Страница 20 из 95
— Локотенент, и мальчик должен был там находиться! Он ранен был! К Вашему сведению, баронесса Юлия Вревская — вдова русского генерала, его дяди. Да, старший отряда Коста Онассис — это действительно один из центурионов легиона. И, главное, оба парня и девушки в военной форме — это личные помощники юного князя! И знаете, локотенент, на счету каждого из них по десятку и больше турок! Даже у девушек! Это были лучшие стрелки Седьмого легиона! Они могут подстрелить любого с пятисот шагов!
— Э, по виду и не скажешь, господин полковник! Парням лишь лет по восемнадцать было, и девушкам столько же, парочке и чуть поменьше. И они очень хорошенькие — солдатская форма, хоть была и потрёпанной, но хорошо сидела на них и шла им.
— Ну, так, локотенент, Вы же уже прочли газеты и теперь знаете, что эти девушки воевали в Плевне с шестого по восемнадцатое июля и выдержали три жестоких боя с турками! Это как бы немного, но Вы сами попробуйте выдержать хотя бы один! Но теперь наверняка попробуете! Вы переводитесь в один из полков второй дивизии, а там далее куда Вас уже определят. Может, даже попадёте к самому локотененту Георге Лозяну? Сами знаете, что он выдержал пару боёв ещё до Плевны, ещё один там и нападение на санитарный обоз. Достойно повоевал! Ему как раз нужны храбрые добровольцы, желающие оказать посильную помощь русским при защите Плевны или даже в наступлении на Софию и далее Стамбул. Идите, локотенент, Мы Вас больше не задерживаем. И будем рады, если Вы вернётесь из Болгарии героем!
* * *
Утром я проснулся довольно поздно. Поезд, оказалось, где-то стоял. Наверное, заправлялся водой и получал припасы? И почти все в вагоне разбежались. Всё-таки у нас ещё два вагона раненых, и за ними надо было ухаживать. И тёти Юлии не было. Вообще, со мной в вагоне остались лишь Радка и Николай.
Тут я, чтобы без дела не сидеть, решил порисовать. Нарисовал как раз Радку, потом прибежавшую Элицу, после них уже Лилию, да, по памяти. Хоть и погибла, пусть её лик сохранится для легиона. И она тоже была красавицей. Ведь турки собрали для ублажения своих начальников самых красивых девушек, весь десяток. Сволочи! Я бы там грохнул не только Гассан-Сабри-пашу, но и других. Жаль, что Осман-паша уцелел. Ладно, пусть живёт. Мне его уже не достать. Как бы самого англичане не достали! Постарался тут же отогнать все неприятные мысли, и у меня все три рисунка получились. Первые два отдал самим красавицам, а третью — Косте. Потом он повезёт его в легион. А для себя я ещё позже нарисую.
Всё, люди начали возвращаться в вагон. Тут и поезд тронулся. Явилась и слегка усталая тётя Юлия.
— Всё хорошо, Борис. Все живы и терпимо себя чувствуют. Кого надо, перевязали, всех накормили и напоили, и обиходили. Многие уже спят. Осложнений нет. Думаю, что всех довезём.
Ну, что я тут могу сказать? Только поблагодарить.
— Ладно, тётя Юлия, спасибо. Пока тоже поспите.
Тётя сразу же заметила рисунки. Девушки уже показывали их другим. Главное, чтобы им самим понравилось. Вроде, да? А потом, если получится, я и их портреты нарисую.
— Уже и рисованием, Борис, занялся? Ну, значит, поправишься!
Конечно, поправлюсь. Куда я денусь!