Страница 47 из 82
Глава 8
Утром мне пришлось потратить немало времени, чтобы успокоить Клотти. Девушка рыдала в три ручья: выяснилось, что тетушка выручила ее в трудной ситуации. И пообещала забрать с собой в Вейарну, подальше от жестоких родственников.
— Я н-не боюсь, — служанка растерла слезы по лицу, — я б-боюсь за госп-пожу.
— Вчера мы смогли ее вылечить, — уверенно сказала я. — Подожди и получишь указания, как за ней ухаживать.
Элиза вывела успокоившуюся Клотти в коридор, а после вернулась. Она застала меня в гардеробе. В величайшей задумчивости я смотрела на свои платья и пыталась понять, в чем можно пойти на чаепитие к королеве.
— Хайлен перевел на мой счет годовое содержание, но я так и не добралась до портного, — проговорила я с горечью.
Элиза только вздохнула и потупилась. Ее деятельная натура требовала немедленно что-нибудь предпринять, но что? Двор диктует свои правила, и даже самое дорогое готовое платье не спасет меня от позора. Вещи должны быть сшиты вручную, с минимальным использованием магии и, разумеется, строго индивидуально. Особый шик — это вышивка, частично повторяющая узор драгоценного ожерелья!
— С другой стороны, плачь не плачь, а выбирать надо из того, что есть, — с искренним раздражением проговорила я.
В итоге Элиза подготовила мне старое насыщенно-фиолетовое платье, поверх которого ляжет мамина шаль. Я заколю ее так, чтобы она открывала плечи и прикрывала лиф. Вещи лиантрийских мастериц не принято снимать, и они прекрасно укладываются в придворный протокол.
— Возьми пластинки из этой шкатулки и пришей к подолу с внутренней стороны. Смотри, вот здесь и здесь, поняла?
— Да, леди, — кивнула Элиза.
Не меняя утреннего платья, я вышла в коридор и вместе с Клотти отправилась искать вотчину Анхеля. Без Хайлена портал бы не открылся, так что не имело смысла и пытаться.
Немного поплутав, мы нашли вход в подвал, а затем и лабораторию. Последнюю — по запаху трав и алхимических соединений. Последние были так сильны, что аромат оседал даже на языке.
— Доброе утро, господин Сайорти, — проговорила я, входя. — Как здоровье Лукреции?
— Дважды просыпалась, выпила все необходимые зелья, — отчитался Тиллеман, не отрываясь от вываривания какого-то многократно изогнутого корня.
— Хорошо. Господин Сайорти, это Клотти, служанка моей тетушки. Пусть девушка будет рядом с Лукрецией.
Тиллеман повернулся ко мне, окинул меня долгим взглядом и хмуро спросил:
— Зачем? Вы кому-то из нас не доверяете?
— Затем, что Лукреции нужна помощница, которая сделает то, что не сможет сделать ни один мужчина, — отрезала я. — Затем, что я сужу свою тетушку по себе и в такой ситуации хотела бы видеть подле себя Элизу. Или саму Лукрецию.
Господин Сайорти склонил голову:
— Прошу прощения, леди райн-Рейвис, устал и позволил себе лишнее.
И пусть слова были сказаны правильные, но тон… В пансионе за такой тон нас до крови хлестали по губам. И ранозаживляющую мазь не выдавали.
— Да, — кивнула я, смиряя бешенство, — позволили. В этом особняке многие позволяют себе лишнее, но почему-то только в сторону той, которой нечем ответить. Приятного дня и благодарю за заботу о моей тетушке. Надеюсь, ваше личное ко мне отношение не будет перенесено на Лукрецию. Клотти, приступай к своим обязанностям.
Больше я не сказала ни слова. Резко развернувшись, просто вылетела прочь из лаборатории. Какая муха его укусила? Или это милейшая Милдред ходит жалуется?
— Какое счастье, что весь этот дурдом принадлежит не мне, — выдохнула я, врываясь в свои покои.
— И вам не болеть, — проговорил мастер Острави, поднимаясь с кресла. — Хотел порадовать вестями, да вижу: вы не в духе.
— Тетушка просыпалась дважды, выпила все зелья, — я медленно выдохнула, — благодарю вас за заботу, мастер. Я оставила рядом с Лукрецией Клотти.
— Это правильно, — кивнул целитель. — Женская гордость – хрупкая вещь, одна не вовремя поданная утка способная довести леди до слез. Что ж, получается, вы с утра успели сделать все, о чем я планировал вас просить.
— Получается.
Меня так и подмывало спросить, чем же я не угодила Тиллеману, но… Разве мне должно быть дело до злопыханий талантливого целителя? Разве я не должна быть выше этого, ведь слова были произнесены правильные.
«Интересно, снова будут травить? – пронеслось у меня в голове. – Или это будет мелкое проклятье?»
Получается, заказывать новые платья нужно в одном определенном месте. И стоить это будет просто невероятно дорого…
— Элиза, подай мне фиолетовое платье. Перед дворцом мы заедем к портному. И возьми у управляющего кристалл-счет, иначе платить придется обещаниями!
Пока служанка собирала вещи, я сидела на подоконнике и думала о том, какая же нелепая герцогиня из меня вышла.
«Меня ведь этому не учили». Я подышала на стекло и вывела пальцем вопросительный знак. «Но, быть может, мне стоит потренироваться на слугах Хайлена? На его доме? Навести свои порядки, чтобы впоследствии они все заплакали от счастья, когда я уйду?»
Пока что я старалась отстраниться от всего происходящего, потому что мы ненастоящие муж и жена. Но неужели все пять лет со мной будут обращаться подобным образом?
— Или я слишком резко отреагировала?
— О чем вы, леди? — заинтересовалась моя служанка.
— Господин Сайорти странно себя ведет.
— Он полвечера подносил успокоительные капли Милдред, — закатила глаза моя служанка. — Я же должна была стать козлом отпущения, а в итоге все узнали, чья затея.
— Ферран не пострадал? — удивилась я.
— Ферран думал, что она пошутила. Он ушел, а потом все и случилось. Яд смешивала Милдред. — Элиза шмыгнула носом. — Мне было так страшно.
— Ты умная и храбрая девушка, — мягко сказала я. — Будь на моей стороне, и как бы ни повернулась судьба, а ты на улице не окажешься.
Выйдя наружу, я бросила короткий взгляд на особняк. И даже не вздрогнула, когда рядом появились мои охранники.
— Сначала к дому номер тринадцать, что стоит на пересечении Златотеменной и Лилейной улиц, — сказала я. — Доброго дня, Ивар, Лонран.
— Доброго дня, леди райн-Рейвис, — в унисон произнесли братья.
— Вы поедете в карете или…
— Верхом, — решительно проговорили они.
В этот момент одна из лошадей всхрапнула, и Элиза тут же подала мне краснобокое яблоко и морковку.