Страница 61 из 73
— Или вы сейчас же отправляетесь туда и спасаете ребенка, или ноги вашей на наших землях никогда не будет. Рест, проводи господина целителя за границу. Ваши вещи мы вынесем сами и сложим вот тут стопочкой.
Люди вокруг ошеломленно замерли, даже Арда приоткрыла рот от удивления. Похоже требовать помощи аж у целого личного целителя самого герцога Нордена никому и в голову не пришло.
— Только попробуйте тронуть мое личное имущество, — произнес наконец целитель Лейтнор. — И лошадь дайте.
На деревенскую лошадь, тут же врученную ему сопровождающими несчастную женщину мужчинами, он посмотрел почти так же, как на ту тяпку, но в седле оказался мгновенно, и времени больше не терял. Вернулся же целитель Лейтнор только поздним вечером, когда мы уже знали, что все закончилось хорошо, потому что Перс неутомимо бегал туда-сюда, сообщая последние новости.
— Это называется «Тирамису», — поставила я перед ним тарелку с новым десертом, когда он заканчивал свой ужин. Я знала, что ему понравится, при внешней суровости целитель Лейтнор оказался тем еще любителем сладкого, а маскарпоне из местных натуральных продуктов получился сказочным, мне вся сила воли потребовалась, чтобы не съесть мягкий сливочный сыр просто так.
— Не думайте, что я приму это в качестве извинений, леди Нойр, — холодно ответил он, придвигая к себе тарелку.
— Не думайте, что у меня и в мыслях было извиняться, — удивилась я.
— Его Светлость совершенно прав на ваш счет, Леди Нойр, — возмутился целитель, а потом донес до рта первую ложку и пропал для этого мира. И это к лучшему, потому что я чуть не спросила: «А что он еще обо мне говорил⁈». Жалкое было бы зрелище.
Но меня терзало любопытство. И мучали подозрения. Все это лето мне казалось, что герцог Норден принялся по возможности избегать моего общества и свел наше общение к минимуму. Даже нотаций больше не читал и не обвинял ни в чем. Да он буквально только здоровался и то издали! И вот что все это означает, и означает ли хоть что-нибудь?
Нет, земли наши Шерман Норден посещал исправно, списки проживающих изучал все так же внимательно, и даже обедал в таверне в компании своего целителя, который, видимо, и давал регулярные отчеты о поведении черной ведьмы, за которой ему велели надзирать. Но мне при этом доставались лишь взгляды и то не частые. И как жить на сухом пайке? Так и тянуло в знак протеста устроить что-нибудь черномагическое. Пусть я не умею, но Чудище-то точно справится.
В тот день я сидела на пригорке и как раз развернула прихваченные из таверны картофельные шаньги с грибами и сыром, планируя устроить пикник, когда услышала чьи-то шаги. Шаньги эти у Арды получались просто божественными, поэтому поначалу я и оглядываться не стала, подумав, кто кто-то просто решил составить мне компанию. Может, Нирка, а может вечный проглот Чудрый надеется выпросить хотя бы одну. И только когда на землю легла массивная тень, я подняла голову.
— Любуетесь видами? — скептически спросил Шерман Норден, обозревая пощипанное коровами поле.
— Именно, — подтвердила я, гордясь своей выдержкой. Вот даже не вздрогнула. И много он понимает. Что может быть красивее собственного стада?
— Вместо того, чтобы предлагать мне себя, вам стоило продемонстрировать, насколько вы хороши в ведении хозяйства, — произнес он, доказывая, что выдержку свою я похвалить поторопилась. Хорошо, что я хотя бы шаньгу к этому времени укусить не успела, но вот руке удержала ее с трудом. — Я по-настоящему впечатлён тем, чего вы здесь добились, леди Нойр.
Итак, Мелиссу за отсутствие вкуса я ругала зря. Неизвестно, что у нее с той любовью к слащавому Оливеру, и была ли она настоящей, или Мелисса просто создавала видимость, преследуя свои цели, но и мимо Его Светлости она не прошла. Неудивительно, кто не захочет быть первой леди при таком мужчине? Самовлюбленный Оливер наверняка был вторым вариантом. А может и восьмым.
Но хотелось бы подробностей. Как именно она себя предлагала? Что пошло не так? Учиться на чужих ошибках я никогда не считала зазорным.
— Вы молчите?
— А чего вы ожидаете? Предложить вам себя еще раз?
Было приятно, что Мелиссе он отказал. От Чудища пришло что-то подозрительно похожее на: «Ну не дура?», и я даже оспаривать не стала. Намекнула только, что может я вообще не виновата. Может это судьба, рок, и каждая проживающая на этих землях ведьма просто обязана влюбиться в местного герцога. Ну кто попрет против судьбы?
Не отказала себе в удовольствии снова посмотреть на него, чтобы узнать, как он отреагирует на мои слова, но теперь он в свою очередь обозревал местные пейзажи с хмурым лицом и молчал. А потом взял и сел рядом. Мне показалось, что даже земля содрогнулась, все же какой он огромный. И разве герцогам полагается просто так сидеть на траве?
— Если бы я только мог предположить, что после отказа вы свяжетесь с Грейнами.
Какой сегодня день внезапной информации.
— И что бы вы сделали, согласились?
Если бы Мелисса стала герцогиней, вряд ли бы у нее возникло желание сбегать в другой мир, вытаскивая в этот меня. Если посмотреть под этим углом, сейчас я могла бы спокойно подбивать выручку за квартал в своем кабинете на семнадцатом этаже, а не сидеть под чужим синим небом. Сам того не зная, когда-то он мог меня спасти.
— Не согласился бы. Но запер бы вас в вашем поместье под неустанным присмотром. И вы бы никогда не познали черную магию. Или к тому времени было уже поздно?
А мне откуда знать? Я лишь неопределённо пожала плечами. Так откровенно мы говорили в первый раз, и глупо было бы не воспользоваться моментом и не узнать побольше.
— А Грейны, они?..
— А их вы больше никогда не увидите, — ожег он меня холодным взглядом. — Как и тех, кто поддержал их претензии на трон. И поверьте, если бы вы видели те тюрьмы, ваше заточение здесь не показалось бы вам суровым.
— Каждый день возношу хвалу милости Его Величества, — уверила я его, а он снова уставился на меня, пытаясь, видимо, понять издеваюсь я или нет. Пусть пытается, мне нравится, когда он на меня смотрит.
И приятно, что ситуация прояснялась. Не став владычицей этих мест, Мелисса, скорее всего, нашла тех, кто пообещал ей титулы и власть — то, что по словам истеричного графа Бордена, интересовало ее больше всего. Кто знает, возможно и став герцогиней она бы не успокоилась, ведь герцог все равно не король, и я бы в любом случае прибыла сюда, только попозже.
— Почему вы никогда не оправдываетесь? Почему не пытаетесь объяснить свои поступки? Ни на суде. Ни сейчас. Со мной.