Роза Дашваара

— Поменяться? — все также кривовато ухмыляясь, говорит Халид. — Боюсь, сиятельнейший айнар лучше понимает мои плебейские вкусы. Его подарок попал в точку. И, думаю, понимает мою не менее плебейскую привычку упрямо держаться за свое, пока не наиграюсь окончательно.

— Не хочешь меняться? — чуть наигранно удивился Менкар.

— Поменяться можно, — говорит Халид, — но потом мне не захочется забирать свой подарок назад. Женщина, которой прямо при мне попользовались другие.. — он морщится. — Ну, скажем, теряет для меня свою привлекательность. Но, боюсь, будет не очень вежливо выбросить подарок айнара так быстро. Я, пожалуй, не решусь. Благосклонность айнара мне дороже.

— Действительно плебейские вкусы, — соглашается Менкар. — А если обеих?

Это ведь игра, и они заодно. Двое взрослых мужчин против багровеющего от злости принца.

— Обеих? — Халид задумчиво трет подбородок, разглядывая танцовщицу. — Слушай, но я не мальчик уже, по пять раз в день кувыркаться в постели. Я и так после утреннего спину потянул.. Вот ты сколько раз в день можешь?

Менкар смеется.

— Смотря с кем, — говорит он. — Если с женой, то и раза в неделю много. Хотя она так самозабвенно трахает мне мозг, что удовлетворение, думаю, получает ежедневно. Но от такой прекрасной пери я бы отказываться не стал. Слишком пошло пытаться оценивать риски, когда тебе предлагают такую.

— Я старая расчетливая свинья, — пожимает плечами Халид.

— Ты хочешь отказаться? — не выдерживает Джейлин.

— Как скажет сиятельнейший айнар, — Халид склоняет голову.

— Ты слишком много болтаешь, Халид, — говорит айнар все так же, не глядя на него, занимаясь ребрышками. — Не иначе, как от страха и недостатка ума. Мой сын щедро и бескорыстно делает подарок тебе, а ты разводишь болтовню, вместо благодарности. Если у тебя болит спина, скажи мне, и я найду тебе лекаря. Но если ты еще не совсем потерял мужскую силу от старости, то бери девку и иди развлекаться. Твоего здесь никто не тронет.

— Да, сиятельнейший, — Халид поднимается на ноги. — Я ценю твою щедрость, принц. И бескорыстие.

Принц зеленеет молча.

Как бы там ни было, но меня действительно не тронут, я могу не бояться. По крайней мере, не сейчас.

А Халид прямо с места, легко оттолкнувшись, перепрыгивает невысокий стол, оказываясь по ту сторону. Подходит к девушке.

Та смотрит на него с вызовом.

Сама делает шаг вперед, протягивает руку, касаясь его плеча, потом груди. Улыбается так многообещающе. Халид обнимает ее за талию, прижимает к себе, поглаживает. Она ему нравится.

— Пойдем, — он увлекает ее за собой на балкон. Тот же самый балкон.

Я стараюсь не смотреть. Не могу.

Не слушать. Потому что сладкие стоны девицы слышны даже здесь, уединение на балконе весьма условно. Я могу видеть, как Халид обнимает ее.

И вот где-то тут ловлю на себе заинтересованный и чуть насмешливый взгляд Менкара.

— Ревнуешь, барга? — тихо спрашивает он.

— Разве я могу ревновать? — так же тихо говорю я.

— Как знать. Женщина всегда остается женщиной.

— До тех пор, пока Эле-энке готов проводить ночи со мной, я могу чувствовать себя в относительной безопасности. Он хорошо со мной обращается. Но что будет потом — я не знаю. У моей ревности другие корни.

Менкар удовлетворенно кивает, с пониманием.

— Надо будет выкрасть девчонку, — громко говорит Джейлин. — Чисто ради забавы. Посмотреть, что этот упрямый ублюдок будет делать.

И никто не пытается принцу возразить. Айнар не замечает этого, Менкар только внимательно щурится, но молчит. Керуш, его двоюродный дядя, сидящий рядом с принцем, одобрительно ухмыляется, так, словно это и правда неплохая идея.

Только бы не сейчас. Что мне делать?

И Халида слишком долго нет..

Он вернулся с балкона, когда я уже вся извелась. Что можно делать так долго? Нет, я все понимаю.. и все же — ревную, да..

Он вернулся слегка взъерошенный, волосы мокрые у висков, пуговицы на кафтане застегнуты едва ли не через одну.. Довольный. Пусть и чуть напряженный, внимательно поглядывающий на Менкара, на принца и на меня, но довольный все равно. Словно наевшейся сметаны кот. Такая расслабленная ухмылка в уголках губ. И в глазах..

— Ну и как она? — поинтересовался Менкар.

— Стоит свои пять тысяч, — честно кивнул Халид. — Интересно, где Джейлин такую достал?

— Думаешь, там есть еще?

— Как знать.

— Уже жалеешь, что не поменялся с ним?

Халид бросил на меня быстрый взгляд, взял бокал вина.

— Знаешь, — сказал он, — во всех этих играх мне, прежде всего, важнее сохранить собственную голову. А когда не понимаешь, как повернется, то лучше остаться при своем.

Он выпил, кивнул, чтобы ему налили еще, и пододвинул бокал мне. Пей, барга.

Синица в руках.

Это было чуть обидно и чуть унизительно, но..

— Вот и не лезь на рожон, — как-то очень серьезно сказал Менкар. — Женщин у тебя будет столько, сколько захочешь, а собственная голова всего одна. Надеюсь, я в тебе не ошибся.