Страница 34 из 191
– Посол Нечаевых у нас в гостях! – заводится Ага, резко меняя маску, необходимую для следующего акта пьесы. Отстраняясь, ловко уходит в сторону. – Хочешь, докажу, что этот посол не осел? А? Смотри, мамочка, какие он вареники делает! Идеален во всем! – выбивает задорно, на манерах демонстрируя доску с готовыми изделиями. – Ну скажи же? Скажи? Даже у Юнии хуже!
Мегера помалкивает. То, что согласилась терпеть мое присутствие, не значит, что готова со мной общаться или, не приведи Господь, хвалить меня. Кивает, чтобы Агния отстала.
Я так же молча возвращаюсь к работе.
– Да расслабься ты, мам, ну! Он же не раскидывает у нас по квартире свои гаметы[2]! В слове йобаист хоть и есть частица аист, нам до свадьбы точно-точно ничего не грозит! Егор воспитанный и очень ответственный! Ой, знаешь, какой он надежный!!! Я за ним, как за стеной! Смотри, мам, у него на пальце первая буква моего имени! Он меня страх как любит! Ты из-за вчерашнего переживаешь?.. Так ты не переживай! Егор, скажи, что это была твоя рубашка! Скажи, что я совсем чуть-чуть выпила! И следы на шее – это потому что кожа нежная! Случайно получилось! У Егора по тестам сто восемьдесят семь, мам! Мы с ним вместе физико-технологический порвем! И работать пойдем в науку! Как семейство Кюри[3]! Мария, какая умница, мам, заложила основу лучевой терапии в онкологии! Вот это вклад! Я тоже когда-нибудь Нобелевку получу! Скажи, Нечаев? Ты в меня веришь? Он в курсе, как я химию щелкаю! Да и физику! Но с физикой он мне еще и поможет! Уже не раз помогал, мам! Он гений, мам! Помнишь олимпиаду по физике, после которой меня отстранили? Так это я тогда с ним подралась! Не поделили победу, пф-ф… На самом деле все проще, но сейчас не о том! Мы отлично ладим! Мы дополняем друг друга, мам!
Пока у меня дергается глаз, у Валерии Ивановны ходит ходуном пол-лица.
Но мы оба молчим.
Пусть в речи Немезиды дохрелион логических несостыковок, все эти конструкции настолько сложные и, ко всему, летят с такой скоростью, что перерабатывать трудно, не то что возражать. Да и разве можно не доверять человеку со столь широким взглядом? Пусть все ее слова будут ложными, мы хаваем, подвисая на экспрессии.
Так с варениками и управляемся.
– А стул меченым был, ахаха. Не открестишься теперь. Насидел на вечность со мной, – выдает Агния, когда встаю. В любой другой момент я, может, и вступил в конфронтацию. Хотя бы поинтересовался, что она городит. Но с третьей ногой не до скандалов. Тем более при матери. Спокойно мою руки, когда она лепит: – Чай мой вкусным был? А пирожок? Ма, дай ему еще моих голубцов отведать!
Тут я относительно быстро включаю мозг и сливаюсь.
– Какие голубцы? Давно домой пора, – бубню, продвигаясь к окну.
– Выйдите, пожалуйста, через дверь.
Это первая и последняя просьба, с которой ко мне обращается мегера. Подчинюсь, чтобы не заострять.
– До свидания, – кидаю вежливо.
Валерия Ивановна не отвечает. От мысли про новое «свидание» ее перекашивает, чуть не трясет.
Ну и ладно. Положить вообще. С ровной рожей иду на выход.
Поразительно, конечно, но никто не стреляет в спину.
Только Немезида увязывается провожать.
– Там такие бабки… – гасит, нагоняя.
– В курсе. Не проблема.
– Нет уж! – отпирает на взводе, явно имея со «спецотрядом пенсионеров» какие-то личные терки. – Мам, я скоро буду! Не смотри так! И пол я помою! Подумаешь, натоптал!
– Кофту набрось… Куда в таком виде?.. – все, что роняет мегера.
Ага срывает с вешалки джинсовую рубашку, натягивает и устремляется за мной. Перед самым выходом из подъезда цепляет под руку. Удивляюсь, но вида не показываю. Важно, с жестким вызовом – наглости-то обоим хватает – минуем дворовой штаб. Никто и слова не говорит. Только морды демонстративно воротят. Вообще по цимбалам.
Останавливаемся с Немезидой, как только отходим подальше от всех.
– Когда ты перестанешь трещать про любовь? – отчитываю, потому что из всех вопросов именно этот первым в глотке стрянет.
– Когда ты перестанешь отрицать!
Смотрю на эту, мать ее, ученую, открывая новые радиоактивные химические элементы в своем, блядь, собственном организме.
Вот что за напасть?! Где она на мою голову взялась?!
Да помню, нах… Сам нашел.
Кретин же.
– Ты ненормальная, – чеканю весьма и весьма сдержанно, не выдавая и сотой доли того, что бомбит изнутри.
Филатова отражает почти безразлично:
– А ты типа нормальный?.. – Оглядываясь по сторонам, шурует себя ладонями по плечам. – Я замерзла, – объявляет, бросая новый провокационный взгляд. С дожимом, вашу мать.
Лето, плюс тридцать, она еще и в джинсовке… И вдруг «замерзла»?.. Песня!
– Обними меня, чудище! – выпаливает, поняв, что я не собираюсь реагировать.
Вот дерьмо…
Густо выдыхаю вбок и шагаю, чтобы принять на грудь. Зачем?.. Так дебил же. Лупит, конечно, яро. Смыкая руки у Немезиды на плечах, дергано прикрываю глаза.
– Нормально обними, а?..
Сука-а…
Ей еще и не так? Все не так!
Сцепив зубы, подгребаю ближе.
– Мм-м… Горячий… Пахнешь… – шуршит по нервам, вызывая не просто похоть. Полный сбой. – Расслабься!.. Расслабься, а?..
Прикладываю усилия.
И только я, блядь, расслабляюсь, бьет жаром в кадык:
– А у тебя прям постоянно стоит?
[1] I want it all, and I want it now (англ.) – Я хочу все, и я хочу сейчас.
[2] Гаметы – специализированные половые клетки.
[3] Пьер Кюри и Мария Склодовская-Кюри – семейная пара ученых, которые провели фундаментальные исследования излучения, объявили об открытии полония и радия, а сама Мария ввела в обиход термин «радиоактивность». Их работы стали основой ранней лучевой терапии – лечения опухолей с помощью излучения.