Её раб

– Ты же сам сказал, что у тебя есть господин! – возмущённо воскликнула Мелиссандра, открывая глаза и возвращаясь обратно в невесёлую для неё реальность.

– У меня есть господин. Господин Окард. Но я ему не раб.

– А кто тогда?

– Я его слуга. – И Буцефал пустился в разъяснения: – Господин Окард спас мне жизнь, и теперь она принадлежит ему. Я буду служить ему верой и правдой до конца своих дней. Оберегать и защищать. – Он обратился напрямую к Мелиссандре: – Как ваши слуги оберегают и защищают вас, королева.

Мелиссандра скептически хмыкнула, бросая мимолётный взгляд на слуг, валяющихся на полу без сознания. Один из них приоткрыл глаза, увидел, что королева на него смотрит, ойкнул и тут же крепко зажмурился.

– Защищают и оберегают, как же! – Мелиссандра перевела взгляд на Буцефала и попыталась его перехитрить. – Но ты то теперь точно мой раб.

– С чего это?!

– Я поймала тебя.

– Охотники поймали меня.

– А я им за это заплатила. И заковала тебя в цепи!

– На мне нет цепей.

– Ты пленник в моей темнице!

– Хотите, я из неё выйду?

От злости Мелиссандра буквально зарычала на непокорного раба… Не раба, слугу… Не её слугу, а…

– Да что же за день-то сегодня такой?!

– Среда, – обстоятельно сообщил Буцефал.

– Спасибо, – всхлипнула Мелиссандра, прикрывая лицо ладонями. Ещё чуть-чуть и у неё начнётся натуральная истерика.

– С вами всё в порядке? – участливо поинтересовался Буцефал.

– Да. Конечно со мной всё в порядке, – ответила Мелиссандра и часто-часто закивала. – Я же королева, со мной не может быть что-то не в порядке. – Она отняла руки от лица и с печалью добавила: – Чаю бы сейчас. С ромашкой. А ещё лучше с пустырником. Прямо с корнем. В прикуску.

Лицо Буцефала озарила широкая улыбка.

– А вот тут у меня для вас, ваше величество, есть отличнейшая новость! Я очень хорошо умею заваривать чай с травами. И с ромашкой, и с пустырником. – Здоровяк-нераб наморщил лоб. – Есть корень пустырника вприкуску, правда, я бы вам не советовал. Он горький.

И Буцефал посмотрел на Мелиссандру с такой искренней заботой, что она даже пожалела, что он не её слуга.

– Ой не до чая сейчас, Буся. Не до чая, – отказалась от заманчивого предложения Мелиссандра. – Дел невпроворот.

– Кстати да! У меня тоже ещё дела. – Заявив это, Буцефал заоглядывался по сторонам, как будто искал свою дорожную сумку. – Давайте-ка, ваше величество, вы покажете, где сейчас находится мой господин. А я взамен не разнесу весь ваш замок в кирпичную крошку.

И на этой фразе Буцефал смачно размял кулаки до хруста в костяшках.

Несколько слуг, не выходя из бессознательного состояния, начали расползаться от него в разные стороны, а Мелиссандра, на чью долю потрясений оказалось уже предостаточно, грязно выругалась.

* * *

Соображалка заработала с двойной скоростью. Как выкрутиться?

– Может, ты подождёшь его здесь? – предложила Мелиссандра дрожащим голосом.

– Может, ты отведёшь меня к нему?!

Буцефал мало того, что рявкнул это пугающим громогласным голосом, так ещё и грозно навис над ней, пугая своими размерами.

В последний момент Мелиссандра вспомнила о том, что пару минут только и мечтала о подобной близости. Хотя бы между огромными ручищами этого громилы и своими пяточками.

Но сейчас мощная грудь с раскачанными мышцами, рельефный пресс и кулаки-молоты заставляли сердечко биться часто-часто совсем не от страсти – от испуга.

– Отведёшь… – пролепетала Мелиссандра. – Только вот к нему сейчас нельзя.

– Занят? – грозно спросил Буцефал и всерьёз задумался.

– Занят-занят, – поддакнула Мелиссандра. – Сильно занят.

Буцефал тряхнул головой, волосы взвились, что львиная грива, ухмыльнулся и громыхнул:

– Ну так я не помешаю!

Он двинулся к двери, легко сдвинув Мелиссандру в сторону.

– Помешаешь! Он… Он… Он не одет! – первое, что пришло в голову, выкрикнула Мелиссандра.

– Так! Стоп! – скомандовал сам себе Буцефал, повернулся к Мелиссандре и уточнил: – Не одет?

– Не одет.

Буцефал как-то хитро улыбнулся и спросил:

– С женщиной?

– А с кем ещё?! – удивилась Мелиссандра.

– Ну вот зачем ты меня обманываешь, ваше величество? – спросил Буцефал ласково, но с укором, от которого даже у Мелиссандры щёчки заалели. – Господин у меня неразборчив только в выборе скоропортящихся продуктов. А женщин он предпочитает самых особенных. – Буцефал протянул к ней руку, и Мелиссандра задержала дыхание. Ладонь здоровяка её не коснулась, он лишь поправил выбившуюся из её причёски прядь волос. – А тут, как я погляжу, только ты его и достойна.

Растерявшись от двоякого смысла слов: то ли то была похвала, то ли оскорбление, Мелиссандра смущённо улыбнулась и совсем как девчонка тихим шёпотом ответила:

– Спасибо!..

– Но раз уж женщина просит, я настаивать не буду, – решительно бухнул Буцефал. – Подожду, пока он оденется. А ты, – и он бесцеремонно ткнул в сторону королевы пальцем, – позовёшь меня, как только он будет готов.

Мелиссандра ни о чём таком не просила, – не по статусу просить ей, королеве, – и слушаться указаний не собиралась, но не согласиться с громилой, который мог легко её убить, посчитала решением опрометчивым и недальновидным.

– Позову, – ответила она, прошла мимо здоровяка, похлопав его по мощному бицепсу, и, отворив дверь, строго наказала: – Но ты должен будешь ждать меня здесь. Не громить камеру и больше ничего не вырывать из стен. Готов вести себя хорошо?

– Чтобы господин мной гордился! – с довольной лыбой на всё лицо подтвердил Буцефал, согласно кивая.

– Вот именно!

Мелиссандра вышла, прикрыла за собой дверь и прислонилась к стене, намертво вцепляясь в неё руками, чтобы не упасть.

– Уфф…

Покосившись на закрытую дверь, Мелиссандра мысленно прикинула её прочность и размеры Буцефала. Здоровяк прав: он выйдет из темницы, как только сам этого захочет, ни один запор его не остановит.

– Ну что же, – пробормотала она. – Дело осталось за малым.

Если эту гору мышц нельзя сдержать цепями или заставить подчиняться угрозами и сильнейшей болью, придётся добиться его послушания иным путём.

И Мелиссандра пошла договариваться с господином этого слуги. Договариваться, как умеет и может, конечно же: пытками и шантажом.