Страница 15 из 75
Я с сомнением посмотрел на обшарпанные стены, убогую мебель и на лицо фалангиста. Судя по томному выражению, он уже ждал сиесты. Да и телефон у них не работает, какая прослушка? И все-таки я сильно рисковал, когда начал разговор. Правда, перед этим положил фото Татьяны перед фалангистом и мысленно предложил рассмотреть внимательно эту девушку.
Сработало. Фалангист вперился в фото глазами, морда его приобрела совершенно сально выражение, словно он разглядывал порножурнал. Я пощелкал пальцами у него перед лицом, он даже и не заметил. Я повернулся к летчику:
— Здесь недалеко есть аэродром, там много самолетов. Какими из них вы можете управлять? — спросил я, конечно, по-немецки. Говорить по-русски пока было рановато.
Летчик сделал вид, что не понимает меня.
— У нас мало времени, Валерий, и вы знаете немецкий, — сказал я. — На аэродроме есть «мессеры» и «юнкерсы». Так какой?
— Любой, — буркнул летчик. — Хоть бомбардировщик. Дай добраться до аэродрома и увидишь.
— Дам, — кивнул я. — Еще не знаю как, но дам.
— Ты вообще кто? — задал летчик главный вопрос.
— Друг, — ответил я. — Если все получится, расскажу подробно. Но позже. Где вас держат?
— В соседнем корпусе, в подвале. Там что-то вроде тюрьмы с камерами.
— Есть возможность уйти, используя ваш… дар?
Летчик посмотрел на фалангиста, продолжавшего сопеть над фотокарточкой девушки, усмехнулся.
— Пробовал. Теперь они приковывают меня к трубе наручниками. Предупредили, что в следующий раз будут стрелять по ногам.
Все понятно, летчик пробовал бежать, не получилось. Да и тюрьма — не лучшее место для побега. Как там Володя Шарапов говорил: «Такие псы натасканные»…
— Ладно, через неделю приезжают журналисты, будут вас снимать. Завтра вы должны признаться, что русский. Возможно у нас получится…
Я еще не знал, что должно получиться. Но за неделю надо что-то придумать.
Летчика мое предложение возмутило:
— Сдурел? Я признаваться не буду, я Родину не предам.
— Это не предательство. Они и так это знают, — повторил я. — Да и все знают. Как и то, что в Севилье полно немцев и итальянцев. Аэродром забит немецкими самолетами. И вас надо как-то туда доставить.
Видимо, это предложению летчику понравилось больше. И он сам стал меня спрашивать.
— Кто меня сбил? Это точно — не зенитка. И истребителей в небе точно не было. Меня словно молнией…
— Секретная программа «Дар Богов», — поспешил ответить я, услышав шаги за дверью.
Я быстро выдернул фотографию девушки Татьяны из пальцев фалангиста, положил ее на стол к портсигару летчика. Фалангист стал очумело озираться. Вошел доктор Вебер, посмотрел на нас, на фалангиста, кивнул, сказал, что все уладил. Что на сегодня мы свободны и можем посмотреть Севилью.
Фалангист понял, что допрос закончен и зазвенел ключами, отстегивая браслеты летчика от трубы.