Страница 14 из 232
— Раму делаем из этих вот брусьев. Длина два метра, ширина метр. Соберем, скрепим уголками. Вертикальные стойки — вот сюда. В них сверлим отверстия для натяжного механизма, ворот возьмём готовый, с лебёдки, а вот натяжной пучок — это самое сложное, тут придется постараться.
Дронов поднялся, подошёл к мотку верёвки, пощупал.
— Верёвка хорошая, пеньковая. Скручиваем в жгут, пропитываем чем-нибудь маслянистым, жирным, чтоб не перетиралась. Жгут продеваем в отверстия в стойках, закрепляем наглухо с одной стороны, с другой — на храповик.
— Что такое храповик? — спросил кто-то.
— Храповик — это такая шестерёнка с собачкой, чтоб натяжение держало. Сделаем, это несложно. Рычаг — вот это бревно, длиной четыре с небольшим метра. Вставляем в жгут, на конец — ковш. Под него что-нибудь приспособим.
Он обвёл бригаду взглядом.
— Задача: метать камень весом десять-пятнадцать кило на двести-триста метров. С крыши — вниз по склону и в воду. Если драккары подойдут — встретим. Вопросы?
Вопросов не было. Мужики взялись за инструмент, и работа закипела.
Сначала сколотили раму. Два продольных бруса, три поперечины, всё на стальных уголках и длинных шурупах. Рама вышла тяжёлая, килограмм под восемьдесят.
Потом принялись за стойки. Два коротких бревна, каждое сантиметров по двадцать в диаметре, установили вертикально в передней части рамы. Дронов сам разметил два сквозных отверстия строго напротив друг друга. Сверлили небольшим шуруповертом — его вполне хватало.
Ковш сделали из довольно толстого листового металла, используя болгарку и тот же шуруповерт.
Натяжной жгут скручивали втроём. Верёвку нарезали на куски, сложили в пучок, туго перевязали в нескольких местах. Потом Дронов притащил банку солидола, выделенную кем-то из автолюбителей, и велел пропитать жгут. Верёвка потемнела, стала скользкой и жирной.
— Меньше трения — больше живучесть, — пояснил Дронов.
Жгут продели в отверстия, закрепили с одной стороны намертво — прибили скобами и зажали бруском. С другой стороны начали монтировать храповик. Его сделали из железа с помощью болгарки — вырезали зубчатое колесо из толстого стального листа. Собачку приспособили из стальной пластины, прикрутили на шарнир. Ворот — готовую лебёдку с ручкой — приладили к задней части рамы.
К полуночи камнемёт был почти готов. Метательное плечо — длинное бревно — вставили в жгут, проверили балансировку. На конец насадили ковш, закрепили саморезами. Дронов обошёл машину, подёргал, постучал, проверил натяжение.
— Давайте пробный, — сказал он.
В ковш положили булыжник, принесённый снизу. Килограмм пять, не больше. Дронов сам взялся за ворот и начал крутить. Жгут заскрипел, натягиваясь. Собачка храповика звонко щёлкала, отсчитывая зубья. Рычаг отклонился назад, завис под углом.
— Огонь, — сказал Дронов и ударил молотком по спусковому клину.
Клин вылетел. Жгут развернулся мгновенно, с глухим воем. Рычаг рванулся вперёд, ударился о поперечину, ковш описал дугу — и камень ушёл в темноту. Сергей проследил за ним взглядом. Булыжник упал в воду ближе к середине реки, подняв столб брызг, тускло блеснувший в свете звёзд.
— Метров двести, — сказал Дронов, щурясь в темноту. — Для начала неплохо.
Мужики заулыбались, загалдели. Дронов вытер руки ветошью и повернулся к бригаде.
— Завтра поставим ещё один. Спасибо, товарищи.
Сергей закурил новую сигарету, глядя на готовый камнемёт. Машина стояла на краю крыши и казалась пришельцем из другого мира. Но мысль работала дальше. Он представил себе: крыша довольно приличная. Если поставить такие машины по всему периметру, выйдет десяток, а то и полтора. Драккары на воде отличные мишени. Только приблизятся, сразу получат каменный дождь. Пробить борт такая глыба не пробьёт, но палубу разнесёт, вёсла переломает, людей перекалечит. А если соорудить какие-нибудь зажигалки, и метнуть следом? Пламя на деревянной палубе — это смерть.
Он затянулся, выпустил дым. Дронов — голова. Дать ему время и людей, через месяц крыша превратится в батарею, и это будет уже серьёзно.