Страница 146 из 232
Первую засаду заметили с мачты – дромон и две галеры, стоявшие мористее, на границе видимости. Они развернулись и пошли наперерез, едва драккар показался из‑за мыса. Бородин, стоявший у руля, даже не изменил курса. Только бросил Дронову: «Работай». Дронов работал. Пушки на носу и корме ударили почти одновременно, и ближайшая галера, получив заряд картечи в борт и зажигалку, вспыхнула, как свечка. Вторая попыталась отвернуть, но ядро с кормового орудия разворотило ей борт, сломав рулевое весло. Дромон, видя это, резко сменил курс и начал уходить, не приняв боя. Догонять не стали. Драккар проскочил мимо, оставляя за кормой горящие обломки, и пошёл дальше.
Вторая засада ждала их через три часа. На этот раз это были варяги на трех драккарах. Эти не колебались, торопясь в Вальхаллу, кинулись наперерез, рассчитывая взять числом. Но они не учли быстроходности жертвы. Драккар, не сбавляя хода, прошёл у них перед самым носом, дав три залпа из шестидесятимиллиметровых пушек прямо в гущу. Варяги, потеряв ход, отстали.
Третья засада оказалась самой многочисленной – пять галер и два дромона, выстроившиеся цепью поперёк пролива. Но и тут быстроходный кораблик не притормаживал. Бородин вёл его сквозь строй, расплевываясь огнем из пушек. Галеры шарахались, уклоняясь от огня, дромоны пытались развернуться для таранного удара, но не успевали. Драккар проскочил и эту цепь, походя «наградив» неугомонных подарками – две галеры горели, одна лишилась мачты, дромон получил пробоину и тяжело осел на воду.
Темнота, как бывает на юге, накрыла кораблик одномоментно. Только что солнце висело над горизонтом, окрашивая воду в медь, – и вот уже непроглядная чернота, и только звёзды над головой да фосфоресцирующая полоса за кормой. Для обычных мореходов это означало бы остановку: убрать парус, лечь в дрейф и ждать рассвета, молясь, чтобы не налететь на скалы. Но команда драккара разницы не заметила. ПНВ давал чёткую картинку. Компас держал курс.
Когда ветер окончательно стих, с удвоенной энергией налегли на вёсла. Менялись каждые полчаса. Опыт был у всех, кроме части дружинников Бабки, но и те быстро перенимали ритм, глядя на соседей. Драккар шёл ровно, без рывков, рассекая чёрную воду, и за кормой тянулся длинный, слабо светящийся след.
Уже под утро, когда небо на востоке начало сереть и задул небольшой ветер, подняли парус. Латинский треугольник поймал воздух, натянулся, и корабль, чуть накренившись, прибавил ход. Сергей стоял у борта и смотрел на далёкий берег, ещё скрытый дымкой. До Тмутаракани оставалось совсем немного, но к началу атаки они уже не успевали. Нет, шанс был, но состоял он из нескольких «если». Если ветер не стихнет. Если не нарвутся на ещё одну засаду. Если римляне задержатся хотя бы на час. Главным из этих «если» был ветер. Сергей поднял голову, посмотрел на надутый парус и подумал, что сейчас они – просто щепка в руках стихии. И от того, как ляжет эта щепка на воду, зависит судьба двух князей. И, возможно, всей Руси.