Её раб

– Ты как бьёшь?! Тебя кто так учил бить? – заорал он и недовольно проворчал: – Понаберут по объявлению… Тьфу! – Подвешенный в кандалах он изогнулся, пытаясь повернуться лицом к слуге, который его бил. – Да возьми ты палку нормально. Что ты её как рыбу тухлую – двумя пальцами держишь?! Во-от! Да двумя руками возьми, остолоп! Возьмись как за самое дорогое. Представь, что это твой… – Раб оглянулся на Мелиссандру, та вопросительно приподняла бровь. – Что это твой меч, – исправился раб и уточнил: – Двуручный. – Он подмигнул королеве и продолжил поучать её слугу. – А теперь размахнись нормально и бей!

Слуга, перехватив палку, как было сказано, примерился и со всей силы ударил раба по спине.

– М-м-м… – застонал тот с таким наслаждением, что Мелиссандре тоже захотелось застонать, но от огорчения.

Между тем раб снова покосился на неё:

– Вот хорошая ты королева, и приём у тебя тёплый. – Он прервался на ещё один стон, а затем опять напустился на слугу: – Ты что там, уснул? Почему этот удар слабее? Я ведь так совсем никакого удовольствия не получу!

– Так ведь это… – попытался оправдаться слуга.

– Ме-ме-ме, – передразнил его раб. – Королеву свою не позорь. Бей нормально!

– Да бью я. – Слуга посмотрел на Мелиссандру и развёл руками, словно оправдываясь. – Бью.

Так! Это надо прекращать!

Мелиссандра указала слуге остановиться, подошла и внимательно осмотрела раба. Следы от ударов на его спине были настоящими, не поддельными. Яркие алые полосы. Боль удары должны были доставить неимоверную. Но… Раб по-прежнему косил на неё наглым прищуром своих серебряных опалов и нахально-широко улыбался. Совсем не тот эффект, на который она рассчитывала. И как теперь добыть то, что ей нужно?

– Пробуйте ошейник! – приказала она.

Слуги тут же принесли кристалл, активизирующий магию рун. Мелиссандра протянула руку, требуя отдать кристалл ей, и пристегнула его к одному из своих браслетов. Теперь одной лишь мыслью она может управлять силой, заточённой в рабском ошейнике.

– Итак, – начала она строго. – Мне нужен твой слуга Буцефал!

Мелиссандра дала мысленную команду, и тело раба выгнуло дугой от мощного заряда, что жёг магическим огнём. Раб плотно сжал зубы, и сладострастных стонов больше не звучало.

Остановив силу кристалла, королева подождала, пока раб придёт в себя. Его тело повисло на верёвке, голова безвольно опустилась на грудь. Он шумно дышал, глотая воздух большими кусками, как рыба, выброшенная на берег.

Мелиссандра успокоилась: всё шло, как надо. Она пробежалась пальчиками по напряжённому бицепсу раба, пощекотала за ухом, привлекая внимание, наклонилась и шепнула:

– Что теперь скажешь?

Раб застонал, приоткрыл глаза и посмотрел на Мелиссандру замутнённым взглядом.

– Чуть-чуть не хватило, красавица. Давай в следующий раз до конца, а?

– Что?! – воскликнула Мелиссандра.

– Чуть-чуть до разрядки, – ответил раб и скосил глаза вниз, указывая нужное направление.

Проследив за его взглядом, Мелиссандра увидела прикрытый простыми холщовыми штанами явственный бугор на причинном месте.

Второй раз воскликнуть: «Что?!» или «Да ты издеваешься?!» она не успела. Вздрогнула от пришедшей в голову мысли и, стараясь опровергнуть догадку, активировала кристалл. Но в этот раз, пока раб выгибал спину и сдавленно стонал, смотрела только «туда»…

Так и есть: магический огонь, растекающийся по венам, раба не мучал, а возбуждал.

«Да что ж за день сегодня такой?!» – захотела прокричать Мелиссандра, но вовремя вспомнила, что сегодня среда. И капризно топнула ножкой. Теперь уже нелепый детский жест её ничуть не смутил. Казалось, в это утро её больше ничего не сможет смутить. Но…

* * *

– Ты что, – сдавленно спросила Мелиссандра, – из этих?

– Из кого?

– Ну, из этих…

Мелиссандра мотнула головой, ничего не объясняя. А как объяснить то, чего сама не понимаешь?

– Ты из этих! – уверенно произнесла она и задумалась.

Пытать доходягу-раба не имело смысла: он будет этому только рад. Мелиссандра посмотрела на него. Раб раскачивался на верёвках, напрягая мышцы рук и чуть подтягиваясь. На его лице блуждала мечтательная улыбка. Он жаждал продолжения.

Мда… Добиться от него чего-то пытками бессмысленная затея. Но как иначе заполучить Буцефала? О том, чтобы уговорить того здоровяка подчиняться, не могло быть и речи. Мелиссандра бы ещё подумала шантажировать этих совершеннейше неправильных рабов мучениями друг друга, но и эта затея показалась ей неподходящей: доходяга от боли корчился в экстазе, а на Буцефала ей просто нечем было повлиять.

– Итак! Что мы имеем? – Мелиссандра сама не заметила, как заговорила вслух. От потрясений, видать. – Одному нравится, второй не поддаётся. – Она повернулась к доходяге. – И что мне с вами делать?

– Понять? Простить? – спросил тот.

В этот миг мысль отпустить обоих рабов с миром не показалась Мелиссандре такой уж неверной. Но потраченных денег было жаль.

– Кстати, а ведь это совсем не те рабы, что я заказывала, – сказала Мелиссандра и огляделась по сторонам. – Где тот охотник, что привёз их?

– Ушёл, – ответил ей слуга.

– В смысле «ушёл»? Догнать его немедленно! Сначала он должен вернуть деньги за заказ. А этого, – она махнула в сторону доходяги, – и его дружка пусть забирает обратно!

Жаль, конечно, что с таким хорошим здоровяком-рабом придётся расстаться, но Мелиссандра понимала, что ничего не сможет с ним сделать. Он не поддастся дрессировке.

Один из слуг выскочил за дверь, чтобы привести охотника обратно в камеру, и подозрительно быстро вернулся.

– А охотник?.. – спросила Мелиссандра, подозревая, что услышит в ответ.

– Он уехал, – ответил слуга, низко кланяясь.

– С моими деньгами?! Куда он отправился?! Кто знает, где его искать?!

Слуги кланялись и молчали, а ей ответил доходяга:

– Я знаю, где он обитает. Он рассказывал, пока мы сюда ехали. Это один из пустынных оазисов вообще недалеко отсюда. Полдня пути на верблюде. На лошади и того скорее.

– Где он?!

Доходяга наморщил лоб в раздумьях, а затем наглейшим тоном спросил:

– А что мне за это будет?

Мелиссандра глубоко вздохнула и медленно выпустила из лёгких весь-весь-весь воздух. Хотелось огреть раба палкой, но она помнила, что для него это будет только в радость.