Страница 54 из 95
Глава 13
Акс наблюдал за тем, как его солдаты застегивают броню и шлемы, проверяют энергощиты, оружие и связь. Вместе с отрядом в пятьдесят бойцов в рейд отправлялись Фан, Мурад Ан-Файяз, Феликс Ривера во главе дюжины телохранителей Росса — и Пол Агилар.
Кондитер собирался так сосредоточенно и быстро, словно в его жизни никогда не было перерыва на выпекание эклеров и взбивание крема. Рядом лежала снайперская винтовка «Мойра» предпоследней модификации. Хотя бы в этом его досье не лгало.
Заметив, что Фонтейн на него смотрит, повар вопросительно поднял брови, отчего его физиономия приобрела вид одновременно невинный и насмешливый. Акс подошел к Агилару и процедил:
— Если бы не Анна Дмитриевна, я бы никогда этого вам не позволил.
Кондитер только хмыкнул, застегивая браслет энергощита.
— Вам сложно понравиться, не так ли?
— Дело не в этом.
— А в чем?
«В том, что вы повар с подложным досье, существо, которому я не могу доверять», — подумал Аксель, а вслух тихо сказал:
— Я должен знать, на что вы способны. Я знаю, что вам запрещено…
— Понимаю, сэр, — Агилар кивнул на дверь душевой. — Там свободно.
Фонтейн последовал за ним, закрыл дверь и заблокировал замок. Кондитер наклонился к зеркалу над раковиной, вынул из левого глаза линзу и повернулся к Аксу. Шеф СБ отшатнулся и просипел:
— Чт-то… что это у вас т-там?
— Биомеханический универсальный визор с различными режимами работы.
— А… это… вы сейчас…
— Сейчас он работает в режиме человеческого глаза.
«Глаза!» — вздрогнул Акс. Ничего гаже он в своей жизни не видел, и эта дрянь не была похожа на глаз. И еще в ней что-то двигалось.
— Это… — Аксель облизнул губы. — Этот биомеханоид…
— Это запрещено, — Агилар отвернулся к зеркалу и вернул линзу на место. — Конвенцией и еще целым ворохом международных актов.
— Но… но тогда почему…
— Понятия не имею, — пожал плечами Агилар. — Может, ради еще большей власти и контроля. А может, раз вы начали эксперименты над человеческой природой, то вам уже трудно остановиться.
— Но ведь ваши родители не могли не заметить…
— У меня нет родителей. Сай Ашерон делают из отказников.
Акс сглотнул.
— И сколько лет…
— Биомеханоиды вживляют на различных этапах развития эмбриона. Это не примитивные кибермеханизмы, которые делала «Арс Механа» два века назад.
— Но это глупо! — выдохнул Фонтейн. — Стоит кому-то узнать — и с Корпорацией случится то же, что и с «Арс Механой»!
— Вы иногда наивны, как мистер Росс. С компанией Сандовалей случилось то, что случилось, потому что нашлись те, кто был кровно заинтересован в их крахе. Предки наших нынешних работодателей, кстати, — хмыкнул Агилар. — Мать-основательница Корпорации, Николия Тадич, сестра самого Марко Тадича, лично выступала в суде. А кто сейчас выступит против «МТ»?
— Но тогда почему вы…
— Террористическая угроза, могут пострадать гражданские. Я имею право, гм, на некоторое разглашение. А еще, — безмятежно добавил Агилар, — я имею право убить вас и всех, кому вы об этом расскажете.
— Господи, да я не об этом! Почему Корпорация отпускает солдат Сай Ашерон по окончании контракта, это же постоянный риск!
— Корпорация, — с усмешкой ответил кондитер, — не отпускает Сай Ашерон. Никогда, — и вышел из душевой, оставив Акса в полном смятении.
Ему понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки. Раковина жалобно хрустнула, когда Фонтейн оперся на нее. Он смотрел на себя в зеркало — разноцветные глаза, гетерохромия, мелкий генетический брак. Свидетельство того, что геном еще не удалось полностью укротить — и тут же Агилар показывает ему такие устройства, создание которых Акс не мог себе даже представить.
«Неужели они смогли зайти настолько далеко?» — подумал он. Агилар был всего на год старше. Значит, когда геном Акса рекомбинировали, на свет уже появился младенец, которому вживили биомеханоиды вместо глаз, пока он еще был эмбрионом в митра-кубе. Один из десятков, а может, сотен. Или даже…
«Не сейчас, — решил Акс, хотя въедливый голос внутри шептал: а что, если он сам, если Фан и все существа, которых он знает, тоже… — Сейчас я найду пассажиров, верну их в экспресс, а об остальном… об этом подумаю завтра».
Он плеснул в лицо водой, вытерся бумажным полотенцем и вернулся в казармы. Солдаты уже были готовы и выстроились в две шеренги у дверей. Агилар, с винтовкой за плечом, стоял чуть в стороне, рядом с майором Фан и двумя эпсилон-существами из СБ, которых Акс временно передал ей в подчинение.
— Задача ясна? — спросил Фонтейн.
— Да, сэр!
— Тогда по машинам.
Мурад ждал их на перроне, сидя в открытом кузове броневика. На коленях якзан держал планшет и хмуро следил за какими-то показателями в небольшом окне, развернутом поверх карты.
— Ну что? — спросил Аксель, заглянув ему через плечо. В окне были данные о пульсе, мозговой активности, сердечном ритме и прочих физиологических параметрах.
— Информация о состоянии его высочества больше не поступает, — сказал Мурад. — Они вытащили чип.
— Черт! Я так и знал. Фан! Мы их потеряли.
— Кого? — уточнил Ан-Файяз.
— Вашего принца. Вы же сказали…
— А, вы об этом чипе. Он на месте, — Мурад свернул окно и показал на карте пульсирующую синюю точку. — Вад-принц все еще в тоннелях.
— Э… да? Хорошо. А что, в вашем принце несколько чипов? — осторожно спросил Фонтейн.
— Столько, сколько нужно, — якзан спрыгнул на перрон. — Не будем медлить. Ривера и его люди уже готовы. Я проложил самый короткий маршрут к мосту.
Четыре броневика покинули вокзал и нырнули в лабиринт тауланских улиц. Свет солнца, проникая в маленькие окошки кузова, скользил по лицам и оружию солдат. Фан сидела напротив Акса. Ее черные волосы были стянуты в гладкий пучок, на колене лежал шлем с усилителями эпсилон-излучения.
«Неужели, — подумал Фонтейн, — искусственно выращенный мозг способен что-нибудь излучать? Или дело в том, что в каждом из них есть это? Такое же, как у Агилара?»
Он покосился на кондитера, который занял место справа от Фан. Майор вдруг наклонилась к Фонтейну и положила узкую ладонь ему на руку.
«Мы вернем их, Акс, — мягко шепнула она. — Обещаю. Я не допущу, чтобы с тобой случился твой Кампо-дель-Пилар».
«Ты не виновата. Никто не виноват в том, что Галлан был конченным психопатом».
Фан помрачнела.
«Я эпсилон. Я должна была понять».