Страница 53 из 140
— Ты воспользовался мною, и я не хочу, чтобы это когда-нибудь повторилось. — Я вложила столько злобы и недоброжелательности в эту ложь, сколько могла, и он отступил назад, словно я дала ему пощечину. Я последовала за ним, вторгаясь в его пространство.
— Я спросил тебя… — попытался сказать он хриплым голосом.
— Не смей. Никогда. Снова, — прошипела я.
Я не стала дожидаться его ответа, просто развернулась на каблуках и зашагала прочь. Мое горло сжалось, я пыталась сдержать слезы, но продолжала видеть боль в его глазах. Вина и стыд угрожали захлестнуть меня, но я бы предпочла, чтобы он ненавидел меня за то, что я полная стерва, чем смотреть, как он умирает. Мне удавалось держать себя в руках, пока я не добралась до лечебницы, где я поднялась на чердак, снова села в углу и позволила себе поплакать, громкие безобразные рыдания сотрясали мои плечи. Но через несколько минут я заставила себя встать и пойти умыться. Я не заслуживала скорбеть о потере его дольше этого.
Подойдя к раковине, я остановилась и уставилась на стену. Над раковиной висело новое зеркало. К нему была прикреплена маленькая полочка, и на ней стояла крошечная зеленая стеклянная бутылочка с одуванчиком внутри.
У меня снова защипало глаза, поэтому я умыла лицо, позволяя ледяной воде успокоить мои опухшие глаза. Я уставилась на свое отражение после того, как вытерла лицо полотенцем, избегая прикасаться к цветку. Мои красные, опухшие глаза уставились на меня в ответ. Мое лицо стало более полным с тех пор, как я разглядывала свое отражение в зеркале Клэрити. Я выглядела здоровее — ну, не такой болезненной. Отек вокруг моего правого глаза спал, оставив уродливый желтый синяк. Аккуратные швы Трея все еще скрепляли рану на моей голове, но я смогу снять их уже через несколько дней. Я повернула голову в сторону, рассматривая более светлый синяк на линии подбородка, прежде чем снова встретиться со своими глазами. Я попыталась увидеть десятилетнюю девочку, которой когда-то была, но в моих ввалившихся зеленых глазах и покрытом синяками лице от нее не осталось и следа.
Когда в дверь вошел первый пациент, я мельком увидела Трея, сидящего снаружи. Он оставался снаружи весь день, и мы оба делали вид, что не замечаем друг друга. Я наблюдала, как солнце движется по небу, с нарастающим чувством страха. Слишком рано прозвенел звонок к ужину. Я не пошла, мой желудок тревожно сжался. Когда дверь открылась, я подпрыгнула, но на пороге стоял Сэм с дымящейся кружкой бульона и моей порцией ужина
— Привет. — Он вошел в лечебницу и поставил мою еду на смотровой стол, затем встал, скрестив руки на груди.
Я проигнорировала еду, взяв кружку и отпила из нее. Теплый бульон помог успокоить мой желудок.
— Я удивился, увидев тебя в столовой сегодня утром, — сказал он подозрительно небрежным тоном.
Я ничего не сказала, меня пронзил стыд за то, что он был свидетелем того, как я обращалась с Треем как с дерьмом.
— Ты все еще хочешь, чтобы я приносил тебе еду сюда?
— Я могу брать сама.
Он на мгновение взглянул на меня.
— Разве Зип не пытался ударить тебя, когда ты его лечила?
— Это был Блейз.
— Точно, виноват.
Я хотела, чтобы он ушел, но он просто стоял и смотрел на меня.
— Тебе что-нибудь нужно? — Рявкнула я.
— Я просто пытаюсь понять, ты пошла и нашла первого попавшегося большого, уродливого качка, или я должен верить, что ты на самом деле безума от Зипа?
— Это не твое гребаное дело. — Я уставилась на него.
— Это мое гребаное дело, когда в нем замешан мой лучший друг. — Он свирепо посмотрел в ответ, его голос звучал сердито.
Я опустила глаза и сделала большой глоток бульона, надеясь, что это поможет проглотить комок в горле. Никто из них не мог ненавидеть меня так сильно, как я ненавидела себя.
— Какого черта ты делаешь, Боунс? — Его резкий голос пронзил меня.
Меня спасла распахнувшаяся дверь, и массивная фигура Зипа заполнила дверной проем. Я поставила кружку и заметила, что Сэм держал одну руку на пистолете у бедра. Я встала перед ним, загораживая его от Зипа, пока шла к двери. Зип, казалось, был из тех, кто воспринимает такие угрозы всерьез.
За спиной Зипа я увидела Трея, сидящего в кресле и наблюдающего за мной прищуренными глазами. Я проигнорировала его, выходя вместе с Зипом, и притворилась, что не чувствую, как он сверлит мне спину взглядом, когда мы уходили.
Мы отправились в любимое заведение Зипа, неряшливую лачугу с надписью: «Мутзи’c» над дверью. Зип заказал две кружки самогона, горького напитка, который обжег мне горло, проникая в пустой желудок. Казалось, все лесорубы собрались внутри, и они шумно приветствовали Зипа. Вскоре все вокруг стало расплываться. Зип засмеялся рядом со мной, обняв меня за талию. Он заказал нам еще по одной. Потом еще. После третьей я поняла, что мне все равно, что руки Зипа повсюду на мне. Это было приятно — наплевать на все. Боги, сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз была пьяна?
Мы с Зипом ненадолго разлучились, когда в баре стало многолюдно. Я направилась к стойке, чтобы выпить еще.
— Боунс?
Я обернулась и увидела Хоука, командира другой команды охраны. Несколько дней назад я зашила небольшую рану на его руке.
— Привет, — сказала я, и, должно быть, мой голос прозвучал намного дружелюбнее, чем обычно, судя по удивленному выражению его лица.
— Я надеялся увидеть тебя снова. — Удивленный взгляд сменился кокетливой улыбкой.
— Надеюсь, у тебя не идет кровь. — Я подняла бровь.
— Крови нет. — Он поднял руки, будто сдаваясь, и рассмеялся.
— Хорошо, потому что я не на дежурстве.
Он подошел ближе, разглядывая мое покрытое синяками лицо.
— Черт, я видел доску обьявлений, но…
Чья-то рука обхватила меня за ребра и потянула назад, пока я не оказалась прижатой к широкой груди.
— Эй, Хоук, — сказал Зип низким предупреждающим голосом.
Осознание озарило лицо Хоука, кокетливая улыбка исчезла.
— Привет, Зип.
— Боунс, хочешь еще выпить? — Спросил Зип.
— Спокойной ночи, — сказал Хоук, прежде чем снова исчезнуть в толпе.
— Я не делюсь, Док, — тихо сказал Зип мне в волосы, в его голосе слышалась явная угроза. — А теперь пошли, я принесу тебе еще выпить.