Новая раса

— О, Тедди, — вздохнул АльНилам, — ну почему вы опять задаете вопросы, за ответы на которые вас могут убить?

— Я уже знаю вещи, за которые могут убить. Одной больше, одной меньше — какая разница?

— Большая, — вад-принц обернулся к нему; в темноте блеснули большие, ярко-зеленые глаза. — Я могу убить вас прямо сейчас.

— Но вы же не станете?

— Нет. Не стану. У меня много других дел.

— Каких?

— У них осталось всего два часа, чтобы добраться до стрим-поездов, которые вывезут их с Азрата вместе с важными уликами против «МТ». Сейчас Мария напугана и приведет нас прямо к кейсу с эмбрионами.

— Вы хотите за ней пойти⁈ — ужаснулся Росс. — Вас же поймают! Нам нужно выбраться отсюда и…

— Эти эмбрионы — чьи-то дети, как вы верно заметили, — сказал АльНилам. — Я найду их и верну родителям. Идемте. Там есть вторая лестница.

Мария быстро шла по коридору: никто не должен видеть, что она бежит. Страх — это последнее чувство, которое может показывать лидер группы. Исио следовал за ней. Вад-принц совершенно ясно обозначил, что для него является приоритетной целью, и Фиалковская не сомневалась, что ему хватит смелости отправиться на поиски кейса.

— Где Авилес? — спросила она.

— Спустился на второй этаж, где мы заперли пленных.

— Неужели наконец решил сделать хоть что-то полезное, — процедила Мария.

— Я могу его ликвидировать, мадам, — предложил Исио. Фиалковская оглянулась на него через плечо:

— А как же распоряжения Магриньи насчет Авилеса?

— Я считаю, что он представляет для вас угрозу. Вы намного ценнее, чем любое существо, даже из Сай Ашерон.

— Спасибо, — со смешком отозвалась Мария, несколько смущенная его словами. — Но обсудим это позже.

Коридор тянулся вдоль всего третьего этажа оросительной станции — в него выходили комнатки для персонала, который раньше жил на базе сменами. Замки на большинстве дверей давно уже не работали, но Мария нашла комнату, которая еще запиралась. А главное — в ней была работающая розетка, к которой подошел переходник для криокейса. Одного заряда хватало на неделю работы, но на всякий случай Мария поставила кейс на подзарядку.

«Нужно было все время держать его при себе», — с досадой подумала она и открыла дверь. Лампочка включилась сама, но свет от нее был мигающим и слабым. Фиалковская присела на корточки перед кейсом, обеспокоенно его осмотрела — не повредили ли ему такие перебои с электропитанием? Но кейс исправно заряжался, жизненные показатели эмбрионов были в норме, и Мария облегченно перевела дух. Она вытащила зарядное устройство и сунула в карман вместе с переходником. Но едва она взялась за ручку кейса, как за ее спиной раздался короткий яростный возглас Исио и тут же — звук от удара тяжелого тела об стену.

Фиалковская вскочила, спрятав кейс за спину, выхватила из кобуры пистолет и обернулась. Торо отступил в комнату; в коридоре поднимался с пола, отряхиваясь от штукатурки, Гектор Авилес.

— Зачем же там сразу кидаться? — с улыбкой спросил он. — Я всего лишь хотел спросить, как дела и есть ли у вас какие-то распоряжения в свете последних событий.

— Укройтесь в санузле, мадам, — сказал Торо.

— Думаете, санузел — это надежное укрытие от вад-принца, который ищет мадам, кейс с эмбрионами и… — Гектор взглянул на кейс в руке Марии. — Да вы существенно облегчили ему задачу.

— Мадам, укройтесь в санузле, — повторил Исио. — Я закончу и…

— С кем — со мной? — Авилес издал короткий смешок. — Даже эпсилону это не так-то легко сделать. К тому же у меня есть кое-какие вопросы к мадам — особенно насчет той бабы, которой она — или, может, ты — велели меня пристрелить.

Исио с нечеловеческой силой отшвырнул Марию в сторону. Выстрел Гектора пронесся над местом, где она стояла, и едва не задел плечо эпсилона. Торо прикрыл глаза, и дверь, сорвавшись с петель, обрушилась на Авилеса, как мухобойка на муху. Одновременно сверху раздался громкий треск, потолочная панель над головой Марии оторвалась, красная вспышка лазера подсветила чей-то силуэт, и выстрел разнес единственную лампочку. Для Фиалковской тут же наступила темнота, едва подсвеченная лампочкой в коридоре, но существа прекрасно обходились без света. Исио силой психокинеза отбросил Марию в санузел и захлопнул перед ней дверь.

В санузле и вовсе царила кромешная тьма — туда не проникал даже свет из коридора, а зажигать лампочку Мария опасалась. Она прижала кейс к груди, спрятав светящийся экранчик, и отступила в угол. Она задела ногой старую ширму для душа, и та с шелестом осыпалась пластиковыми хлопьями.

— Исио! — крикнул Авилес. — Над нами принц! Мы можем зажать эту тварь в клещи!

— Не приближайся, — холодно ответил Торо.

— Я тебе не враг! Ты его видишь?

Исио не ответил.

«Сай Ашерон не мог промахнуться», — подумала Фиалковская. Теперь-то Авилес будет уверять, что целил в потолок, но она знала — существа не промахиваются. Гектор стрелял в нее. Видимо, обиделся.

«Но зачем? Какой смысл убивать меня и отбирать у меня кейс? Даже если бы он убил и Торо, то он же все равно знает, кто оплачивает всю эту затею. Зачем идти против Энрике Сальваторе, одного из самых опасных людей в Аяле и колониях, если… — и тут Марию наконец осенило: — О Господи! Да он же внедренный агент!»

Едва эта догадка свернула в мозгу Фиалковской, как все встало на места — и странная потеря всей своей группы на Альмонзис (при том, что на Гекторе не осталось ни царапины), и это его желание непременно притащить сюда вад-принца, и провал слежки, которую Мария приказала ему вести. Вероятно, Авилес решил забрать кейс и предстать перед Сальваторе как единственный, кому удалось выполнить задачу. Но как Гектор смог обмануть Лютера⁈

— Исио! — закричала Мария. — Авилес — шпион «МТ»! Возьми его живым!

— Что⁈ — со смехом вскричал Гектор — голос доносился издалека, он отступал, чтобы выйти за предел действия психокинеза. — Да вы там бредите, что ли⁈

— Слушаюсь, мадам, — ответил Торо. Под дверь санузла пробился свет от нескольких вспышек лазера, а потом Мария уловила тихое потрескивание над головой. Она вжалась в стену и подняла пистолет — в темноте совершенно ничего не видно. Но, может, это крысы?