Страница 23 из 48
Глава 6
Я не проклинала его дом
Глава 6. Я не проклинала его дом
Слова на двери горели так ярко, что на мгновение даже крики снизу стали тише.
Я стояла посреди маленькой комнаты и смотрела на новую строку, не сразу понимая, кто произнёс её первым: я или огонь. Голос был мой. Дыхание — моё. Но уверенность, с которой эти слова легли в воздух, не могла принадлежать женщине, которую вчера вывели из Палаты как ошибку, а сегодня хотели выгнать из столицы как угрозу.
Нера стояла у лестницы, прижав ладонь к перилам. Свет от пепельной чаши ложился на её лицо серебристыми тенями, делал старше, резче, суровее.
— Красиво сказано, — пробормотала она. — Только толпе красота обычно без надобности.
Снизу снова ударили в дверь.
— Выходи!
— Убирайся из квартала!
— Нам не нужен пепельный Дом!
Я слышала в этих голосах не только злость. Страх. Подогретый, направленный, вложенный в чужие рты так ловко, что люди уже считали его своим. Ещё утром они шептались с любопытством. Днём — с тревогой. К вечеру их заставили поверить, что я не женщина, которая отказалась продать правду, а опасность для каждого дома, где горела брачная клятва.
Иллара не зря приходила в белом.
Она оставила после себя не след духов и не письмо со сделкой. Она оставила слух.
— Нельзя им открывать, — сказала Нера.
Я подошла к окну и осторожно отодвинула край занавески.
Переулок был заполнен людьми. Не так много, чтобы назвать это бунтом, но достаточно, чтобы обычный дом казался осаждённым. Внизу толпились женщины с покрытыми головами, мужчины в рабочих куртках, двое слуг в ливреях без знаков, несколько любопытных мальчишек у стены. Чуть дальше, у поворота, стоял закрытый экипаж без герба.
Без герба — не значит без хозяина.
Я не видела Иллару, но чувствовала её присутствие в порядке происходящего. Слишком быстро, слишком чисто, слишком удобно.
— Там есть люди Вейнов? — спросила я.
Нера подошла ближе, но выглядывать не стала.
— Если есть, они достаточно умны, чтобы не носить знак на груди.
— Значит, есть.
Снизу раздался новый голос, громче остальных:
— Если она не выйдет сама, пусть Палата забирает её! Или Совет! Дом проклятых клятв нельзя оставлять среди людей!
Проклятых.
Я сжала пальцы.
Пепел на ладонях вспыхнул, но не злостью. Скорее предупреждением. Чаша в центре комнаты стала выше, пламя поднялось тонким серым столбом и резко повернулось к двери, будто прислушалось к улице.
— Не надо, — прошептала я.
Нера посмотрела на меня.
— Вы с кем?
— С огнём.
— И он слушает?
— Не знаю.
— Тогда просите вежливо.
Я почти рассмеялась, но снизу снова ударили, и смех застрял в горле. Дерево нижней двери дрогнуло. Дом Неры был старым, крепким, но не предназначенным для того, чтобы сдерживать чужую ярость.
Я сделала шаг к лестнице.
— Не вздумайте, — резко сказала Нера.
— Они разнесут ваш дом.
— Это мой дом. Мне и решать, что с ним разнесут.
— Нера…
— Нет. Вы сейчас не хозяйка переулка. Вы женщина, на которую натравили толпу. Если выйдете, они не услышат слов. Они захотят доказать себе, что не боятся.
Слишком разумно.
И слишком поздно.
Потому что снизу внезапно стало тихо.
Не само по себе. Не от усталости. Так толпа замолкала только перед силой, которую привыкла узнавать.
Потом я услышала его голос.
— Отойдите от двери.
Кайрен.
Не громко. Не криком. Но каждое слово легло на камни переулка так, будто он поставил печать.
Люди заговорили разом, но уже иначе — тише, тревожнее.
— Глава Дарр…
— Он сам пришёл…
— Так она правда его огонь забрала…
Я опустила занавеску и застыла.
Нера прищурилась.
— Этот ваш дракон вовремя явился.
— Он не мой.
— Тем лучше. Своих иногда тяжелее выгнать.
Снизу послышался второй голос. Мужской, официальный, холодный.
— По распоряжению Совета родов Мирана Дарр должна быть доставлена на слушание немедленно.
Нера выругалась уже не тихо.
Я медленно выдохнула.
Вот оно.
Иллара запустила слухи. Толпа создала угрозу. Совет получил повод вмешаться. И теперь меня можно было вывести не как женщину, у которой есть право, а как опасность, которую надо рассмотреть при старших.
Всё аккуратно.
Всё красиво.
— Я спущусь, — сказала я.
— Одна?
— Если останусь здесь, они поднимутся.
Нера посмотрела на пепельную чашу.
— А это?
Я тоже посмотрела.
Чаша горела ровно. Не удерживала. Не запрещала. Только на двери всё ещё сияли слова:
Хозяйка не уходит, когда к её дверям приходят с ложью.
— Дом останется, — сказала я, сама не зная откуда уверенность. — Я вернусь.
— Вот теперь вы говорите как человек, который ещё вчера не знал, где переночует.
— За сутки многое меняется.
— Особенно если тебя разводят с драконом.
Я накинула плащ, расправила рукава, чтобы ладони оставались видны. Прятать пепел больше не имело смысла. Те, кто хотел бояться, боялись бы и закрытых рук.
Когда я спустилась, нижняя дверь была уже открыта.
На пороге стояли двое распорядителей Совета в тёмных одеждах с серебряными шнурами. За ними — Кайрен. Он держался чуть в стороне, но именно из-за него толпа не смела приблизиться. Чёрный плащ, тяжёлый взгляд, родовой знак на груди с той самой тёмной трещиной, которую я видела утром.
Лицо у него было жёстким.
Не злым. Слишком собранным для злости.
Иллары рядом не было.
Это почему-то насторожило сильнее, чем если бы она стояла у него под рукой.
Кайрен посмотрел на меня, на чужой плащ, на открытые ладони. На мгновение его взгляд задержался на пепельных линиях. Потом он поднял глаза.
— Совет вызывает тебя.
— Я слышала.
— Я поеду рядом.
— Как обвинитель?
Он сжал челюсть.
— Как глава рода, чьё дело открыто повторно.
— Значит, как заинтересованная сторона.
Один из распорядителей кашлянул.
— Госпожа Мирана, Совет ожидает без промедления.
Я повернулась к толпе.
Люди отступили, когда я вышла на порог. Некоторые смотрели с ненавистью. Некоторые — с любопытством. Несколько женщин — с тем самым выражением, которое я уже видела у тех, кто стоял днём у двери и не решился подняться. Страх, смешанный с надеждой.
Я не стала оправдываться.