Страница 16 из 191
Вокруг так темно. Я боюсь, что он исчезнет, а я даже не пойму, где выход. Тянусь, чтобы ухватиться. Он это принимает, позволяя обвить свою шею руками, но понимает как-то по-своему.
– Ладно. Не ори. Веди себя тихо. Люди просто трахаются.
Просто???????
Нечаев тащит меня мимо этих самых людей в противоположенный конец безразмерного помещения.
Я немного упираюсь.
Не только потому, что в какой-то момент могу воочию лицезреть попадающую в пятно света парочку, и стремаюсь быть пойманной за подглядыванием. Но и потому, что как раз таки хочу подглядеть. Не без шока, но с острым интересом фиксирую картинку, и ловлю себя на том, что едва успевший было притихнуть главный узел нагрузки просыпается и начинает подавать недвусмысленные сигналы в остальные части тела.
Дышать становится сложно. Воздух здесь в принципе… своеобразный. Густой, липкий, солоноватый и пряный. Не отталкивающий, нет. Просто новый и непривычный. Забиваясь в легкие, он усиливает уже имеющиеся реакции. Дрожь, импульсы и пульсация – все нарастает.
Ну надо же…
Рассматриваю стоящую к стене лицом девушку и бьющегося о нее сзади мужчину, ее обнаженные маленькие груди и мнущую их огромную пятерню, ее красиво выпяченные ягодицы и шлепающую их руку.
Ничего удивительного, что ребята нас не слышат.
Он слишком увлечен тем, чтобы… эм-м… таранить ее? Словно ему за это какой-то чемпионский титул дадут! А она – своим бесстыжим и, поверьте, оглушающе громким удовольствием.
Мужчина так резко останавливается, что я стыну на месте.
– Это все? – обращаюсь к Егору шепотом.
Поворачиваясь к нему, отмечаю, как мое тело выходит из строя. Перегреваясь, практически плавится и тянется к нему. Хочется увидеть его лицо, глаза, губы, шею, плечи… Все! А почувствовать – еще больше!
В ушах из-за нагрузки возникает шум. С трудом слышу, как Нечаев сглатывает и прочищает горло.
– Нет.
– Почему же?..
Закончить не получается. Направляя взгляд на парочку, ловлю на стоп-кадр мужской член. И не то чтобы он какой-то прям очень большой, но я отчего-то давлюсь.
Вашу мать…
Ладно, ладно…
Он огромный!
А еще одуряюще странный.
Потрясающий.
Я пытаюсь не кашлять, но внутри так и тарахтит. Куски железа в центрифуге, клянусь, и то бы тише болтались.
– Идем. Не хрен глазеть, – заряжает Егор, прихватывая меня сзади и проталкивая вперед как таран.
Господи…
Таран???
Это плохие ассоциации. Я ведь чувствую его внушительный потенциал. Он прожигает мне поясницу!
Интересно, член Нечаева так же выглядит? Похож, нет? Лучше или хуже? Как это все вообще ощущается?
Вашу мать… Зачем мне эта информация?!
Мужчина прижимает девушку к стене, еще какие-то неуловимые манипуляции совершает и начинает двигаться у ее вздернутых как антенны ног. Эта поза, вероятно, приятнее – заставляет стонать мягче, с терпкой чувственностью.
– Не смотри, – приказывает мне Нечаев. – Просто шагай. Не смотри, говорю.
Слышу, как он смеется. И хоть этот смех кажется мне каким-то вынужденным, все же злюсь.
– Я не смотрю… Ц-ц… Ц-ц… – цыкаю, вырываясь. – Идиот.
– Смотришь.
– Откуда знаешь?
– Чувствую, как тебя ведет, – вкладывает эту рыхлую пошлость мне прямо в ухо.
Позволяя себе при этом внаглую меня лапать.
– Нет!
– Блядь… Да, – давит, кусая за шею.
– Собака бешеная… – тяну, пытаясь оскорбить и заодно ударить по лбу.
Но «узел» так бездарно распределяет ресурсы, что на ноги и руки не хватает. Первые – подкашиваются. Вторые – слабеют настолько, что отказываются напрочь подчиняться.
– Короче, Филатова… Я не хочу, чтобы ты смотрела.
– Ах, в таком случае я буду смотреть, Нечаев!