Чертовски неправильный мужчина

Он усмехнулся, явно получая удовольствие от моего страха.

— Думала, от меня скроешься? Ты моя, Анастасия. Навсегда.

Я уже начала терять сознание, как вдруг дверь с грохотом распахнулась. В туалет ворвалась Фрея и сразу бросилась на Майкла – она начала его бить. Он разжал пальцы, и я рухнула на пол, судорожно хватая ртом воздух.

Они ожесточенно дрались. Майкл пытался защищаться, но против нее у него не было ни единого шанса. Я увидела, как ее кулак со всей силы врезался ему в челюсть. Он отлетел к стене, из губы потекла кровь, – а затем он резко развернулся и выбежал в коридор.

Фрея мгновенно оказалась рядом, в ее глазах читалась тревога.

— Анастасия, ты как?

Я осторожно кивнула, все еще не могла прийти в себя.

— Все.. все хорошо. Спасибо.

Она помогла мне подняться, ее руки были крепкими и теплыми.

— Он напал сзади, ударил чем-то.. Прости, я не успела среагировать.

Я отмахнулась – все еще не могла отдышаться. Облокотившись о раковину, я чувствовала, как бешено колотится сердце. В зеркале мелькнуло отражение – шея красная, в глазах полопались капилляры.

Черт.

— Я предупрежу мистера Джеймса, – сказала она, не отрывая от меня тревожного взгляда.

— Нет, – вырвалось у меня, и голос дрогнул. – Не отвлекай его от игры.

— Он захочет знать, – твердо возразила она. – Тебе нужен врач, и мы обязаны сообщить в полицию.

— Я в порядке. Честно. Это подождет до конца матча. Давай просто вернемся.

Она сжала губы, явно не одобряя моего решения.

— Пожалуйста.. – прошептала я.

Наконец она нехотя кивнула:

— Но как только игра закончится, я сразу обо всем доложу.

Я лишь благодарно опустила голову.

Когда мы вышли из туалета, гул арены снова обрушился на меня – резкий контраст после только что пережитого. Мысли путались, я пыталась осознать, что произошло. Фрея шла рядом, нервно озираясь, ее голова дергалась, как у испуганной птицы. Я вела себя так же, ожидая, что вот-вот увижу Майкла в толпе. Мы оба не могли нормально дышать, пока не добрались до трибун и не опустились на свои места.

Я закусила губу, заметив, как она дотронулась до затылка и скривилась. Ей тоже нужен был врач.

Застегнув куртку до самого подбородка, я устроилась на сиденье, распустив волосы, чтобы хоть как-то скрыть следы. Но шея ныла, а в глазах стояли слезы.

— Анастасия, ты в порядке? – Блэйк, сидевшая рядом, наклонилась ко мне.

Я фальшиво улыбнулась и кивнула. Если расскажу правду, она тут же помчится к Кэмдену.

— Все нормально, – буркнула я, игнорируя красноречивый взгляд Фреи.

Видимо, я плохо притворялась, потому что через пару минут Кэмден остановился прямо перед нами за стеклом и беззвучно спросил: Что случилось?

Я растянула губы в привычной улыбке танцовщицы, подняла большой палец – и он наконец умчался обратно на лед.

Но он мне не поверил.

Я не могла не озираться вслед за Фреей, продолжая выискивать Майкла в толпе.

Игра продолжалась, накал не спадал. «Нэшвилл» яростно контратаковал, игроки толкались и дрались, отчаянно пытаясь сравнять счет. Уолкер будто заполнил собой все пространство ворот, отражая броски с пугающей легкостью. Но соперник не сдавался – шайба в последний момент оказалась у открытого игрока, готового нанести точный удар.

Прежде чем шайба достигла Уолкера, Кэмден бросился под нее, его тело мелькнуло, как тень. Жесткий удар пришелся по щиткам, шайба отлетела – угроза миновала.

Я вскочила с места, игнорируя боль в шее, пока трибуны ревели от восторга. Чертовски хорош.

Последние минуты слились в хаотичном вихре. «Рыцари» держались, каждый выкладывался по полной. Когда прозвучал финальный свисток, толпа взорвалась – мы победили.

— Я звоню в полицию. Сейчас же, – прошипела Фрея мне в ухо, явно злясь на себя за уступку.

Я кивнула. Майкла нужно было остановить – просто я не хотела портить Кэмдену этот вечер.

Майкл уже испортил миллион моих.

Мы с девчонками направились к тоннелю, ведущему в раздевалку. Оливия ковыляла, едва передвигая ноги под тяжестью живота. У дверей мы ждали вместе с другими женами и девушками игроков.

Кэмден выбежал первым. Взглянул на меня вблизи – и все сразу понял.

— Кто, черт возьми, это сделал? – прорычал он.

Тут я и разрыдалась.