Страница 214 из 232
Больше ничего не потребовалось. Сергей рванул к лестнице, перепрыгивая через ступеньки. В подъезде было темно, пахло гарью – дым просачивался даже сюда. Навстречу попались Колян и Лёха, они вдвоём тащили наверх здоровенный ящик, набитый ракетами. Мокрые от пота, перепачканные сажей, но злые и сосредоточенные.
– Давай, мужики! – крикнул Сергей, хлопнув Коляна по плечу. – Поддайте им огоньку!
Колян оскалился в ответ, но ничего не сказал – только кивнул и потопал дальше.
Сергей выскочил наружу. Здесь, внизу, дым казался ещё гуще. Он стелился по земле, забивал ноздри, щипал глаза. В этом мареве, словно призраки, проступали фигуры воинов. Каре уже построилось. Две сотни щитовиков стояли квадратом, ощетинившись алебардами и пиками. Щиты – полупластиковые, с умбонами и металлической окантовкой – были сомкнуты так плотно, что между ними и вошь бы не проскочила. Внутри каре, прикрытые этой живой стеной, ждали своего часа стрелки.
Лица у всех были серые от сажи, многие кашляли, утирая слезящиеся глаза. Кто‑то из девятиэтажников бегал вдоль строя и раздавал тряпичные маски, вырезанные на скорую руку.
Сергей нажал тангенту рации, висевшей на плече:
– База, я Резерв. Как слышно?
Динамик зашипел, потом прорезался голос генерала:
– Слышу хорошо. Без команды ничего не предпринимать. Жди.
– Принял.
Сложность заключалась в том, что каре должно было выйти наружу до того момента, когда враг уже подойдёт к стенам, но не раньше. И понять, когда наступит этот момент, было почти невозможно. Дым застилал небо, видимость в сторону пляжа – ноль.
Внезапно впереди мелькнули тени. Несколько всадников вылетели из дыма и, пригнувшись к гривам, понеслись к воротам, те чуть приоткрылись. Один из всадников – Артём. Сергей узнал его по высокому варяжскому шлему. Значит, конная группа ушла на корректировку. Рискованный манёвр, но выбора не было: пробиться через дым и дать целеуказание. С корабля сейчас сделать это было невозможно – в порту творился ад, и все, кто ещё не сгорел, сдерживали атаку.
Грохот стоял такой, что закладывало уши. Пушки на стенах били без остановки, и их уханье смешивалось с лошадиным ржанием и криками людей.
И вдруг рация взорвалась воплем Артёма:
– Они идут! Много!
И в ту же секунду из дыма, оттуда, где только что скрылись всадники, вылетели глиняные горшки. Они описали высокую дугу и рухнули за стеной. Там, где они упали, мгновенно встала стена огня.
Катапульты. Норманны, прикрываясь дымом, выкатили осадные орудия и били греческим огнём.
Сергей выпрямился, и рявкнул, перекрывая грохот:
– Каре! За стену! Живо!