Страница 46 из 79
Вот только я не в курсе. И это мне совсем не подходит. Я обязан знать, что вокруг происходит.
На всякий случай, я связался по квантовой связи и передал Октавии приказ перевести наш флот в состояние готовности — собрать экипажи на корабли, офицеров отозвать из отпусков, ускорить снабжение и комплектацию флотских соединений.
Затем попытался связаться хоть с кем-то из Ордена Преферанса. Те два планетарных князя, кому я написал — тоже не знали, в чём дело, но уже готовили свои флотилии, каждый свою. А с остальными не было связи.
— Что случилось, Саша? — Даша закрыла мою руку своей.
— Пока не знаю, — ответил я. — Пока не знаю…
Мы вышли после ужина на променад в Бесконечную аллею, засаленную тополями кольцевую дорожку из красного кирпича, идущую в галерее вокруг Дворца, чтобы размять ноги и отловить более-менее реалистичные слухи о происходящем.
Встречая придворных и раскланиваясь со знакомыми, плохо знакомыми и вовсе неизвестными мы сложили некоторую картину.
Все сходились в том, что дела Третьего Легиона у голубого гиганта Магнум плохи.
Так-то, если подумать, то действительно, больше нигде Империя не могла единоразово потерять столько энергопрактиков. Да и о каких-то других крупных рейдах против Орды не было слышно.
Но я предпочел дожидаться официальных докладов, а не разгонять панику. Закошмарить придворное общество катастрофическими и притом вполне реальными сценариями событий я ещё как могу, не вопрос. А вот кто его, общество это, потом успокаивать будет? И ведь найдутся те, что сольют всё это подданным через СМИ. Балбесы балбесами, но придворные способны устроить нам просто феерический парад леммингов, в котором погибнет столько, сколько никакая катастрофа не прикончит… Ну, я и помалкивал.
По моим каналам мне ничего этакого так и не передали. Я приказал Октавии ещё усилить бдительность и прозвонить наши источники в Академии Первопрестольной, может там что-то уже знают. Внешняя разведка рыла носом, но пока не нашла ничего заметного.
Значит, ждем данных.
Чёрт, я тут, а они там, и в такой момент. И я не могу всё бросить и улететь…
То есть я, конечно, могу. Но это разрушит весь этот гребанный прогресс при дворе, который и без того мне уже дорого стоил.
И император меня ещё не отпустил. И расценивать такое поведение могут в диапазоне от самоуправства — до измены, это уж как не повезет.
Уже в который раз вспомнил известное наблюдение, что Лунный Дворец — это палладиевая клетка для придворных, роскошная камера предварительного заключения для всех, кто, может быть, потенциально опасен, и кого лучше держать при себе, на расстоянии вытянутой руки…
С холодком внутри я внезапно реально осознал, что могу уже и не вернуться к своему флоту. Наверняка некоторые призванные сюда — остаются здесь навсегда, пожираемые придворными интригами и развлечениями.
Я это предполагал. Но как версию маловероятных событий, а теперь, я понял, что, возможно, поставил на встречу с императором слишком много.
Происходит нечто важное, а меня там нет! Это оказалось действительно невыносимо.
Я откровенно маялся во время нашего променада в Бесконечной Аллее, едва замечая встречных. Даша старалась меня успокоить, но это было ни к чему, я то был спокоен, как тот самый слон. Просто я пытался просчитать все возможные на данный момент вероятности, и подкорка начинала явно перегреваться и закипать.
А потом, когда, упрменадившись до истощения сил, мы возвращались в наши покои я получил весть которую так долго и страстно здесь дожидался.
Децимус, личный серв императора вышел к нам из тьмы бокового коридора. Мы его чуть не зарубили на нервяке.
— Чёрт, Децимус, — выдохнул я. — Предупреждать надо!
— Не время для этикета, у меня для вас срочные новости, Ваше Высочество, — негромко произнес Децимус: — Его Величество, император человечества Константин Тридцатый встретится с вами сегодня. Неофициально. В Арсенале, после затемнения.