Страница 101 из 118
Настоящее. 2 июня.
Глава 41
Жимолость
— Это то самое место, где ты разбилась? — спрашивает он.
Я поднимаю голову, отрываясь от коленей, и снова оглядываю каньон. Солнце начинает опускаться за скалы, окрашивая их в багряный цвет. Лучи света пробиваются сквозь узкую долину между величественными утесами, заливая всё вокруг золотом.
— Где-то здесь. Я помню, как ехала через этот каньон. Помню тот поворот, — меня пробирает дрожь от этих воспоминаний.
Лео наклоняется ближе и кладет руку мне на бедро.
— Что было потом, Дарби?
Глаза тяжелеют, и я знаю, стоит мне открыть рот, и слезы потекут ручьем. Я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к Лео. Много лет назад он сказал мне смотреть ему прямо в глаза и сейчас я сделаю именно это.
— Я люблю тебя, Лео, — я вижу, как на его лице вспыхивает удивление, как его глаза загораются цветом и невысказанной тоской. Но он лишь мягко улыбается и крепче сжимает мое бедро.
— Я всегда тебя любила. Никогда не переставала, ни на секунду, — я чувствую, как в груди теснит, а сердце бешено колотится, умоляя о свободе. — Быть с тобой снова… кажется, будто мое сердце не билось с того самого момента, как я ушла от тебя. А сейчас оно словно обливается кровью ради тебя, захлестывая меня чувствами более сильными, чем я могла вообразить в семнадцать лет.
Слезы свободно текут по лицу, и я больше не пытаюсь их прятать. Я позволяю ему видеть каждую эмоцию, каждый осколок моего разбитого сердца, каждый шторм, через который я прошла без него, и то, как отчаянно я хотела, чтобы он был рядом.
— Я хочу броситься в это с головой. В нас. Хочу верить, что во всей этой боли был смысл. Хочу счастливого финала. Хочу верить, что мы созданы друг для друга.
— Так и есть, — он тянется ко мне через сиденье и большим пальцем смахивает слезу с моей щеки. — Сегодня я люблю тебя так же сильно, как тогда. Даже сильнее. Отдай мне свое кровоточащее сердце, Дарби. Я ждал его всё это время.
Я качаю головой, меня бьет крупная дрожь, пока я борюсь с подступающими рыданиями.
— Я не могу позволить нам иметь это будущее, не раньше, чем ты узнаешь правду. Всю правду, — я делаю глубокий вдох, чтобы унять дрожь. — После этого ты должен будешь решить. И я пойму, если ты не сможешь меня простить.
— Простить за что? — спрашивает он.
Я закрываю глаза, вдыхаю и снова открываю их. Его рука на моем колене сжимается четыре раза.
Со мной ты в безопасности.
Я пытаюсь смотреть на него, но знаю: страх, замешательство и тревога, которые я могу прочесть на его лице, напугают меня настолько, что я передумаю.
Вместо этого я смотрю в сторону пустыни.
— Я боялась, что отец уничтожит нас, но он этого не сделал, — я сглатываю, собирая остатки мужества, чтобы взглянуть на Лео. Его глаза цвета океана встречаются с моими. — Нас уничтожила я, Лео.