Дикорожденный

Глава 9

АЙРИК

Айрик приблизился к дымящемуся кораблю с обнаженным пистолетом, держа палец на спусковом крючке пульсара. Костюм неприятно натирал вспотевшую кожу.

Хлипкое суденышко едва пережило трение в атмосфере, но каким-то чудом сохранило форму. Облупившаяся желтая краска покрывала обшивку, но распознать что-либо было невозможно. На фоне отвесной скалы корабль выглядел жалко. Если бы он не приземлился на этот спасительный пляж, его бы разнесло в щепки о валуны. Из единственного иллюминатора и пробоин в корпусе сочился дым, словно последние, влажные выдохи умирающего животного.

Он запустил идентификационное сканирование с помощью пилота на рукаве костюма.

«Неизвестный корабль. Способ перемещения неизвестен. Сектор происхождения неизвестен».

Толика гнева, державшего его в напряжении, испарилась. Значит, не жнецы. Покалывание сковало заднюю часть шеи, отдаваясь в руках и пальцах. Оно тянуло его к кораблю.

Проступили очертания двери и ручки-рычага. Сделано для руки, похожей на его собственную, разве что чуть поменьше.

Внезапная печаль поразила его, подступив к глазам и горлу. В последний раз, когда эта дверь открывалась, кто-то нажал на рычаг и шагнул в портал, даже не подозревая, что окажется во власти того, кто связан клятвой убивать нарушителей.

Металлическая обшивка прогнулась, и из дыр вокруг дверной рамы повалило еще больше дыма.

«Обнаружена одна неизвестная биологическая сигнатура».

Голова Айрика резко опустилась, и он увидел, что ручной пилот всё еще сканирует. Его сердце бешено заколотилось о ребра, когда он запустил еще одно биологическое сканирование. Пожалуйста, будь мертв. Не заставляй меня убивать тебя.

«Обнаружен истинно разумный вид. Статус: бедственное положение. Действуйте с осторожностью — не вступайте в контакт».

Он запустил сканирование заново, в груди заныло от одной лишь мысли, что кто-то мог выжить в этой катастрофе и огне. На дисплее появился красный круг, смыкающийся на точке в дальнем конце корабля. Сигнал пищал в такт тому, что, должно быть, было сердцебиением. Беспорядочным. Неровным. Угасающим.

Не раздумывая, Айрик бросился к двери. Он вонзил пальцы в небольшую щель вокруг нее, а затем рванул на себя. Несущие механизмы костюма щелкнули над его суставами, сопротивляясь нагрузке, которую он на них возлагал.

Биологический детектор забарахлил, теряя сигнал того, что обнаружил.

Понимая, что времени в обрез, он выстрелил в дверь плазменным зарядом. То, что от нее осталось, накренилось вперед и упало, подняв небольшое облако пыли.

Пригнувшись, чтобы пролезть в дверной проем, он шагнул внутрь. Похожие на щупальца провода свисали с потолка, всё еще искрясь и раскачиваясь от удара. Он пригнулся, перерезая провода и расчищая путь по узкому коридору, явно построенному для кого-то поменьше.

Красный круг на его ручном пилоте сфокусировался на запотевшем стеклянном коробе в конце короткого коридора. Рядом с ним разбитый экран высвечивал текст: «Множественный отказ систем».

Он затаил дыхание, узнав буквы и слово «отказ».

Ингелеш. Ниже снова и снова повторялись буквы ОК, перечеркнутые красными линиями. Слово, которого он не знал, но, судя по состоянию корабля, оно вряд ли означало что-то хорошее.

Аудиорецепторы в его шлеме уловили звук скрежета, доносящийся из стеклянного короба.

Айрик замер, сжимая меч; во рту пересохло. Тень ударилась о стекло, затем сползла вниз. Она оставила после себя отпечаток руки. Пять пальцев, меньше, чем у Айрика, но точно такой же формы.

«НЕ ВСТУПАТЬ В КОНТАКТ. НЕ ВСТУПАТЬ В КОНТАКТ». Сигнал тревоги на ручном пилоте стал оглушительным. «Несанкционированное приближение. Активация оружия…»

Подчиняясь непреодолимому и безумному импульсу, Айрик оторвал небольшой прямоугольный пилот от костюма и раздавил его в кулаке. Он всё равно ничем ему не поможет. Ландшафт этой территории был стерт из нейронных двигателей, и ему оставалось лишь надеяться, что в компендиуме на его корабле найдутся древние физические карты, если они ему понадобятся. Он бросил осколки у основания стеклянного короба.

Его меч завис на расстоянии волоска от стекла. Это неминуемо принесет ему клеймо — вмешательство в дела вида, признанного неразумным и еще не достойного контакта с Оурексом. Клеймо, которое будет мучить его месяцами, если не убьет. Цена за нарушение клятвы. За то, что позволил прикоснуться к себе, взять в плен или покорить.

Убей это плазменным зарядом — и твои руки останутся чистыми.

Жалкий, тихий стон, донесшийся изнутри короба, вырвал Айрика из раздумий.

У него не было выбора — он должен был увидеть лицо этого существа. Сфокусировавшись на кончике меча, он вдавил его в хрупкое стекло. Оно расступилось перед его энергетическим клинком, как вода.

Когда он увидел, что ждет его по ту сторону — маленькое, поникшее лицо, синие губы и золотистая кожа, — он почувствовал, как сердце екнуло. Как и его хватка на мече. Лезвие соскользнуло, и оставшееся стекло разлетелось вдребезги. Он перехватил меч поудобнее, беря себя в руки.

Это был человек.

Внезапное, гнетущее осознание вспыхнуло в животе. Он только что совершил ужасную ошибку. Запах ягод иилас — он не чувствовал его с самого детства — накрыл его на мгновение, а затем исчез. Он покачал головой, не желая поддаваться безумию здесь и сейчас.

Ты можешь это исправить. Продолжай двигаться.

Айрик никогда не видел человека во плоти, но он видел несколько изображений в контрабандных текстах из хранилища. Он знал, что кожа их вида имеет разную степень пигментации, от темно-коричневой до почти белой. Он знал, что цвет их глаз может варьироваться от черного до самого светлого оттенка неба.

Он никогда не видел изображений синих губ, поэтому знал: с этим человеком что-то не так. Умирает.

Отдаленная мысль подсказала ему, что он должен заявить о себе, но у него не было слов. Всё, что он мог, — это двигаться. Будучи моразиром, он сталкивался со смертью сотни, если не тысячи раз. Но его сердце еще никогда так не билось.

Он разрезал ремни, удерживающие человека, наполовину втиснувшись в короб, чтобы дотянуться до них всех. Его ухо прижалось к груди человека, пока он освобождал лодыжки, которые были стянуты так туго, что оставалось только удивляться, как они не отрезали ступни. Аудиоусилители костюма уловили медленное, слабое биение сердца и тихий хрип, когда воздух проходил через легкие.