даже кружки нашлись, одну из которых оно сейчас протягивало мне. — Вкусно!