Дикорожденный

Глава 77

АЙРИК

Вернувшись в командный зал, Айрик едва успел спасти косу Норы от одного из роботов-уборщиков. Он обвязал цепочку от кулона вокруг свободного конца, чтобы пряди не рассыпались, а затем положил её на навигационный терминал.

Робот-уборщик с писком пронёсся мимо лодыжки Айрика. Его корпус содрогнулся, и из щелей маленького круглого тела заструилось слабое жёлто-зелёное свечение — остатки кудры, которую ему, должно быть, поручили убрать.

Запрограммированный не причинять вреда большому кораблю, который он обслуживал, робот, к нарастающей ярости Айрика, начал дико петлять, врезаясь в стены, пока не достиг края пандуса. Он пискнул один раз, а затем бросился вниз со входа в корабль, принося себя в жертву.

В крошечном роботе было больше целеустремленности и чести, чем в человеке, который его создал. Айрик едва сдерживал ползучее желание запустить гравитационный двигатель Эд'ун и уничтожить корабль прямо сейчас, вместе со всеми, кто был на борту.

Если бы над ним не билось сердце Норы, он бы так и сделал.

Миссией Эд'уна было списание. Теперь он знал, что не это было истинной целью, а хитроумный обман Ворна, чтобы изолировать Айрика и собрать инструменты для своих собственных нужд. Это не имело значения. Ни грамма кудры не должно покинуть эту планету.

Ворн потерпел неудачу. Айрик был полностью вооружён дрозекаром, всем его оружием и гравитационным двигателем. Последним наследием Эд'уна не станет умножение смертей.

Ивер стоял в дверях корабля спиной к Айрику, сжимая в одной руке остатки ошейника, а другой цепляясь за стену и покачиваясь на ослабевших ногах. Подойдя ближе, Айрик заметил небольшой свёрток, который видел ранее, и женщину в траве снаружи, всё ещё без сознания. Дальше за ней обезглавленное тело Ксалликса лежало на земляном холмике, сминая цветы.

Айрик молча обнажил меч.

— Я взял небольшой сувенир, — сказал Ивер, не поворачиваясь, очевидно, заметив Айрика. — Надеюсь, ты поймёшь. А что до тела, то пусть гниёт… — Он мгновенно захлопнул рот, когда Айрик приставил острие меча к основанию его шеи. Айрик схватил его за запястье, не давая сбежать.

К вспыхнувшей ярости Айрика, Ивер лишь протяжно вздохнул, позволяя толкать себя туда, куда хотел Айрик.

— На гниение не будет времени. — Айрик толкал Ивера вперёд, пока тот не упёрся грудью в раму дверного проёма корабля. — Эта планета будет уничтожена, и ты всё ещё будешь на ней. Я знаю таких, как ты — вы работаете на того, кто больше платит, и продаёте украденные жизни. Ты отпустил Нору, потому что её жизнь принадлежит мне и не имеет для тебя никакой ценности…

— Мне жаль, — внезапно произнёс Ивер. Он опустил голову, прислонившись лбом к стене. — Мне жаль, — повторил он через мгновение. — Хоть она и пырнула меня, я позволил ей уйти, а потом… что ж, что бы ни случилось с ней дальше, это была моя вина. Если ты думаешь, что я не запомню, как она кричала, что не хочет, чтобы я к ней прикасался — и это вполне понятно, она не первая, кто мне это говорит, — то ты глубоко заблуждаешься. Добавь это к списку грехов, за которые мне придётся отвечать в Чистилище. Но… — Его рука скользнула к концу косы, к розовой ленте, которой она была перевязана. Он погладил большим пальцем один из её истрёпанных кончиков. — Ты спросил меня, знаю ли я слово «брат» — а ты знаешь слово «сестра»?

Холод сковал конечности Айрика.

В той семье я… была сестрой.

— У меня есть сестра — совсем ещё ребёнок, — сказал Ивер. — Ворн до сих пор держит её и десятки других вруукаров — это первый шаг в его грандиозном плане по созданию единого вида. Что бы ты обо мне ни думал, я уверен, что всё это правда. Но ты должен дать мне шанс найти её. Освободить её.

Искушение вонзить клинок Иверу в спину вспыхнуло с новой силой. Но затем взгляд Айрика упал на шрамы на шее Ивера. Сердце Норы стукнуло над ними, дважды, в быстрой последовательности.

Вруукары, как и праймы, отличались непредсказуемым нравом. Настолько, что создание вруукара по законам Вейнари было запрещено. Те немногие, что существовали, были созданы в лабораториях за пределами миров; их эмбрионы продавались на военных рынках, и их планировали выращивать как солдат, объединяющих в себе лучшие качества как животных, так и разумных видов.

Точно так же, как он без боя позволил Айрику подчинить себя острием меча, Ивер, должно быть, сам позволил надеть на себя ошейник. Но, судя по порезам на ошейнике, это обошлось ему гораздо дороже, чем он рассчитывал изначально.

— Я закодировал механизм позиционирования дрозекара, — сказал Ивер. — Вейнари больше не смогут тебя отследить. Твой меч тоже очищен от технологий отслеживания — я проверил его, пока ты занимался своим человеком. А вот с мечом второго я этого сделать не смог. Он привязан к метрике, которую я никогда раньше не видел. Возможно, я смог бы её взломать или создать маскирующую программу, но у тебя нет на это времени.

Ивер повернулся. Айрик позволил ему отодвинуть меч, но продолжал держать его направленным ему в горло.

— Я знаю, у тебя нет причин доверять мне, но каждое мгновение, которое ты тратишь на меня, ты крадёшь у неё шанс на выживание. Отвези её в мир, не принадлежащий Вейнари, — сейчас всё, что можно сделать, это очистить её кровь и надеяться. Ужасная стратегия, но это всё, что у тебя есть. Может быть, на Мехруже всё ещё есть нужные технологии. Осмелюсь сказать, что даже у людей всё ещё могут быть возможности помочь ей.

Айрик отступил на шаг, острие меча опустилось. Сердце ёкнуло в груди, когда в его разуме начала обретать очертания абсолютная невозможность.

Другие люди.

Мир Норы. Люди сильно отставали во всех технологиях, но то, что у них было, они создали сами — в отличие от Вейнари, которые только крали и извращали.

Лучший шанс Норы на выживание был среди её соплеменников.

— Как… как мне добраться до Марса?

Взгляд вруукара метнулся к нему.

— Ты ведь не серьёзно…

— Как мне добраться до Марса? — снова спросил Айрик; невозможность обретала резкость, превращаясь во что-то, что могло стать реальностью.

Ивер склонил голову с полуулыбкой.