Страница 5 из 33
Глава 3
Меня мотает из стороны в сторону, а затем ударяюсь виском обо что-то.
Какого хрена? Где я? Что происходит?... И десяток подобных вопросов разом проносятся в голове.
Открываю глаза и силюсь сообразить, как оказалась на заднем сиденье здоровенного внедорожника. События, предшествовавшие обмороку, разом проносятся в памяти. Стискиваю зубы, чтобы не закричать. Этот сероглазый псих похитил меня прямо со свадьбы, и никто даже не решился встать у него на пути. Хотя да, связываться с этим отморозком явно опасно — вообще непонятно, что у него в голове.
— Ненавижу... — рычу сквозь стиснутые зубы, а затем вцепляюсь в шею похитителя, ведущего машину.
Кажется, его не очень-то смущает моя попытка придушить его, по крайней мере, псих не сбрасывает скорость, а наоборот — вжимает газ на полную. Машина летит по пустой дороге, словно хочет оторваться от земли, наплевав на гравитацию.
— У тебя сильные руки, красавица... — хрипит сероглазый, и я испытываю мстительное удовольствие. — Возможно, ты даже сможешь меня отключить, если продолжишь. Но учти: тогда мы растрепемся так, что патологоанатомы заебутся собирать. Мне-то всё равно, я смерти не боюсь, а ты?
Он прав... Сто раз, тысячу раз прав, и от этого хочется ещё сильнее придушить. Но я не готова умирать из-за этого козла.
Расцарапываю ногтями ему кожу, довольствуясь хотя бы такой мелочью, и откидываюсь на спинку сиденья, скрестив руки на груди. В зеркало заднего вида ловлю насмешливый взгляд сероглазого, но игнорирую, уставившись в окно.
Итак, выпрыгнуть на такой скорости — точно по частям не соберут. Придушить похитителя — тоже не вариант по этой же причине. Остаётся лишь терпеливо ждать первой же возможности сбежать и воспользоваться ею, как только представится шанс.
— Даже не спросишь, куда тебя везу? — с усмешкой интересуется сероглазый, когда от моего молчания уже воздух начинает электризоваться.
Мимо проносятся незнакомые пейзажи, которые тщательно фиксирую в памяти, чтобы найти обратную дорогу.
— Нет... — отвечаю безразлично, хотя внутри всё кипит. — Какая разница, где ты меня ебать будешь? Может, давай по-быстрому в кустах у дороги, а потом меня отпустишь?
Перевожу взгляд на зеркало и с мстительным удовольствием наблюдаю, как псих хмурится, а его глаза становятся чёрными от расширившихся зрачков. Ох, как бы мне не доиграться. Ведь сейчас я фактически в клетке с тигром и вместо того, чтобы не привлекать его внимания, сознательно дёргаю хищника за усы.
— За кого ты меня принимаешь? За озабоченного маньяка, которому неймётся залезть к тебе в трусы?
— Именно за него! — выдаю прежде, чем подумать.
Машина останавливается так резко, что я ударяюсь лицом о водительское кресло, на какое-то время теряя ориентацию. Псих распахивает свою дверцу и выскакивает из машины, а следом чуть ли не выламывает заднюю створку и вытаскивает меня на улицу.
После полумрака салона и удара перед глазами плывут цветные круги, но даже сквозь них вижу разъярённое лицо сероглазого, и вот теперь мне становится по-настоящему страшно. Холод пистолета, упиравшегося мне в лоб, — ничто по сравнению с ледяной яростью этого сумасшедшего.
Из последних сил пытаюсь сорваться с места, но ноги меня не слушаются. Вместо молниеносного старта успеваю сделать всего парю неуверенных шагов, надеясь обогнуть машину спереди и нырнуть в лес, раскинувшийся всего в нескольких метрах от дороги. Но, скорее всего, меня в этом лесу сейчас просто прикопают, и на этом закончится короткий путь Полины Паровозовой, которая всего лишь хотела идеальную свадьбу.
— Помогите, кто-нибудь... — кричу истошно, но мы в какой-то жопе мира, где вообще никого нет.
Псих молниеносным движением пресекает мою жалкую попытку к бегству, разворачивает к себе спиной и жёстко укладывает меня грудью на горячий капот внедорожника. Пытаюсь брыкаться, но он заламывает руки, а затем разводит мои бёдра, вторгаясь между ними коленом.
— Ты бессмертная, что ли? — интересуется с любопытством. — Или на голову ебанутая?
— Кто бы говорил!
— Ясно, ты просто любительница пожёстче, поэтому меня провоцируешь... — выдыхает мне на ухо, наклоняясь и прикусывая за шею.
Пытаюсь дёргаться, но я зажата между горячим капотом машины и не менее горячим телом незнакомца. Он фактически вжимает меня в металл авто, придавливая своей массой. Одной рукой продолжает удерживать мои кисти за спиной, а второй вдруг резко задирает ткань платья.
Сильная, чуть шершавая ладонь сдавливает мою попку так, что я невольно вскрикиваю от боли. Но псих тут же принимается нежно водить по коже тыльной стороной, едва касаясь. От этого чередования грубости и ласки моё тело сходит с ума. Мне одновременно невыносимо жарко, но при этом трясёт от озноба.
— Знаешь, красавица, мне не так-то интересно тебя выебать, как ты говорила... — шепчет на ухо сероглазый. — У тебя там между ног всё так же, как и у остальных, так что ничего примечательного в твоей киске нет. Ты здесь не потому, что какая-то охуенно особенная, а из-за того, что Паровоз — твой отец. Этот ублюдок убил мою мать, сломал мою жизнь, а я сломаю его любимую чистую доченьку, то есть тебя!
Мне хочется сказать, что отец не мог никого убить. Да, он точно не ангел, и бизнес свой строил очень жёстко, но я никогда не поверю, что он мог кого-то лишить жизни! Но стоит мне чуть повернуть голову и открыть рот, как похититель этим пользуется: запускает пятерню в мои волосы, окончательно портя праздничную причёску, доворачивает моё лицо так, что мышцы шеи загораются от боли, а затем впивается жёстким поцелуем в приоткрытые губы.
От неожиданности я не понимаю, что делать, просто замираю, пока псих властно и грубо хозяйничает умелым языком у меня во рту. Меня ещё никогда не целовали так жадно, глубоко и порывисто. Дыхание перехватывает, и вдруг я ловлю себя на том, что отвечаю на действия сероглазого. Он тут же разрывает поцелуй и вновь легко прикусывает меня за шею.
— С тобой будет просто, красавица, ты сама хочешь меня, хочешь стать моей игрушкой! — выдыхает с удовлетворением.
— Нет, я тебя ненавижу, отморозок! — еле шепчу горящими после поцелуя губами.
— Сейчас проверю твои трусики. Если они мокрые, а я уверен, что так и есть, придётся наказать тебя за ложь!