Страница 113 из 269
Как ещё тренироваться? Я откровенно завис. Передавать ей злость и прочие отрицательные чувства совсем ни к чему, а что тогда передавать? Если положительные вроде любования и восхищения, то чем это кончится? Так‑то это выглядит неплохим способом охмурения девушек, вот только на Арне его пробовать наверняка не стоит. Она мне, конечно, нравится, но я пока не готов переводить наши отношения в горизонтальные, да и она этого явно не жаждет. Арна определённо не относится к тем простым девчонкам, с которыми можно переспать безо всяких сложностей и обязательств. Да и вообще расстаться с ней может быть не так просто – мне кажется, она предпочтёт стать вдовой, а не разведёнкой, и, кстати говоря, это у неё легко получится. Ну, я здесь, возможно, немного преувеличил, но всё же начинать с ней что‑то можно только с серьёзным настроем на серьёзные отношения, а у меня с этим пока неясно. И на сторону ходить мне тоже не стоит, я совершенно точно чувствую, что ей это сильно не понравится. В общем, не очень правильная у меня ситуация в личном плане, но пока непонятно, что с этим можно сделать.
Следующая змея пряталась в нише и никакого затруднения для меня не составила. Видел я уже гораздо лучше – скорее всё же не видел, а угадывал всё по неясным очертаниям, но угадывал вполне уверенно. Дальше змеи пошли ещё чаще – похоже, этот участок давно не чистили. После второго десятка я настолько приноровился, что начал убивать их, буквально не сбавляя шага. Арна молчала, но я в какой‑то момент обратил на неё внимание и почувствовал что‑то вроде осуждения, смешанного с ожиданием.
– Что такое, Арна? – непонимающе спросил я и даже оглянулся, забыв, что в такой темноте лица толком не разглядеть. – Я что‑то делаю не так?
– Я просто жду, когда тебя укусят, но тебе почему‑то всё время везёт, – спокойно ответила она, как будто говоря о чём‑то незначительном. – Ты слишком расслабился, нельзя настолько небрежно относиться даже к самому ничтожному противнику.
– А почему ты молчишь, если я делаю неправильно? – я слегка разозлился.
– Пусть лучше ты пострадаешь от слабого противника, чем от кого‑нибудь посерьёзнее, – назидательным тоном ответила она. – Змея – это самый подходящий вариант, от её укуса даже шрама не останется, просто будет очень больно. Зато ты навсегда запомнишь, что противника надо уважать.
Я не нашёлся, что на это сказать. С педагогической точки зрения это, наверное, правильно, но я бы предпочёл более мягкий вариант обучения, пусть даже не настолько эффективный.
– Не обижайся, Артём, – уже гораздо мягче сказала Арна. – Меня точно так же учили. Когда я чего‑то не понимала со слов, мне делали очень больно, и я сразу понимала.
– Не обижаюсь, – буркнул я. – Но всё‑таки попробую запомнить это так, без укусов. То есть я так понял, что ты не станешь помогать, даже если кто‑то станет меня грызть?
– Из‑за лёгких ран не стану, – подтвердила она. – Лёгкие ранения неизбежны, и при этом полезны. Они не опасны для жизни, но очень помогают расти. Старший егерь, с которым я начинала ходить на охоту, всегда говорил, что только удары молота делают из куска железа меч.
Не очень‑то нравится мне идея, что из меня будут что‑то делать ударами молота. И вообще, жизнь магиков я представлял себе совсем иначе – денег у них мешками, а если им что‑то вдруг понадобится, то они это просто наколдовывают. Непонятно, правда, зачем им при этом деньги – наверное, просто чтобы были. А вот здесь в Полуночи жизнь магиков, похоже, строится совсем на других принципах, в этом плане они здорово отстали.
– А вообще, я начинаю думать, что мы напрасно тратим время, – заявила Арна. – Змеи для тебя стали слишком лёгким противником – по‑моему, ты с них уже ничего не получаешь. Тебе нужен кто‑то посерьёзнее.
Как ни печально было это признавать, но она всё‑таки права: мне нужен сильный противник, с которым я действительно буду биться со всем напряжением сил и риском для жизни. Какой смысл бродить здесь и косить мелких змей, если с этого не будет никакой пользы? Ну, разве что головы змей сдавать, но раз мы решили не идти в город, то нам и головы ни к чему.
– На самом деле я уже некоторое время чувствую что‑то большое, – неохотно признался я. – Где‑то справа и ниже, не на этом уровне.
– Змея? – оживилась Арна.
– Мне‑то откуда знать? – недовольно ответил я. – Может, и змея. А может, и нет – пониже наверняка водятся не только змеи. Миноги ведь точно есть – может быть, и что‑нибудь сухопутное найдётся.
– В бестиарии написано, что внизу скорпионы встречаются, и ещё небольшие жуки, размером в руку. Скорпионы с ядовитым жалом, а жуки ядом плюются. Но в целом ничего серьёзного здесь не водится, Облачное очень спокойное место.
Ну конечно, ничего серьёзного – подумаешь, жуки размером в руку, плюющиеся ядом. Эка невидаль.
– В общем, ничего крупного здесь не водится, – продолжала она, – Если там что‑то большое, то это просто подросший страж. Главное, надо понять, насколько подросший. Не хочется встретиться с ещё одной змеёй вроде той, что у озера.
– А уж как мне‑то не хочется, – не удержался и всё‑таки высказался я. – Но нет, там не настолько большое. Точнее не могу сказать.
– Думаю, ты справишься, – уверенно заявила Арна. – Если что, я помогу. Веди, Артём.
– Сделай свет ненадолго, – попросил я. – Надо по карте определиться где мы, и где ближайший переход вниз.
Переход нашёлся довольно далеко, и пока мы шли, я успел прикончить ещё пяток змей. Действительно, совсем слабые твари, но я всё равно не расслаблялся. Арна была бы очень рада провести педагогическую экзекуцию, и я был твёрдо настроен не давать ей такой возможности.
Хотя слабые ли они на самом деле? Может, это просто я стал сильнее? Помнится, когда мы только спустились в шахту в Белом, и на нас в первый раз напала змея, я толком не уловил движения – ни того, как бросилась змея, ни того, как среагировала Арна. Просто пара смазанных росчерков, и вот уже на полу лежат половинки змеи. А сейчас змеи вовсе не кажутся мне такими уж стремительными, и справиться с ними совсем не составляет проблемы. Похоже, Арна была права – я действительно стал и сильнее, и быстрее. Будь я таким как сейчас, там, у ручья, вряд ли у Феди получилось бы меня застрелить.
Спуск вниз оказался просто неровным проломом в полу. Я заглянул в дыру и ожидаемо ничего не увидел – внизу была беспросветная темнота.
– И как туда спускаются? – с недоумением вопросил я.
– По верёвке, – ответила Арна. – Видишь следы на этом камне? К нему верёвку и привязывают.