Дикорожденный

Его корабль рухнул в поле. На западе раскинулся серый лес деревьев дарро, которые мутировали, став в десять раз выше своего первоначального роста и теперь соперничая с небоскребами Зармура.

Он спрыгнул с трапа, повернувшись к океану. Тот лежал нетронутым, черным и спокойным. Два ярких солнца висели в безоблачном небе над головой, словно глаза скучающего бога, которого забавляло его затруднительное положение, но который не желал прийти на помощь.

Горло сжалось, пока он обходил корабль. Модуль связи сгорел подчистую, оставив на своем месте лишь гладкую выпуклость. Никакой надежды на спасение. Никакой возможности взлететь. Никакого способа позвать на помощь.

Из-за скалистой стены поднимался дым.

Крепко сжимая меч, Айрик двинулся к источнику дыма. В небе, там, где он рассеивался, два летающих существа кружились по спирали. Танец, который мог видеть только он. Он тряхнул головой, зрение снова затуманилось. Похоже, последствия удара всё еще давали о себе знать.

Он не мог разглядеть второй корабль, скрытый скалистой стеной, но дым означал, что он должен находиться на пляже — в идеале, разбросанный по нему мелкими обломками.

Потому что это, несомненно, был корабль жнецов, прибывший сюда для сбора кудры. Должно быть, они взломали кодировку порталов. Зачем еще кому-то прилетать на погибшую планету вроде Эд'уна, где дикая природа стремилась убить всё живое при первой же встрече? Зачем рисковать столкновением с моразиром, который, обладая властью Вейнари и мастерски владея мечом, огнестрельным оружием и телом, выкованным в лишениях, мог пытать, задерживать и, при необходимости, уничтожать?

Возможно, это были те самые люди, что убили его прародителей. Убийц так и не поймали, но подозревали, что это были жнецы кудры, а само убийство носило символический характер расправы над моразиром.

Айрик закрепил меч за спиной, проверил боевой нож в ботинке и пистолет на поясе.

Ради их же блага им лучше было бы уже сдохнуть, потому что никто не покинет эту планету с мутировавшей кудрой. Ее ценность в военной торговле уже стоила миллионов, а может, и миллиардов жизней, и она оставалась величайшей угрозой для Вейнари и их граждан.

Он направился к шлейфу дыма, тянущемуся в небо. Возможно, это был знак, что он найдет здесь отпущение грехов, если пожелает. Покончить с теми самыми мерзавцами, похожими на убийц его прародителей много лет назад. С теми, кто был в ответе за его горе и одиночество, которых он никогда бы не испытал, если бы прародители думали о ком-то, кроме себя и своей любви, которую они по глупости позволили себе почувствовать.

Возможно, здесь он наконец-то уничтожит память обо всем этом.